Непорочная невеста Лорда Тьмы - Таня Акентьева

Двое двинулись ко мне. Я отступила ещё на шаг и упёрлась спиной в холодную стену фонтана. Сердце колотилось в горле. Я пыталась призвать Тьму, ту малую часть, что уже жила во мне, но от страха ничего не получалось. Руки дрожали, мысли путались.

— Не стоит сопротивляться, — Эштон наблюдал за мной с интересом, как за лабораторной мышью. — Я не причиню вам вреда. Вы нужны мне живой и невредимой. Мой кузен должен прийти за вами. И когда он придёт, ослабленный, обезумевший от беспокойства, я заберу то, что принадлежит мне по праву.

— Тьму? — я усмехнулась, несмотря на страх. — Вы думаете, она вам подчинится? Вы не Даркар. Проклятие передаётся по крови.

— О, я знаю, — Эштон шагнул ближе. — Но есть способы… обойти это правило. Кровь — не единственный ключ. Любовь, например, тоже подходит. Или добровольная жертва. Мой кузен так трогательно вас любит. Когда он увидит, что вы в моих руках, он отдаст что угодно, чтобы спасти вас. Даже свою Тьму.

Я смотрела в холодные, расчётливые глаза Эштона и понимала: он не шутит. Он действительно верит, что сможет забрать проклятие. И ему плевать, что для этого придётся убить Дариуса и меня.

— Вы безумец, — прошептала я.

— Возможно, — он пожал плечами. — Но безумцы часто добиваются того, чего не могут достичь разумные. Взять её.

Наёмники рванулись ко мне. Я попыталась бежать, но один схватил меня за руку, второй зажал рот ладонью, заглушая крик. Я брыкалась, кусалась, царапалась — всё бесполезно. Меня скрутили, связали руки за спиной грубой верёвкой и заткнули рот кляпом.

Эштон подошёл вплотную ко мне и заглянул в лицо.

— Не бойтесь, Элис. Я не трону вас. Вы слишком ценны. А теперь, в портал.

Мужчина взмахнул рукой, и воздух перед ним задрожал, сворачиваясь в мерцающую арку. Оттуда пахнуло холодом и сыростью…

Наёмники потащили меня к арке.

Последнее, что я увидела, прежде чем меня втолкнули в портал, были серые стены Равенмура и открытая дверь, из которой так никто и не вышел.

Мэгги не успела…

* * *

Меня привезли в какое-то старое поместье. Я поняла это по запаху, затхлому, с примесью плесени и старого дерева, и по каменным стенам, покрытым пятнами сырости. Комната, куда меня бросили, была подвалом: крошечное зарешечённое окно под потолком пропускало скудный свет, на полу — гнилая солома, у стены — деревянная скамья.

Меня не били, не пытали. Просто оставили одну, связанную, с кляпом во рту. Эштон зашёл через несколько минут после того, как наёмники ушли. Он осмотрел меня, покачал головой с притворным сочувствием и вытащил кляп.

— Так лучше? — спросил он, усаживаясь на скамью напротив. — Простите за грубость, но вы не оставили мне выбора. Надеюсь, вы не в обиде.

Я молчала.

В горле пересохло, губы саднило от кляпа.

— Понимаю, — он вздохнул. — Вы меня ненавидите. Это естественно. Но поверьте, я не желаю вам зла. Вы — лишь средство для достижения цели. Когда я получу Тьму, я отпущу вас. Можете вернуться к своей сестре и жить долго и счастливо. Я даже денег вам дам.

— Зачем вам Тьма? — спросила я хрипло. — Вы же понимаете, что это проклятие? Что она разрывает носителя каждую ночь? Что вы не справитесь?

Эштон усмехнулся.

— Мой кузен хорошо промыл вам мозги. Тьма не проклятие, Элис. Это сила. Древняя, безграничная сила. Просто Даркары не умеют ею пользоваться. Они боятся её, пытаются подавить, сдерживать. А я не буду бояться. Я приму её полностью и тогда она подчинится мне.

— Вы не понимаете, о чём говорите, — я покачала головой. — Я видела Тьму вблизи. Она живая. У неё своя воля. Она не подчиняется тому, кто просто хочет власти. Она требует уважения. Принятия. Любви.

— Любви? — Эштон рассмеялся. — Вы говорите о Тьме, как о домашнем питомце. Это просто энергия, древняя магия. Ей не нужна любовь. Ей нужен сильный хозяин. И я стану им.

Я замолчала.

Спорить было бесполезно.

Эштон был одержим своей идеей, и ничто не могло его переубедить.

Мужчина поднялся.

— Отдыхайте, Элис. Завтра великий день. Солнцестояние. Мой кузен уже, должно быть, рвёт и мечет, разыскивая вас. К вечеру он будет здесь. И тогда всё решится.

Он вышел, и дверь с лязгом закрылась.

Я закрыла глаза и сосредоточилась на кольце.

Вскоре, я почувствовала слабую пульсацию, знакомое тепло. Связь не разорвалась. Дариус знал, что я жива. Он чувствовал меня. И он придёт.

А пока я должна была хорошо поразмыслить… Эштон сказал, что приведёт Дариуса в ловушку в день солнцестояния. Он хочет забрать Тьму. Но он не знает главного: мы с Дариусом планировали провести ритуал слияния именно в этот день. Если Эштон думает, что Дариус будет ослаблен и уязвим, он ошибается. На пике солнцестояния Тьма достигает максимальной силы, но если мы проведём ритуал до того, как Эштон нанесёт удар, Тьма будет под нашим общим контролем. И тогда он получит не беспомощную жертву, а двух носителей, объединённых в одно целое.

План начал формироваться в моей голове. Мне нужно было выжить. Дождаться Дариуса. И дать ему знак, что мы должны провести ритуал раньше, чем Эштон ожидает.

Я не знала, получится ли…

Но я должна была попытаться.

Глава 14

В плену

Время в подвале тянулось иначе, чем в Равенмуре. Там каждый час был наполнен делами, разговорами, прикосновениями, ожиданием. Здесь не было ничего. Только холод, сырость и тусклый свет из зарешечённого окна, который медленно менял оттенки от серого к медному, от медного к чёрному. Я считала смену света, пытаясь понять, сколько прошло времени…

Но я не знала.

Меня больше не посещали. Только раз принесли воду в жестяной кружке. Наёмник с грубым лицом молча поставил её на пол и ушёл, не сказав ни слова. Я пила жадно, расплёскивая воду на подбородок, и думала о том, как глупо попалась. Вышла в сад одна, несмотря на предупреждение Дариуса. Повелась на иллюзию безопасности. И теперь сижу здесь, связанная, беспомощная, ожидая, когда мной воспользуются как приманкой.

Кольцо на пальце пульсировало слабо, но постоянно. Я закрывала глаза и пыталась уловить отголоски эмоций Дариуса. Сначала был ослепительный гнев, затем липкий страх. А потом что-то ещё. Решимость. Он искал меня.