Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

Корабль под ногами словно накренился, хотя Дрэвин отчетливо понимал: это лишь его собственная голова кружится от ярости и подступающей паники. Пальцы сжались в кулаки, челюсти свело судорогой. Ему нужно вернуться к ней. Нужно всё исправить.

— Ты сказал, что вы говорили с Атласом, и это он приказал вам плыть на юг?

Сэм коротко, отрывисто кивнул и кивком указал на дверь каюты:

— Иди и спроси у него сам.

Глаза Дрэвина яростно вспыхнули.

— Атлас здесь?! — он не стал дожидаться ответа Сэма, грубо отпихнул друга плечом, рванулся вон из каюты и взлетел по ступеням наверх.

Каждый шаг давался Дрэвину с трудом, тело протестовало от нахлынувшей усталости, но внутри него бушевала глухая ярость и непреодолимое, обжигающее желание вернуться, спасти Эсмиру от той жуткой участи, которой ей грозила Сирена.

Когда его тяжелые сапоги гулко застучали по деревянным доскам палубы, он сразу заметил Атласа на носу корабля. Его брат стоял у самого борта, опершись на перила, и задумчиво всматривался в бескрайнюю морскую гладь. Ветер нещадно трепал его волосы, и хотя поза казалась расслабленной, в линии плеч отчетливо угадывалось сильное напряжение.

— Атлас! — его голос резким, хлёстким набатом пролетел над палубой.

Брат медленно обернулся, и его глаза удивленно расширились при виде Дрэвина.

— Дрэ, — выдохнул Атлас, бросаясь к нему навстречу. Сблизившись, он крепко, до хруста в костях, обнял Дрэвина. — Ты жив. Выглядишь как восставший из преисподней, но ты здесь. Живой, — Атлас с силой сжал его плечи, словно лично проверял, не мерещится ли ему всё это.

Дрэвин невольно хмыкнул. Тяжелый груз, давивший на грудную клетку, впервые за целую вечность немного отпустил.

— Как ты вообще здесь оказался? Ты же люто ненавидишь море.

Атлас криво усмехнулся и сделал шаг назад, но продолжал крепко держать брата за плечо.

— Я не собирался сидеть сложа руки и покорно ждать. Я пошел против прямого приказа короля и отправился искать тебя.

Дрэвин потрясенно округлил глаза.

— Наш отец наотрез отказался что-либо предпринимать, когда я сопоставил факты и понял, что стряслась беда. А когда он не дал мне ответов, я стал искать их в другом месте. Отец твердил, что это глупая затея, что тебя уже нет в живых или случилось что-то похуже. Но я не мог с этим смириться, — Атлас еще раз внимательно осмотрел его с ног до головы. — Ты мой брат. Я обязан был попытаться.

К горлу Дрэвина подкатил тяжелый ком. Он растерянно покачал головой:

— А я был уверен, что все уже списали меня со счетов.

— Только не я, — твердо отрезал его брат. — Никогда.

Дрэвин перевел взгляд на горизонт, где во все стороны простиралась бесконечная синева.

— Сколько нам еще плыть? — спросил он.

— Почти на месте, — ответил Атлас. — Мы держим устойчивый курс на дом с тех самых пор, как утянули тебя с того проклятого пляжа.

Челюсть Дрэвина упрямо сжалась.

— Я даже не знаю, с чего начать, чтобы всё это объяснить… но нам нужно разворачиваться.

Глаза Атласа опасно блеснули из-под насупленных бровей:

— Что? С какой стати?

— Мы нашли его, — Дрэвин судорожно сглотнул, силой проталкивая воздух в легкие. — Мы нашли Мэринис. Нельзя терять ни минуты. Она всё еще там, внизу.

Лицо его брата мгновенно потемнело.

— Надеюсь, Дрэвин, ты сейчас говоришь не о той бабе, которая умудрилась заманить тебя в ловушку и взять в плен?

Дрэвин никогда прежде не видел, чтобы Атлас так быстро выходил из себя. Обычно брат всегда выступал в роли миротворца: успокаивал его или пытался перевести всё в шутку, чтобы разрядить обстановку. Атлас всегда был искрящимся смехом в противовес вечному мраку Дрэвина — но сейчас в нем что-то надломилось.

Дрэвин шумно выдохнул через нос, пальцы сами собой сжались в кулаки.

— Её зовут Эсмира. Я не жду, что ты сразу всё поймешь, но…

— Но?! — грубо перебил его Атлас, и в его пристальном взгляде промелькнул шок, смешанный с чем-то похожим на глубокую обиду. — Да пускай она гниет в этой пещере! Эта сука планировала тебя, блять, прирезать!

— Но не прирезала же! — рявкнул Дрэвин, повышая голос, и тут же кожей ощутил, как матросы со всех концов корабля стали оборачиваться и пристально наблюдать за их перепалкой. — Всё изменилось. Мэринис существует на самом деле. И она заперта не в пещере, она осталась в королевстве под толщей воды.

Атлас ошарашенно затряс головой:

— Я вообще тебя не понимаю. Этот город затонул добрую тысячу лет назад.

Дрэвин сделал шаг вплотную к брату, понижая голос до яростного, приглушенного шепота:

— И он выжил. Вся их цивилизация уцелела, Атлас. И их правящая королева намерена поднять королевство со дна на поверхность.

Атлас запрокинул голову и покатился со смеху — он искренне, издевательски смеялся прямо в лицо Дрэвину.

— Братец, мне начинает казаться, что ты нахлебался слишком много морской воды.

У Дрэвина дернулась скула, а на шее бешено запульсировали вены. Он вскинул руку и ткнул пальцем прямо в лицо брату:

— Это чистая, твою мать, правда! Эсмира до сих пор там, в смертельной опасности, а вы позволили оттащить меня от нее!

— Я не позволял им ничего делать! — отрезал Атлас, и его голос заметно ожесточился. — Её команда была уверена, что вы оба мертвы. И когда мы увидели тебя, то посчитали это истинным чудом. Я не собирался разбрасываться ресурсами или рисковать жизнями людей ради какой-то гребаной, паршивой пиратки, когда мы нашли того, за кем изначально сюда приплыли!

Эти слова ударили по нему сокрушительным хлыстом. На мгновение Дрэвин лишился дара речи, его дыхание стало рваным и неровным.

— Она не мертва, — прорычал он. — Она в ловушке. Со своей сестрой, которая, по сути, чертова морская ведьма, и очень скоро она станет в разы опаснее и хуже.

— Морская ведьма? — хмыкнул Атлас, и его челюсть упрямо сжалась. — И что, по-твоему, я должен был сделать, Дрэ?

Порыв ветра унес повисшую между ними тишину, пока Дрэвин лихорадочно подбирал правильные слова:

— С ней произойдет нечто ужасное. Помяни мое слово: если мы не предпримем что-то в самое ближайшее время, Мэринис будет поднят из глубин, а то, что явится вместе с ним, окажется страшнее всего, с чем мы когда-либо сталкивались в этой жизни.

Выражение лица Атласа слегка смягчилось, хотя тон оставался ровным и твердым:

— Расскажи мне всё. Что произошло в той пещере и что ждет нас, если мы решим вернуться?

Вся тяжесть этой правды неподъемным грузом навалилась на Дрэвина, но он силой заставил себя говорить. Он выложил Атласу всё так быстро, как только