Непорочная невеста Лорда Тьмы - Таня Акентьева

Супруг повернулся ко мне, взял моё лицо в ладони и внимательно осмотрел царапину на щеке. Его пальцы дрожали.

— Я мог убить тебя, Элис. Ты понимаешь это? Ты вошла в башню, когда Тьма полностью контролировала меня. Одно неверное движение и тебя бы не стало.

— Но не убил же, — я накрыла его руки своими. — Тьма узнала меня. Ты узнал меня. Это главное.

Дариус прижался лбом к моему лбу и закрыл глаза.

— Я не знаю, что бы я делал без тебя, — прошептал он. — Ты — единственное, что держит меня на этом свете.

— Тогда держись за меня крепче, — я улыбнулась. — И не отпускай.

Мы просидели так ещё некоторое время, пока холод каменного пола стал совсем невыносимым. Потом Дариус помог мне подняться, и мы медленно, поддерживая друг друга, спустились из башни. В коридорах замка было тихо и пусто. Слуги, наученные горьким опытом, знали, что в ночь кровавой луны лучше не высовываться из своих комнат. Только миссис Гримшоу встретила нас в холле с подносом, на котором стояли чайник с горячим отваром и чистая ткань для перевязки. Она ничего не сказала, только бросила быстрый взгляд на мои царапины, на бледное лицо Дариуса и молча удалилась.

Мы поднялись в спальню. Дариус сам промыл мои раны. Осторожно, почти благоговейно, он касался моей кожи смоченной в отваре тканью. Его пальцы всё ещё дрожали. Когда мужчина закончил и завязал последний узелок на повязке, я взяла его за руку.

— До солнцестояния два дня, — сказала я. — Ты готов?

Дариус поднял на меня глаза.

— С тобой — да.

Я кивнула. Мы оба знали, что это значит. Ритуал слияния наш единственный шанс. Если получится, Тьма перестанет быть проклятием и станет нашей общей силой. Если нет… мы погибнем вместе. Но после этой ночи я уже не боялась. Я видела Тьму в её самом страшном обличье и она отступила передо мной. Значит, я смогу принять её.

Следующий день прошёл в подготовке. Дариус снова показывал мне руны, объяснял последовательность ритуала, учил концентрироваться на Тьме внутри меня. Я чувствовала, как наша связь крепнет с каждым часом. Теперь я могла ощущать его эмоции не смутным эхом, а отчётливо, словно свои собственные. Когда Дариус волновался, моё сердце начинало биться быстрее. Когда он смотрел на меня с нежностью, по моему телу разливалось тепло.

Вечером, когда мы сидели у камина в библиотеке, я спросила:

— Что будем делать, если Эштон снова появится?

Дариус помрачнел.

— Я усилил охрану замка. Хоббс и ещё несколько доверенных слуг дежурят посменно. Если он попытается проникнуть в Равенмур, мы узнаем об этом заранее.

— А если он не станет проникать? Если у него другой план?

— Какой?

Я задумалась.

— Не знаю. Но он умён. Твой кузен понимает, что силой против тебя не пойти, а значит, он попытается ударить через что-то другое. Или… через кого-то.

Дариус посмотрел на меня.

— Через тебя.

Я кивнула.

— Я слабое звено. Он это знает. Если он похитит меня, ты бросишь всё и придёшь за мной. А в день солнцестояния, когда Тьма на пике, ты будешь уязвим.

Дариус сжал кулаки.

— Я не позволю ему даже приблизиться к тебе.

— Я знаю, — я положила ладонь на его руку. — Но мы должны быть готовы ко всему.

Дариус долго молчал, глядя на огонь. Потом сказал:

— Завтра ты не станешь выходить из замка. Вообще. Даже в сад. Я прикажу Мэгги быть с тобой постоянно. И если что-то покажется тебе странным… любой звук, любая тень, ты сразу зовёшь меня. Обещаешь?

— Обещаю, — ответила я.

Мы легли спать рано. Дариус обнимал меня крепко, словно боялся, что я исчезну, едва он закроет глаза. Я слушала его дыхание, чувствовала тепло его тела и думала о том, что завтра может стать последним днём перед ритуалом.

А может, и последним днём вообще…

Утро началось как обычно. Завтрак, проверка хозяйственных книг и короткая прогулка по коридорам замка. Мэгги тенью следовала за мной, как и велел Дариус. Сам он ушёл в подземелья проверять какие-то старые защитные заклинания, пообещав вернуться к обеду.

Я скучала без него, но понимала, что подготовка важна.

Оставалось только ждать.

Около полудня я решила выйти в сад. Всего на несколько минут подышать свежим воздухом и собраться с мыслями. Мэгги попыталась возразить, но я отмахнулась:

— Сад рядом с замком. Мы просто постоим у двери. Ничего не случится.

Я накинула плащ и вышла через боковую дверь, ту самую, через которую мы с Дариусом ходили на прогулки к морю. Сад был запущен: голые кусты роз, засохшие клумбы, старый фонтан с потрескавшимся камнем. Но воздух здесь был свежим, с привкусом соли, и я глубоко вдохнула, пытаясь успокоить нервы.

Но вскоре воздух сгустился.

Это произошло мгновенно, только что было обычное серое утро, и вдруг стало трудно дышать, словно кто-то выкачал весь кислород. Запахло озоном, как перед грозой, и в нескольких шагах от меня прямо из воздуха соткалась фигура…

Это был Эштон.

Мужчина был в дорожном плаще, волосы растрёпаны ветром, но на губах играла всё та же обаятельная улыбка. За его спиной стояли трое мужчин: крепкие, в кожаных доспехах и с оружием на поясе.

«Наёмники», — поняла я.

— Леди Даркар, — произнёс Эштон, делая шаг ко мне. — Какая приятная встреча. Я так надеялся застать вас одну.

Я попятилась, оглядываясь на дверь. Мэгги стояла у входа с побелевшим лицом и открытым ртом.

— Беги! — крикнула я ей. — Зови лорда!

Мэгги исчезла за дверью, и я услышала её торопливые шаги по коридору.

Эштон же даже не посмотрел в её сторону.

— Пусть бежит, — сказал он спокойно. — Пока она добежит до подземелий, пока мой кузен поднимется наверх… у нас будет достаточно времени.

— Что вам нужно? — спросила я, стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал. — Вы уже пытались настроить людей против нас. Не вышло. Теперь решили действовать сами?

Эштон улыбнулся ещё шире.

— Вы умны, Элис. Я это ценю. Жаль, что вы выбрали не ту сторону. Видите ли, мой план прост. Вы поедете со мной. Добровольно или нет, решать вам.

— Я никуда с вами не поеду.

— Тогда мои друзья помогут