Верхний мир. Призрак свободы - Майя Олав Глакс

— Заткнись! — прошипел Морган, неуверенно коснувшись пола, от чего все помещение коллектора тут же угрожающе дрогнуло.

— Неужели ты не хочешь жить? Дышать? Видеть небо? Неужели ты и правда хочешь умереть здесь, а не в этой каменной могиле? — продолжала она, обращаясь к предводителю отряда эпигонов, но каждое слово, конечно, слышали и чувствовали все остальные.

Глаза Келла сверлили шпионку, это был безумный взгляд фанатика, который верил, что умирал за правое дело, и вместе с тем… Лицо Келла искажалось ужасом. Он все еще упирался рукой о каменный пол, но камень под его ладонью перестал гудеть, зато рука бывшего охранника Равена дрожала теперь так, что он не мог сосредоточиться.

Невидимый поток пропитанной темным эфиром Евы действительно усилил именно страх каждого эпигона, раздул до чудовищных размеров, ее слова ударили точно в цель. От прежнего желания умирать за Орла не осталось и следа. Адепты Тьмы всегда жили на краю отчаяния, но именно жажда жить любой ценой делала их теми, кто они есть. И теперь, когда Ева усилила преобладающие страх и сомнение в их сердцах, один из эпигонов, стоявших рядом с Морганом, вдруг опустил руку с эфирной бомбой и попятился. За ним — второй.

— Мы… мы не обязаны умирать здесь, — выдохнул кто-то из них, и это был уже не протест, а мольба.

Отчаянное животное желание жить взяло верх над преданностью идеям, и почти все как один стали отступать, не желая больше сражаться.

— Стоять! — заорал Келл, оглянувшись на своих людей.

Этого мига было достаточно, чтобы Аллард нанес удар. Собственная тень Моргана обездвижила его. Но один из эпигонов все-таки остался на своем месте.

— Не все такие предатели, как вы! — он не пятился, а ринулся на Еву, готовый снести ей голову мечом.

Но Рейн и здесь среагировал мгновенно — еще одной тенью лишил нападавшего сначала меч, а затем свернул ему шею. Джейсон тоже не стал медлить и молниеносными осколками эфира выбил из рук отступивших эпигонов эфирные бомбы, а бросившиеся вперед стражи и хранители навалились на темных, прижав их к полу.

Как только угроза была устранена, Мэй сразу кинулась к Клаусу, на ходу озаряя свои ладони целительным светом. Советник судорожно вздохнул, как только мягкий и теплый эфир коснулся его тела.

Все закончилось в считанные секунды. Келл стоял на коленях, тяжело дыша, и смотрел на Еву. В его глазах больше не было ни фанатизма, ни ярости. Только пустота и что-то, похожее на стыд.

— Ты… — прохрипел он. — Как ты узнала…

— Узнала о чем? О твоих страхах? — отрешенно ответила Рид, и ее голос дрогнул. — Это не я, это Тьма показывает правду, которую люди прячут от себя.

Аллард подошел к ней, посмотрев на нее с каким-то темным восхищением — только Ева могла без оружия и боевых способностей вывести врага из строя. Он взял ее за руку, та была почти ледяной. Эфир вытянул больше сил, чем она готова была показать, и Рейн чувствовал, как мелко подрагивают ее пальцы. Он и сам внутри весь дрожал. Ему хотелось разорвать Моргана Келла на части прямо здесь, наказать его за то, что тот совершил, так жестоко, как только мог. Но все, что сейчас оставалось Алларду, это лишь молча сжимать руку Евы и смотреть в ее полные понимания глаза. Все они были марионетками одного чудовищного кукловода, только им повезло вырваться из-под его влияния, а другим — нет. Для одних было уже поздно, кто-то же еще мог искупить свою вину.

Хранители заковали в костяные браслеты пойманных эпигонов, а стражи по команде Джейсона и Мэй соорудили носилки для Клауса, который все же потерял сознание. В таком составе возвращение на поверхность было намного затруднительней, но свежий морозный воздух после затхлых зловонных тоннелей бодрил лучше всякого эликсира.

— Что это? — вдруг воскликнула Мэй, подняв голову.

За ней последовали остальные — и увидели, как сквозь свинцовые тучи, затянувшие ночное небо, вдруг пробился свет — не солнечный и теплый, а холодный, фиолетово-алый, как закат над полем боя. Он полоснул по лицам спасательного отряда и исчез также внезапно, как появился, а следом послышался отдаленный гром, словно во время грозы. Но какая гроза, когда еще даже снег не сошел?

— Нижний мир, — первым догадался Джейсон, при этом в его голосе прозвучала та самая режущая нота, которая появлялась всякий раз за последние полгода, когда он вспоминал Леди. — Похоже, сегодня решится судьба не только Эстера…

Аллард виновато переглянулся с Евой. Они должны были прийти им на помощь, но бесповоротно опоздали. Пока там, за гранью, куда ушел Дин и остальные, решалась судьба мира, здесь, в катакомбах Эстера, они хоть и с тяжелыми потерями, но выиграли свою маленькую войну.

Не силой оружия, не мощью эфира — а простой, обнаженной правдой, которую даже самый преданный солдат боится произнести вслух.

* * *

Где-то в Нижнем мире

Приказ Арнлейва прокатился по безмолвной долине, как удар грома. Джоан, Стивен и Эрика, не успевшие даже осознать, что произошло, сделали синхронный шаг назад. Дин, все еще державший вытянутую руку в направлении Эгго, тоже подчинился — мышцы сработали прежде, чем разум воспротивился.

— Нет! — вскрикнула Леди, успевшая покрыть себя второй кожей, и, вынув клинок из спины Эгго, отпрыгнула назад.

Арнлейв, пошатнувшись, но устояв на ногах, хрипло рассмеялся. Целительная регенерация Эгго сработала безотказно, однако его смех быстро оборвался, когда он заметил, что, не все подчинились приказу. Загипнотизировать Тали он и не рассчитывал, но в отличие от остальных совершенно не шелохнулась Дженнифер.

— Больше никто не будет иметь власти надо мной, — зло прошипела инфанта, наступив каблуком своего сапога на обожженную грудь Дэвида, рухнувшего наземь мгновением раньше.

Всадник взвыл от боли, когда помимо прочего, его ужалил эфир, а все тело некромантки блеснуло барьером, как у Леди Тали. Но на шее виднелся маленький кристалл.

— Защитные амулеты, — озарение Эгго посетило в тот же миг, как дрогнула и исчезла из вида фигура Квентина Хоука.

Очевидно, он, оберегаемый, как и Дженнифер, старинным артефактом, тоже не подчинился приказу Арнлейва, хоть и сделал наигранный шаг назад. Но кто обращает внимание на заикающегося неудачника из Тесс? Эгго непростительно поздно догадался, что вторая из двух найденных когда-то эстеровцами реликвий Первых Всадников была у молодого хранителя.

— Что за… — взвизгнул от боли Арнлейв, когда его защитный купол за секунду раза три атаковал чужой барьер.

Ускоренная способностью Квентина, Леди перешла в стремительное нападение. Мощь кристалла-исполина наделила ее эфирную завесу такой силой, что от постоянных ударов