Бывшая истинная генерала драконов - Наталия Журавликова

Ох, задачка-то оказалась сложнее, чем я рассчитывала.

Вопросы от друзей были более каверзными, и не всегда касались Алефа. Мужчины желали выпытать нашу подноготную.

– Напоминаю, отвечая на вопросы, наши мизи не должны себя выдать! – предупредил Штин.

Уверена, под масками мои соучастницы отбора временами краснели и я со страхом ждала своей очереди.

Мужчины не стеснялись интересоваться такими вещами как: сколько любят поспать участницы, собираются ли они заводить троих и более детишек, готовы ли забыть о плохом настроении ради мужа. А один даже спросил у Жасмин, часто ли у нее болит голова. И остальные засмеялись. Судя по глухим звукам из-под сплошной маски, Грион тоже.

– Незабудка, – обратился ко мне молодой человек в маске, делающей его похожей на орла, украшенной серебряными перьями, – как изменится ваша жизнь, если вы проиграете отбор?

Я чуть помедлила.

Разве могу я сказать этому ухоженному, лощеному мужчине, что скрывается под птичьим клювом, что тогда будет катастрофа для моих родителей? Отец и мать от меня не отрекутся, но разочаруются. О возрождении славы рода Мелени и мечтать не стоит. А если Алеф предпочтет Талану… тогда начнется полный кошмар. Я вообще стану полнейшим провалом в семействе.

– Мне будет грустно, и я долго буду вспоминать о маркизе, – сказала я вместо этого всего, – но пожелаю ему и его избраннице счастья. Ведь для меня уже важно, чтобы мезир Ханли обрел любовь.

– Уже важно? – уточнил глухой голос, звучавший будто бы из жестяного ведра.

– Подожди, Железная Маска, у тебя будет возможность задать свой вопрос, – осадил его “орел”. А потом повторил за товарищем:

– Уже важно? Почему уже?

– Потому что с каждым днем я все больше проникаюсь уважением и соучастием к маркизу, – сказала я.

– Только лишь один вопрос, мезиры, только один! – напомнил Штин.

– Вы влюблялись когда-нибудь до этого отбора? – атаковал меня второй из друзей Алефа.

Вот как.

Серьезный подход, по-живому.

Была ли я влюблена в Гриона Карца, которого видела всего трижды, включая расторжение помолвки?

Я была тогда так юна. Совсем еще девочка, которая грезила любовью и готова была принять назначенного ей в женихи парня. Было предвкушение. Симпатия. Радость от того, какой красивый у меня жених. Хотелось узнавать его ближе, понять, чем он дышит, что он любит.

– Нет, мезир, я не влюблялась до встречи с маркизом Алефом Ханли! – отчеканила я.

– Звучит уверенно, – снова этот глухой голос, – что ж, теперь моя очередь задавать вопрос. Продолжили бы вы этот отбор, встретив своего истинного? И это был бы не маркиз.

6.4

– Своего истинного? – я постаралась направить взгляд в прорези маски. – А разве я драконица, вампир или вервольф? Моя истинность может быть лишь ответом на зов от него.

– И все-таки, – настаивал Карц, – все мы знаем, что метки истинности указывают, что эти двое предназначены друг другу и вместе дадут великое, сильное потомство. А их физическая гармония будет недостижима для простых пар. Ни с кем другим женщина больше не испытает такого, что может почувствовать с истинным, драконом.

– Г… друг мой, – вмешался Алеф, – к чему ты поднял эту тему?

– К тому что, мне интересно мнение Незабудки по этому поводу. Но если ей неловко ответить…

– Отчего же? – сказала я, стараясь говорить холодно. – Разумеется, от меня эта ситуация далека. Но даже окажись она реальной, я предпочту Алефа Ханли. Живого, настоящего человека, который не оценивает женщин по кожным высыпаниям, уж извините. Который не обрастет чешуей и не увеличится в десять раз. Не станет разбрасывать пепел по замку.

Алеф расхохотался, не удержавшись.

– Вы прелестны, Незабудка! Продолжайте!

Ободренная маркизом, я закончила:

– Я очень жалею драконов, которым эта свобода недоступна. Но сама хочу выбирать мужа по велению сердца.

– Благодарю, мизи, – завершил эту странную дискуссию Лекоб Штин, приступая к последней участнице сегодняшнего испытания.

Я даже не слышала, о чем ее спрашивают, и что она отвечает, настолько была взбудоражена тем, что со мной произошло.

В ушах стучало и шумело, к щекам прилила кровь. Голова кружилась. Я словно лежала на волнах и слышала их шум.

Мои зубы были сжаты так сильно, что их скрип наконец вернул меня к жизни.

Я услышала:

– Попрошу доверенных лиц маркиза Алефа вписать на красный листок имя той, что должна покинуть отбор. А на желтый – той, что понравилась вам больше всех.

Вдруг мои слова отпугнули Алефа и его друзей… Карца я не считаю.

Не слишком ли резко, недопустимо для благородной девицы, я выразилась, желая уязвить ненавистного врага?

Время стало бесконечно тягучим.

Невероятно медленно двигались перья в холеных пальцах друзей Алефа.

Штин так долго поднимался на балкончик, принимал листки бумаги из рук знатных особ.

Потом миллион лет спускался и подходил к Алефу, вручал ему наши судьбы.

– Поразительно! – рассмеялся маркиз, читая послания друзей. – Два желтых голоса за Незабудку, и один – против нее же! И на нем приписка: “Ни в коем случае!” Последний желтый – за Азалию. И против – по одному голосу набрали Жасмин и Гортензия. Вот что мне с таким голосованием делать, друзья? Как хорошо, что все решения я пропускаю через свое сердце… а не клеймо на коже!

Кажется, кто-то метнул шутливый камень в драконье озеро.

Алеф взял в руку четыре золотых, украшенных тремя драгоценными камнями разных цветов, браслета.

Начал он с конца, сначала подойдя к Мимозе.

– Примите это украшение в дар от меня, – сказал маркиз, изысканно поклонившись.

Мимоза хлопнула в ладоши и взвизгнула от счастья, кажется, заставив Алефа пожалеть о своем выборе.

Он бережно застегнул браслет поверх остальных трех. Мимоза так трепетала, что казалось, сейчас у нее маску с лица унесет.

Алеф переместился ко мне. Тепло улыбнулся, и глядя мне в глаза, начал:

– Мне жаль…

Сердце в моей груди почти остановилось.

– Мне жаль разочаровывать моего друга, но я считаю, что правы те, кто видит вас в следующем туре отбора. Прошу принять мой дар, Незабудка.

С балкона послышался вздох разочарования.

ГЛАВА 7

Грион Карц, генерал драконов

Почему я преследую ее? Сам себе не могу этого толком объяснить. Но каждый раз, когда наши взгляды встречаются, меня словно молнией бьет.

Уверен, когда я поцелую ее, ничего будет уже не изменить. Метка свяжет нас воедино, и у нее исчезнут все мысли о возможном браке с другим мужчиной. Она не полюбит меня так сразу, но ее начнет тянуть ко мне. Как меня сейчас тянет к