Старый рудник для брошенной жены - Алена Ягинская

— Понял, госпожа Александра. Если позволите, я уточню это у милорда.

— Уточните, — согласилась я.

После этого нам пришлось снова отклониться от маршрута, чтобы заехать в село, в котором был телеграф. Тео отправил сообщение своему нанимателю и получил сообщение от товарищей, что они прекратили поиски служанки и выдвинулись к месту встречи.

Я же достала карту. Собственно, мы все это время с небольшими отклонениями двигались на север. Просто гномы после того, как мы свернули в Невяр, сделав крюк, вернулись на условную западную трассу. А мы, чтобы заехать в Трисроун, завернули на восток в Ирбир. Дальше мы продолжили путь на север вдоль границ в Дивьяр.

Оттуда на запад вело две основных дороги — одна получше и понакатанее на юго-запад, вторая, менее востребованная — на северо-запад, к перевалу через горы. Но мы из-за телеграфа отправились на север в село на границе с Ирбиром, и отсюда дорога была только назад или в соседнее княжество. Но как можно повернуть назад, если вот они, буквально рядом мои рудники?

Но горы же! Вот и получается, как в поговорке — близок локоть, да не укусишь.

— Миледи? — Теодор, как всегда, заметил, что я о чем-то задумалась.

— Не хочу назад поворачивать, — призналась я. — Неужели тут нет тропинки через горы, чтобы выйти сразу к моим рудникам?

— Если кто об этом и знает, так это ваш отец и вы, миледи. Это же ваши земли, — сказал охранник.

Точно, мои.

Рудники были приданым Саши, то есть принадлежали ее семье. Как и прилегающая территория. Только они здесь никогда не жили, Александра выросла в столице, хотя и бывала в этих краях. А после смерти матери отец перебрался на рудники и стал смотрящим за ними. И это, получается, самая окраина их земель. Вот только воспоминания об этом ничего мне не давали. Разве что с местными пообщаться, на правах хозяйки, все равно ответа от милорда Рейвенкрофта ждем.

Но для начала я отправила Руира сходить в кабак и узнать, чем живет село. Просто странно получалось — вроде как оно тупиковое, дальше горы и граница с соседним княжеством, а телеграф есть и постоялый двор. Ну и кому сюда тащиться надо и зачем?

И вот зря я это сделала, очень даже зря!

***

Теодор проверил сообщения и сказал, что милорд прислал код. К этому времени я поняла, что не могу держать все свои подозрения при себе и гадать, кто играет на моей стороне, а кто против. То, что Лютта продолжала выполнять приказы своей госпожи, я уже практически не сомневалась, а вот что было поручено моей охране — не знала. Они ведь тоже не хотели поначалу менять маршрут, а теперь куда мне вздумается ехать, туда и едем, они не спорят. Мне кажется, скажи я им, что тут есть тропа контрабандистов, ведущая прямиком на шахты, они согласятся пойти по ней. И это тоже странно. Вдруг они такие сговорчивые, пока я иду в ловушку?

В общем, мне нужно было с кем-то поделиться своими сомнениями, подозрениями и переживаниями. И я не нашла никого лучше, чем милорд Рейвенкрофт. А что, Саша — его жена, имеет же он право знать, кто ее убил!

И пока мы ждали ответа, я попросила у местного почтовика лист бумаги и начала описывать все, что сумела вспомнить, благо писать и читать на местном я не разучилась. Написала о том, что Селиана мне силой влила какое-то зелье, о том, что она велела вылить все лекарства, оставленные для Саши, что подозреваю Лютту, что она шпионила для своей госпожи и хотела избавиться от меня по дороге, и о том, что отобрала у нее пузырек и спрятала его за окном. Поверит Роланд Рейвенкрофт или нет своей жене, дело уже другое, но если меня все-таки убьют, а он получит письмо, то пусть знает, какую гадину пригрел на груди. Хотя с ним-то она может и не такая, не зря же она все про развод говорила, не иначе как на место супруги нацелилась. Да фиг с ними, главное, что не на место вдовы. Мужик-то он вроде неплохой, обидно будет, если ни за что голову сложит.

И пока я на местной почте-телеграфе разбиралась с тем, как прослушивать сообщения, пока отправляла письмо милорду, нашу повозку… захватили местные разбойники.

***

Нет, вы только представьте себе — выходим мы с Тео из здания почты, а какие-то отмороженные личности связали Руира и Грегора. Один в возке с мальчишкой сидит, а второй у горла охранника нож держит и велит нам не двигаться. Вот нехорошие люди, скажите? Будь я на кране, для меня бы это проблемой не было, аккуратненько сверху их по головке тюкнула, и всё — сразу тихими и сговорчивыми стали бы. Но я не на кране, к сожалению. Так что остановилась и оглядела местных маргиналов неприветливо.

А как еще назвать людей неприятной внешности в неприглядном виде, да еще за нехорошим делом? Уроды, короче, и сволочи.

— Ну и что тут происходит? — спросила я.

— Деньги, драгоценности, оружие давайте сюда, дамочка, — приказал один из мужиков, держащих нож у горла моего охранника.

Ага, бегу уже, волосы назад. С чего, интересно, они такие наглые, по виду так вообще не профи, а бомжи какие-то случайные. Но это не значит, что они безобидные, раз мои с ними не справились. Покосилась на своих охранников.

Н-да, стоят оба. Не мог Сашин муж побольше народу с ней отправить, чтоб ее защитить? Или спецом не стал этого делать? Неужели он тоже хотел избавиться от супруги? А что, удобно, вроде писанулся, что всё ей возвращает, наверное, и доложил уже куда следует, а кто виноват, что жена до места не доехала? А так раз — и вдовец, и имущество вернулось.

— Ну! — потребовал неопрятный бородатый мужик, возомнив себя главарем.

— Не нукай, не запрягал, — огрызнулась я, продолжая думать о своем.

А я-то Роланду письмо накатала, что, мол, так и так, отравительница в вашем доме, милорд, и клеветница. Будьте осторожны, не доверяйте. А тут вон что — профессиональный охранник с кучкой сброда не справился. Еще и второй стоит, замер. Ну и на кой они мне такие, беспомощные? Вот и правильно, что я решила им