Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

вышла из ванной, перед этим вытерев голову полотенцем. Августина ждала меня со стаканом в руке, в котором было совсем немного тёмно-янтарной жидкости. Она усадила меня на свою кровать и вручила его. Я принюхалась и чуть не рассмеялась.

— Это же не успокоительное, — произнесла с немного натянутой улыбкой.

— Это виски. Он ещё лучше.

Я выпила его залпом, поморщившись от ударившего мне в нос градуса. Так пить неприлично. Но сейчас мне было плевать на приличия. Я просто хотела хоть немного расслабиться. Это очень нужно было. И хорошо, что ужин был плотный, алкоголь не так сильно ударит в голову.

— Охо… Да, пьёшь ты порой как портовый грузчик, точно и одним махом.

— Это комплимент?

— Считай, что да, — Августина мне улыбнулась и присела рядом. — Теперь ты можешь объяснить, что случилось?

— Да… — я глубоко выдохнула и взглянула ей в глаза. — Кто-то подослал ко мне убийцу. Константин приставил ко мне охрану, они и принесли меня сюда.

— Предусмотрительный мальчик, — покачала головой королева-мать. — Готова на что угодно поспорить, что не пройдёт и пары минут, как он окажется здесь.

— Я в этом и не сомневаюсь.

Августина посмотрела на меня, потом ненадолго отошла и вернулась с бутылкой виски и ещё одним бокалом. Налила и себе, и мне. Мы выпили вместе, чокнувшись в воздухе. Никогда раньше так панибратски не пила с человеком выше меня по титулу. Но это позволило мне согреться изнутри и расслабиться хоть немного. И знаю, что после такого спать я буду очень крепко.

Дверь распахнулась так резко, что мы обе вздрогнули. Константин буквально влетел в покои Августины, словно за ним неслась какая-то злобная нечисть. Растрёпанный, со следами сна на щеке и тяжело дышащий.

— Амелия!

— Я в…

Он не дал мне договорить. Подлетел к кровати и прижал к себе так крепко, словно пытался слиться со мной, чтобы не отпускать больше никогда. Он просто обнимал, прижимая мою голову к своей груди. Я слышала его бешено бьющееся сердце, Константин явно испугался. Я обвила его руками за шею, прижимаясь так крепко, насколько хватало сил.

— Со мной всё хорошо, — прошептала я, понимая, что теперь и правда в безопасности.

Он отстранился, взяв моё лицо в свои ладони и принялся в него всматриваться.

— Ты плакала, — констатировал, увидя мои заплаканные глаза.

— Это неважно…

— И пила, — тут Константин нахмурился и перевёл взгляд на Августину. — Много Вы ей налили?

— Столько, чтобы она не устраивала мне тут истерик, мальчик мой, — строго ответила королева-мать.

— Я заберу её к себе… — начал было он, но Августина его прервала:

— Она остаётся здесь до утра.

Я кивнула. Это разумнее, чем сейчас через половину дворца идти к нему в покои фактически в одном нижнем белье. Да, мы теперь официально помолвлены, но ночевать до свадьбы вместе всё ещё скандально. А оказаться же утром в покоях королевы-матери будет разумнее, пусть и вызовет ряд вопросов.

— Тогда…

— Тогда ты идёшь к себе и спокойно засыпаешь, — ответила ему я, едва улыбнувшись. — Я здесь в безопасности.

— Придёшь утром, позавтракаем все вместе и решим, что будем делать, — дополнила мои слова королева-мать.

Он с трудом разжал объятия. Напоследок Константин коротко поцеловал меня, кивнул Августине и наконец вышел. Едва за ним закрылась дверь, я упала спиной на кровать и тихо захихикала. Он всё ещё думает, что я хрупкая и могу сломаться. Но я кремень, железо, алмаз. Я не ломаюсь под тяжестью, она лишь меня закаляет.

— Ложись спать, дитя, — сказала Августина мягко.

Я кивнула и с трудом приподнялась, чтобы откинуть одеяло и забраться под него. Августина, кряхтя, забралась на вторую половину кровати. Благо, она была достаточно большая, чтобы мы не соприкасались.

— Забавный он с тобой стал, — усмехнулась королева-мать. — Он всегда был собран, холоден, серьёзен. А тут… Никогда не думала, что такой серьёзный человек способен на такие глупости и странные порывы. Но так даже хорошо. Вы оба словно ожили в этих отношениях.

Я слушала её и глупо улыбалась, чувствуя, как меня начинает вырубать. Кажется, нервы и алкоголь сделали своё дело, и вскоре я провалилась в сон.

* * *

— Это виконтесса Кроу, — заявил Константин, едва переступив порог балкона, где мы с Августиной уже ждали его к завтраку.

Королева-мать меня с помощью служанок переодела в одно из платьев её дочери Лейлы. Оказалось, то белое тоже было от неё. И, благо, мы с принцессой были схожего телосложения, разве что она худее и ниже немного. Но теперь в моей коллекции было прекрасное изумрудное платье из тяжёлого шёлка с длинными рукавами-фонариками и аккуратным вырезом буквой V. Оно, конечно, явно было бальное, судя по обилию украшений, а не для завтрака, но Августина мне и пискнуть против не дала.

— Ей-то я что сделала? — я на мгновение застыла с чашкой свежего кофе, пытаясь понять, почему именно она. — Точнее… почему она вообще решилась?

— Её муж по твоей наводке скоро будет казнён прилюдно, — спокойно пояснила королева-мать, изящно намазывая сливочное масло на мягкую булочку. — Но она и правда дура, раз решилась такое сделать. Теперь она отправиться вслед за мужем.

— У них есть дети? — поинтересовалась я.

— Во дворец точно присылали сведения о рождении двоих сыновей и дочери. Им сейчас всем нет и десяти лет от роду, — произнесла, покачав головой, Августина. — Поэтому и говорю, что дура. Её на плаху, детей в приюты, если кто из родственников не возьмёт, земли и драгоценности рода уйдут в пользу корону или родственникам.

— Ты уверен в том, что это она, Константин? — спросила я жениха, глядя как тот задумчиво пьёт кофе, а потом заметила следы недосыпа на его лице. — Ты не спал, — горько выдохнула, понимая, что его переживания доведут до чего-нибудь.

— Спал, но плохо, — он сдержано улыбнулся. — И я уверен. Нанятый убийца сам показал договор и даже показал залог — семейное украшение семьи Кроу. Он жив, сейчас