Елочная ферма «Аромат зимы» - Лори Гилмор

– Ну… мне по-прежнему нужна елка.

Он притворился, что не заметил улыбки сестры и восторженного писка Энни. А затем ушел к сцене перед городской елью – посмотреть на ту, которая стала бы для него прекрасным рождественским подарком.

– Десять, девять, восемь…

Кира неловко стояла на сцене рядом с мэром, пока толпа отсчитывала секунды до зажигания гирлянд. Девушка ненавидела выступать перед людьми. Более того, она изо всех сил старалась подавить кошмарные воспоминания о том, как в раннем детстве ее заставляли участвовать в конкурсах красоты, пока мама не сдалась и не перестала водить ее на них. Судя по всему, тем, кто во время выступления от страха прудил в колготки, титул «Мисс Персиковая Джорджия»[1] не присваивали. При этом, если Кира правильно помнила, в том же году Хлоя выиграла конкурс «Мисс Конгениальность». Ну конечно, а как иначе!

– Семь, шесть, пять…

Кира осмотрела толпу и постаралась хоть немного пробудить в душе рождественское настроение. Напрасно! Она видела лишь чрезмерно энергичных от леденцов и предпраздничного предвкушения детей и уставших родителей, которые пытались хоть как-то их приструнить. Сущий кошмар. Неудивительно, что родители Киры каждый год поручали все рождественские хлопоты профессионалам: декораторам, организаторам, няням. Они устраивали вечеринки и приглашали на них толпы друзей. А Кира с Хлоей всегда находили, как повеселиться в праздники. Они набирали горы печенья, а повзрослев – литры алкоголя, после чего прятались от мерзких гостей у себя в комнате и угощались на здоровье.

И как теперь ей отмечать Рождество без сестры?

– Четыре! Три! Два! Один! Елочка, гори! – прокричал мэр и нажал на кнопку.

Дерево позади них засияло тысячами цветных фонариков. Толпа радостно закричала. Школьный музыкальный коллектив с энтузиазмом, пусть и без особого умения, разразился песней It’s Beginning to Look a Lot Like Christmas.

Кира попыталась скрыть гримасу за улыбкой, но получилось не очень. Конечно, ведь ей было плохо! Она и так не жаловала рождественские колядки, а в исполнении криворуких подростков они звучали совсем невыносимо.

Кира окинула взглядом толпу, остановилась на знакомом безупречном лице. Беннет улыбнулся ей – и как же ей хотелось снова чувствовать к нему только презрение! Почему он не оказался наглым выскочкой, как она предположила сначала? Жизнь была бы намного легче! А теперь Кира осознала: от улыбки Беннета ей становится лучше. Такая мелочь – а грусть и одиночество вдруг отступили. И может, Кира бы даже поддалась своим чувствам к Беннету, если бы не то, что через месяц он уедет. Еще одной разлуки она не вынесет. Она и так была сломлена из-за отъезда сестры.

Кира отвернулась и увидела, что мэр вручает ей микрофон.

– Эм… всем привет! – Микрофон свистнул, и девушка быстро отдернула его от лица. – Простите.

Она прокашлялась. Ох, черт, за двадцать лет ее навыки публичных выступлений ничуть не улучшились! Да уж, гордость матери, ничего не скажешь.

– М-м… здравствуйте. Я Кира.

– Привет, Кира! – закричал кто-то из собравшихся.

Следом из толпы прозвучало еще больше приветствий: «Здравствуй!», «Рады тебя видеть!», «Добро пожаловать!»…

Ее тепло встретили в городке, несмотря на ее склочное поведение. Видимо, все поправимо. Она глубоко вдохнула.

– Вечер добрый. Эм-м… Просто решила прийти сюда и объявить, что рождественская елочная ферма снова начинает работать. В это воскресенье в десять утра.

Вокруг раздались восторженные возгласы. Кира невольно улыбнулась; на нее накатило облегчение. Все получится. Пожалуй, ей даже не придется продавать свои органы.

– Итак, – продолжила девушка, когда слушатели стихли. – Если вы не сможете прийти на открытие, ферма будет работать каждый день до сочельника, с десяти утра до шести вечера. Елки в этом году выросли чудесные, поэтому, надеюсь, вы найдете идеальное деревце для вас и вашей семьи.

Взгляд Киры вновь наткнулся на Беннета. Когда она упомянула идеальную елку, он заулыбался еще сильнее. Вот наглец! Уф-ф, и как он умудрился запасть ей в душу своей чертовой добротой! Он просто пронырливый, и все. Ловкий добродушный ниндзя, который хитростью добился ее хорошего отношения.

И теперь Кира улыбается ему в ответ, как дурочка.

– А, и кстати! Подписывайтесь на аккаунт фермы – «рождественская_елка_мечты» – во всех социальных сетях!

Девушка быстро сунула микрофон мэру, пока не выкинула что-нибудь дикое – например, не начала распевать Jingle Bells.

– Благодарю вас, Кира, – сказал мэр Келли и заулыбался ей так, словно она решила глобальный кризис. – Уверен, в последующие недели весь городок отправится к вам за елками. Надеюсь, вы к нам готовы!

«Я тоже надеюсь», – подумала Кира. Она заставила себя улыбаться, хотя все внутри нее сжалось.

– Что ж! – хлопнул в ладоши мэр. – До Хануки осталось еще несколько дней, но менора уже готова, скоро ее огни тоже засияют. И не забудьте прийти на наш концерт в честь зимнего солнцестояния!

Если и там выступает школьный коллектив, ноги Киры на этом мероприятии не будет. Она стояла неподвижно и улыбалась, пока на сцену не поднялся местный церковный хор, приглашая толпу петь колядки вместе с ними. Тут Кира не выдержала и рванула к лестнице так, будто подпалила мех на капюшоне. Может, она и прикипела душой к одному доброму парню, но участвовать в хоровом пении ни за какие коврижки не собирается!

Кира со всех ног слетела вниз по ступенькам сбоку от сцены… и врезалась во что-то плотное и твердое.

– Уф-ф… – раздалось откуда-то сверху. Кира ощутила запах мяты и стропвафель.

Да, она опять натолкнулась на Беннета – и долю секунды не хотела отстраняться. Киру потянуло еще сильнее зарыться в его тепло. Вот бы он заключил ее в объятия и не отпускал…

Однако Кира дернулась и вырвалась из его хватки.

– Прости, – буркнула она.

– Эй, куда ты так убегаешь? – поинтересовался Беннет.

– Эм… мне пора домой.

Беннет вдруг погрустнел.

– Ох… уже?

Видимо, рождественские песни помутили ей рассудок, иначе почему она хочет остаться? Киру вдруг потянуло подольше побыть в этой абсурдной рождественской атмосфере. Вместе с Беннетом. И тогда Кира поняла: этот добрый мужчина, мистер Чинила, Кларк Кент куда более опасен, чем любой из ее бывших-уголовников.

– Да. Я уже сделала объявление, так что оставаться незачем.

– Жаль. Я-то думал, мы можем сходить к Санте.

– К Санте?

Да он шутит!

– Ага, – рассмеялся Беннет. – Он вон в том домике. Может, тебе стоит уговорить его подрабатывать у тебя на ферме.

– Пытаешься отлынивать от моего предложения?

Черт, она снова улыбалась! Да и Беннет опять придумал хорошую идею.

Мужчина шагнул ближе, и на его