Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона - Арина Рекк

— Говори, — кладу кисть в специальный раствор и аккуратно вытираю руки о приспособленный для этого отрез ткани. — Я слушаю.

— Слушать буду я.

О как. Допрос, значит. Ринар серьезен, но я его не боюсь. Должна наверно, ведь знаю его всего ничего... но не получается. Хочется сдуть челку со лба, как делала, когда волосы были длинные, но сейчас жест выглядел бы странно, и я, набравшая уже в рот воздуха, просто вздыхаю.

— Спрашивай, — этот момент я ждала еще в начале нашего с Рином (так я зову его только мысленно, сказать вслух смелости так и не набралась) знакомства, но по какой-то причине он не торопился спрашивать.

— Кто ты? Как попал на остров? Ты маг, я вижу, но не пойму какой.

— Что значит видишь?

Ему не нравится когда я отвечаю вопросом на вопрос, но он поясняет:

— Вижу ауру, вижу по ней, что ты носил запирающие магию браслеты, но из-за перекоса я не пойму в чем заключается твоя особенность.

— Ты видишь ауры? — спрашиваю с искренним удивлением.

— Я многое вижу. Так кто ты? Какое твое умение?

— Такое же, как и твое, — складываю руки на груди. Я могу ошибаться, но почти уверена, что два раза в день еду Рин берет не из воздуха. Он тоже умеет перемещаться. Умеет и скрывает это по какой-то причине, а значит и я не признаюсь, пока он сам не догадается.

В ответ Ринар только издевательски смеется, но меня смехом не смутить.

— Конкретнее, — подходит ближе, практически припирая меня к стенке. А на ней свежая краска, между прочим, и отходить мне некуда. К тому же он так близко... что отходить не хочется. Запрокидываю голову, всматриваясь в зеленые глаза, которые сейчас настолько серьезные, что и мое веселье улетучивается. Не могу долго выдерживать такой его взгляд — изучающий, видящий насквозь — и опускаю лицо вниз.

— Конкретнее, — повторяю задумчиво, пытаясь найти слова, чтобы не признаваться, но сказать так, чтобы Рин сам сделал нужные выводы. А если не поймет о чем речь, значит я ошиблась и еда все-таки появляется из воздуха. В конце концов, я слишком мало знаю о магии и возможностях Рина.

— Если бы не видел тебя голым, решил бы, что ты девушка, — говорит задумчиво, меняя тему так неожиданно, что я вскидываюсь, забывая про взгляд-рентген.

— Что?

А затем и вовсе шокирует меня, поднимает руку и проводит костяшками пальцев по моей щеке, по губам.

— Ты что делаешь? — судорожно сглатываю, и, забыв про краску на стене, прижимаясь к ней спиной.

— А на что это похоже? — он снова приближается, наклоняется. И пока я панически пытаюсь найти невинную причину такого его поведения, легко касается губами моих губ. Отшатываюсь, ударяясь затылком о стену, поворачиваю голову на бок и его губы скользят по щеке. То ли сопротивление его не заводит, то ли это был какой-то странный тест, или же он сошел с ума на секунду, но Рин отстраняется. Он не выглядит как человек, охваченный страстью, и это сбивает с толку.

— Ты с парнями что ли... — спрашиваю нервно. Вот уж повезло нарваться. То есть девушкой мне тут было бы безопасней?

Думаю о чем угодно, лишь бы отвлечься от пылающего следа его губ на тех участках кожи, которых он касался.

— Никогда раньше, — качает головой, — до этого момента. И потому спрашиваю еще раз. Кто ты?

— Родилась девушкой, — выпаливаю, решая откупиться мелкой правдой. Какая разница теперь кем я была? Отвлечь бы его, пока не занялся делом. И самой отвлечься, иначе одежда перестанет скрывать то, что несмотря на душевные метания, тело мое, что б его, настроено конкретно и решительно.

— Так и знал, — выдыхает, как-то разом расслабляясь, и я только сейчас понимаю, что чувствовала себя загнанной голодным котом мышью. И хотя Рин не сделал ни шагу назад, дышать становится резко легче. — Кто это сделал? И зачем?

Пришлось рассказать. Пока рассказывала отвлеклась сама и отвлекла заодно Рина, сумев выскользнуть из ловушки под предлогом пройтись несколько раз туда-обратно по комнате. Весь рассказ Рин хранил молчание, слушал меня, смущая таким пристальным вниманием, и в конце спросил только.

— Та старух знает как вернуть все обратно?

А, собственно, ему-то почему стало так резко до моих проблем? Может стоит повременить с возвращением женского тела? Хотя бы пока не... пока не что? Ответа так и не придумала, но менять уютные вечера с Ринаром на непонятные отношения с аспектом в горизонтальной плоскости желания в себе не нашла.

Рин снова читает меня как детскую раскраску.

— Найду ее, — и ни капли сомнений в его глазах, что он узнает от нее все, что необходимо.

Становится понятно, что ничего хорошего для старухи ждать не приходится. Закусываю губу, но решаю не паниковать, не съест же он ее? Да и пытать вряд ли будет. Да и вообще, какой ей резон скрывать что-то? Ей бы выбраться отсюда, а не секреты оберегать. В ее интересах оказаться найденной.

— Можно узнать? — спрашиваю осторожно, боясь нарваться на что-то, что мне не понравится, но и не в силах сдержать любопытство.

Заламывает бровь, как бы говоря «дерзай».

— Что изменилось?

Рин непонимающе смотрит на меня.

— Ну, раньше тебя все это не сильно волновало. Что изменилось?

Ринар снова удивляет, говорит чистую правду, и звучит это так просто, будто он признается в желании попить воды и перекусить.

— Захотел сделать вот так, — он ловит мою руку, неторопливо переплетает наши пальцы, и я замираю от ударившей в голову и ниже пояса волны возбуждения. — И вот так, — второй рукой медленно ведет по ежику волос. — Мягкие. Так и думал.

Стою, не в силах пошевелиться. Одновременно хочу убежать и остаться тут, потому что так давно искала повод постоять с ним вот так. Близко. Я не смогла бы сказать, в какой момент появилась мысль, что Ринар красив. Когда я стала приходить к камину не ради тепла, а чтобы посидеть немного с ним? Мне бы немного прийти в себя, понять, чего хочу. Но сейчас мы слишком близко, чтобы принимать какие-то решения, и уйти я не могу себя заставить.

— А еще так, — снова наклоняется и трогает мои губы своими. — Не нравится?

Не сразу понимаю, что испуганно от него отшатнулась.

Но... как это может не нравиться? И как он может оставаться таким спокойным? Мне сквозь пол, землю и ядро планеты провалиться хочется, оказаться на противоположном конце мира и спрятаться под одеялом. А еще хочется сделать пол шага