Непорочная невеста Лорда Тьмы - Таня Акентьева

— Ещё, — потребовал он.

— Я твоя, Дариус! — почти крикнула я. — Только твоя! Я люблю тебя!

Мужчина застонал, и его движения стали ещё более яростными, ещё более глубокими. Я чувствовала, как внутри нарастает напряжение, как удовольствие скручивается в тугой узел, готовый взорваться. И когда он накрыл мой рот поцелуем, заглушая мой крик, я разлетелась на миллион осколков. Оргазм был таким сильным, что перед глазами потемнело, и я на несколько мгновений потеряла связь с реальностью.

Он последовал за мной через несколько секунд — с глухим, утробным рыком излился в меня, и его тело содрогнулось в моих объятиях. Мы лежали, обессиленные, мокрые от пота, сплетённые в объятиях, и я чувствовала, как его сердце колотится в груди, такое же бешеное, как моё.

Вдруг Дариус приподнялся на локте и заглянул мне в лицо.

— Прости, — прошептал он, проводя пальцами по моей щеке. — Я был груб. Я не должен был…

— Тсс, — я прижала палец к его губам. — Мне понравилось. Иногда полезно напоминать мне, кому я принадлежу.

Мужчина моргнул, а затем рассмеялся.

— Ты невозможная женщина, Элис Даркар.

— И ты меня любишь, — я улыбнулась.

— Люблю, — он поцеловал меня в лоб. — Больше жизни…

Глава 11

Яд сплетен

Проснувшись утром, я выглянула в окно и увидела, что внизу, во дворе, уже стоит экипаж, тот самый светлый, с золочёными деталями, который так не вязался с серыми стенами Равенмура. Эштон стоял у открытой дверцы, разговаривая с Дариусом. Вернее, говорил Эштон. Я видела, как движутся его губы, как он жестикулирует, пытаясь, видимо, сгладить вчерашний конфликт.

Дариус же стоял неподвижно, скрестив руки на груди, и его лицо не выражало… ничего.

Я не слышала слов, но финал разговора был очевиден. Эштон осёкся, натянуто улыбнулся, поклонился, слишком церемонно, чтобы это было искренне, и сел в экипаж. Дверца захлопнулась, кучер щёлкнул вожжами, и экипаж покатил по подъездной дороге, быстро скрываясь за поворотом. Дариус постоял ещё мгновение, глядя ему вслед, потом развернулся и пошёл обратно в замок.

Я выдохнула с облегчением. Тяжёлый гость уехал, и теперь мы могли вернуться к нашей обычной жизни — к подготовке к ритуалу, к прогулкам, к тихим вечерам у камина. До солнцестояния оставалось пять дней, и каждая минута была на счету.

Я оделась и спустилась к завтраку. Дариус уже сидел за столом, но не с бумагами, как обычно, а просто с чашкой кофе, глядя в одну точку перед собой.

Его лицо было задумчивым и немного усталым.

— Уехал? — спросила я, усаживаясь напротив.

— Уехал, — подтвердил он. — Надеюсь, надолго.

— Что он говорил напоследок?

Дариус поморщился.

— Извинялся. Говорил, что не хотел нас обидеть, что просто проявил дружеское участие, что я неправильно его понял. Обычная ложь, чтобы сохранить лицо.

— Ты ему веришь?

— Ни на грош, — лорд отпил кофе. — Эштон никогда ничего не делает без причины. Он приезжал не просто повидаться и не просто чтобы позлить меня. У него была цель, и я почти уверен, что он её достиг, даже если мы пока не понимаем, какую.

Я задумалась. Что Эштон мог получить от этого визита? Он пытался поссорить нас, не получилось. Он пытался узнать что-то о ритуале и узнал, но что это ему даёт? Он не мог помешать нам провести слияние, если сам не владел Тьмой.

Так зачем ему эта информация?

— Может, он просто хотел посеять сомнения, — предположила я. — Чтобы я испугалась и отказалась от ритуала. Тогда ты остался бы без пары, и Тьма поглотила бы тебя в солнцестояние.

Дариус мрачно кивнул.

— Возможно. Или он хотел, чтобы ты сбежала, а я бросился за тобой, оставив замок без присмотра. Эштон всегда был хитёр. Но теперь он уехал, и мы можем сосредоточиться на том, что действительно важно.

Мужчина потянулся через стол и взял мою руку.

— Как ты себя чувствуешь? Уверенность не пропала?

— Нет, — я сжала его пальцы. — Наоборот. После всего, что он наговорил, я ещё больше уверена, что хочу пройти через это. Назло ему. И ради нас.

Дариус улыбнулся, той редкой, тёплой улыбкой, которая делала его лицо почти юным.

— Ты удивительная, Элис.

— Я знаю, — я улыбнулась в ответ.

День прошёл спокойно. Мы занимались подготовкой к ритуалу: Дариус показывал мне руны, которые будут активированы в ночь солнцестояния, объяснял их значение, учил меня концентрировать Тьму внутри себя. Я старалась изо всех сил, хотя получалось пока не очень. Тьма внутри меня была похожа на дикого зверька — пугливого, непредсказуемого, не желающего подчиняться. Но Дариус говорил, что это нормально. Что в ночь ритуала, когда наши силы сольются, всё будет иначе.

Вечером мы гуляли по берегу, держась за руки, и говорили о будущем. О том, каким станет Равенмур, если у нас всё получится. О детях — робко, осторожно, словно боясь спугнуть мечту. О том, как мы поедем в столицу и покажем всем, что проклятие Даркаров больше не угроза, а сила, подвластная нашим рукам.

Это был хороший день.

Последний хороший день перед тем, как всё пошло не так…

Утром меня разбудил торопливый стук в дверь.

Я села в постели, сонно моргнула и неуверенно произнесла:

— Войдите.

Дверь распахнулась, и в комнату влетела Мэгги.

Её лицо было красным, глаза заплаканными, а в руках девушка комкала край передника.

— Миледи! — выпалила она, задыхаясь. — Там такое… в городе… про вас и лорда…

Я мгновенно проснулась.

— Что? Что случилось? Говори спокойно.

Мэгги всхлипнула, перевела дыхание и затараторила:

— Я ездила в Блэквуд за покупками, как обычно по вторникам. И там… там все только и говорят о вас! Говорят, что вы самозванка, что вы обманом заняли место своей сестры, что вы ведьма и околдовали лорда! И ещё говорят, что проклятие Даркаров выйдет из-под контроля, потому что вы его разозлили, и что скоро Тьма поглотит весь город!

Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Вот оно. Вот чего добивался Эштон. Он не просто пытался поссорить нас, он заложил мину замедленного действия, которая взорвалась сразу же после его отъезда.

— Кто это говорит? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие. — Откуда пошли слухи?

— Не знаю, миледи, — Мэгги всхлипнула. —