Старый рудник для брошенной жены - Алена Ягинская

Тогда только от нас отстали, позволили завести на площадь повозки и устроить промо-акцию. Ну а мне под пристальными взглядами местных распорядителей пришлось идти совершать покупки. Но я схитрила. Пока Руир прыгал на телеге, я пошла на аукцион. Покупать, так покупать! Денег только мало осталось…

***

Проходил аукцион интересно: на помост выходил работник, ведущий рассказывал про него, чем кандидат занимается, чем владеет (если было какое-то имущество) и сколько должен. После чего желающие погасить его долг делали ставки, на какой срок они готовы забрать работника, чтобы он окупил их вложения.

Иногда работники были с обременением — семьей или заложенным имуществом, которое тоже требовалось выкупить или заключить договор о временной переуступке прав. Чем больше я смотрела, тем больше убеждалась, что хочу на рудники. Вот прямо сейчас готова там оказаться и сама лично идти в забой! Потому что дурдом тут творился страшный, все кричали, спорили, ругались друг с другом, а два почтенных на вид гнома даже принялись бросать друг в друга мятые листы бумаги договора о переуступке, который они никак не могли подписать.

Пока я, вцепившись в Грегора, думала, как по-тихому покинуть этот бедлам, ко мне незаметно подсел молодой человек и тихим интимным шепотом поведал, что если госпоже нужен ласковый и послушный раб, то я пришла не по адресу и он готов показать мне нужный товар в другом месте.

Не знаю, куда смотрит король Трассерии, но поскольку мой супруг его советник, то непременно выскажу ему всё, как только будет такая возможность. У них тут еще и людьми торгуют, гляньте-ка!

Буйных гномов вывели из зала, и на помост поднялись следующие кандидаты. На этот раз это была целая гномская артель — кузнец с помощником-подмастерьем, столяр-плотник, кожевенных дел мастер, и обременением у них шел старик-отец и два молодых гнома-воина, которые отказались расставаться с семьей. А самое удивительное, что должны были гномы совсем немного, а воины так и вовсе могли пойти в найм. Что тут началось!

Вообще торг начинался с пяти лет услужения. Я так думаю, что свободные от обязательств таригорские гномы хотели своим присутствием скосить срок для своих родных, но они не учли, что покупатели-то в основном тоже гномы! Местные, ирбирские. И даже несмотря на то, что они хотели заполучить работников себе, на каждом шаге они уступали не больше месяца, а то и недели. И только благодаря ажиотажу срок опустился до трех лет и замер. Торг пошел на дни.

Гномы-воины смекнули, что скорой свободы им не видать, и выставили условие — их семейство отрабатывает долг тот срок, за который договорятся, а они хотят оплаты за свой труд. И цену поставили в два золотых в месяц.

Как возмущались потенциальные наниматели! Они кричали, что это грабеж и беспредел, что за такое святотатство всех надо заставить отрабатывать пожизненно, а у тех, кто хочет денег, все отобрать и отправить на границу с Таригором.

— Грегор, мы берем их всех, — сказала я своему охраннику. — Предложи три года отработки и оплату, как они хотят. После чего живо забираем Руира и его мастера и уезжаем. Сдается мне, что их уже готовы побить, возможно, даже ногами.

Мужчина взглянул на меня, покачал головой, но промолчал и поднялся, чтобы сделать ставку.

Уезжали мы из Ирбира опять в компании гномов, но уже без гроша денег. Зато на роскошных каретах!

Глава 7. Снова в путь

Снова я чувствовала себя Белоснежкой, только какой-то неправильной. В сказке, после того как красавицу выгнали из дворца, она пошла, захватила жилище гномов и принялась ждать принца, вверяя себя заботам хозяев. А я кроме того, что до дома никак добраться не могу, так еще что-то подсказывает, что обо мне там никто заботиться не будет. Так что обоз соломы, чтобы подстелить ее куда нужно, я тащила с собой. И в роли соломы я видела верных мне гномов.

Верность их я купила за два года отработки. Изначально на аукционе гномы согласились отправиться ко мне в услужение на три года и за оплату долгов и найм охранников. Когда мы закрыли сделку, я предложила гномам принести мне клятву верности за то, что сокращу время их отработки до одного года. Они, подумав, согласились, и мы подписали новое соглашение.

Руиру с Теодором удалось распродать несколько телег, на эти деньги мы наняли стряпчего, который проверил все документы по закрытию долгов и помог оформить новые бумаги. Так за весьма умеренную сумму я приобрела себе головную боль, которая ехала со мной.

Кроме артели ко мне присоединились и мастер Бранир со своим подмастерьем и почти все его экипажи.

О тройке лошадей пришлось пока забыть, так как уезжали мы довольно поспешно — дельцы Трисроуна ополчились на меня за то, что я увела у них из-под носа выгодную сделку, и управляющий ярмаркой настоятельно рекомендовал покинуть город как можно быстрее.

— Исключительно из уважения к вашему супругу, миледи Рейвенкрофт, — говорил мужчина. — Послушайте доброго совета, наймите еще охрану и уезжайте. И не приезжайте сюда больше.

Мужчина пояснил, что в Ирбире самые распространенные способы заработка на приезжих — подставы и мошенничество. Самый простой — когда дают посмотреть и оценить товар, а он вдруг ломается. Доказать, что потенциальный покупатель не виноват, невозможно, тут же находятся свидетели, готовые подтвердить, что видели, как вещь сломалась в руках покупателя. Можно, конечно, это обжаловать, но судебные издержки будут еще выше.

В общем, в чудесном городке Трисроун все было заточено на отъем денег у населения. Но он все равно преподнес мне шикарный подарок — новых гномов.

Беженцы из Таригора были совсем не такими, как гномы, с которыми мне довелось путешествовать до этого. Они были собраны, суровы, молчаливы и послушны. Они не пытались ничего навязать, пока мы собирались, давали дельные советы и не относились ко мне со снисхождением, как Рагнар Скальбрек и его компания.

Держались они отстраненно и лишний раз не подходили. Кроме стариков и Руира, мальчишка старался услужить и практически заменил мне горничную, а старики, не сговариваясь, взяли меня под своеобразную опеку.

У управляющего торговищем я взяла напрокат лошадей, чтобы вывезти приобретенное имущество, за это пришлось оставить ему в залог часть повозок мастера Бранира. Но все остальное отправилось на рудники вместе со мной, чем была недовольна моя охрана. Особенно, когда узнали, что я собираюсь принять клятву верности у таригорцев.