Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

было беспристрастно, словно каменное. Это в какой-то степени пугало, но и обнадёживало. Он не гневается, значит вынесения мозга на тему того, что я грешна не предвидится.

— Ваше Преосвященство, — я неспешно подошла к нему и поклонилась.

— Амелия, дитя моё, — неожиданно немного ласково произнёс он, в уголках губ появилось подобие улыбки. — Я ждал Вас, леди. Пройдёмте в сад, там тихо и никто нам не помешает.

Сад при соборе был совершенно небольшим и самым, кажется, тихим местом в этом городе. Здесь не слышно было шума города, завывания ветра, лишь тихое пение птиц, затаившихся в кустах. Мы неспешно дошли по посыпанной гравием дорожке к небольшой беседке из серого мрамора. Там нас уже ждал поданный сервиз на двоих с пышущим от жара чайником. Мы присели напротив друг друга, Первосвященник разлил ароматный, но явно терпкий из-за долгой заварки чай. Повисла тишина. Я не касалась чашки, уставившись на лежащие на коленях ладони. С чего вообще начать?..

— Леди, не переживайте, — мягко произнёс Элигий. — Это просто беседа. Рассказывайте то, что посчитаете нужным.

— Всё, что посчитаю нужным?.. — я нервно облизнула пересохшие губы, слыша, как сел голос.

— Да, леди.

— Тогда… Мне есть что рассказать.

И я начала говорить. Как потоком, как волной или как будто из меня хлынула река. Я не знала, зачем это всё рассказываю, но… Рассказала о том, что не настоящая Амелия, как попала сюда, как пыталась привыкнуть, но всё скатывалось в две вещи — страх умереть и ненависть к Ричарду. Рассказала о семнадцати перерождений и слепом отчаянии Амелии, которая сделала что-то, отчего теперь её тело заняла я. И о том, что мне ни капли не страшно вступать в брак, я люблю Константина, готова родить ему столько детей, насколько позволит здоровье. Но боюсь теперь лишь одного — исчезнуть в самый неподходящий момент, когда уже так счастлива. Я умолчала лишь об одном. О том, что этот мир — прочитанный мною когда-то роман. Это ни к чему.

— И… Константин знает о том, что я не из этого мира, — напоследок произнесла я, словно выдохнув. — Я рассказала ему после нашей первой ночи…

Первосвященник Элигий слушал молча. Он не кивал, не качал головой, лишь смотрел куда-то внутрь себя, слушал и анализировал сказанное. Он молчал. Так долго, что мне в какой-то момент стало страшно, что Элигий в глубоком шоке или вовсе умер. Но он дышал, просто был так сосредоточен.

— Вы не первая, леди, — произнёс он спустя долгое молчание. — Вы — редкость, но не уникальная. В летописях церкви есть записи о таких же, как Вы. О душах или даже людях, пришедших извне, из других миров. Немного совсем, едва ли наберётся десяток за всю историю.

— Я не первая⁈.. — только и смогла выдохнуть я шокировано. — Но… что с ними случилось?

— Они меняли судьбы мира, — ответил мне Элигий с улыбкой. — Каждый — по-своему. Один мужчина предотвратил братоубийственную гражданскую войну. Девушка — остановила эпидемию чумы. А другой мужчина… — тут он замолчал, явно принимая решение, рассказывать мне или нет. — Он стал святым.

— Святым?.. Но из Святых мужчиной был только Мартин… — прошептала шокировано я. — Неужели Святой Мартин?..

— Он самый, — кивнул на мои слова Первосвященник. — Он оказался здесь в самый нужный момент, стал проводником для заблудших душ и привёл к свету многих.

Я молчала, переваривая. То, что я не уникальная… Меня это чертовски радовало. Тем более, что тот же Святой Мартин дожил до глубоких седин и умер в окружении верных людей. Но вопрос, останусь я или нет всё ещё оставался.

— А я… Я что сделала?.. — прошептала я. — Я же ничего такого…

— Леди, благодаря Вам удалось избежать самого ужасного исхода будущего, — на мой удивлённый взгляд он лишь снисходительно улыбнулся. — Святая в день ареста принца Ричарда наконец-то увидела иной исход будущего. Но об этом… Об этом лучше она расскажет она сама, — его сухая и холодная ладонь накрыла мою. — Я должен у Вас спросить леди. Страшитесь ли вы чего-то в грядущем браке?

— Нет, Ваше Преосвященство, — я покачала головой с улыбкой. — Мне совсем не страшно.

— Даже если Лиос не пошлёт вам детей? — допытывал Первосвященник.

— Даже если Лиос не одарит нас такой милостью, — твёрдо ответила. — Мы любим друг друга. Если дети будут — это прекрасно. Если нет, то на всё воля Лиос.

— Что ж… — Элигий улыбнулся, слегка пожал мою ладонь и встал. — Я уверен, Лиос будет к вашему браку благосклонна, — на мою попытку встать мягко надавил на плечо, заставив сесть обратно. — Святая хотела поговорить с Вами, леди. Подождите её здесь.

Фигура Первосвященника Элигия исчезла среди дорожек и кустов, оставив меня в одиночестве. Впервые меня стало колотить. Я знала сюжет оригинала, знала, что после смерти Амелии Ричард женился на Элизе, у них родился сын Уильям, а потом… Да, страна была в упадке и разрухе, но мирной и лишь требовала твёрдой руки, которой стал Александр. Однако… было что-то хуже этого?..

Элиза появилась… нет, это нельзя было назвать словом «появилась». Она буквально вылетела откуда-то из-за угла, совсем неизящно подняв подол своего голубого простого платья. Святая широко улыбалась мне, несясь к беседке. Когда она приблизилась, я увидела искреннее озорство в её глазах.

— Ты прости!.. — начала она, рухнув на стул и тяжело дыша после пробежки. — Я вас подслушала!

— Это не была исповедь, чтобы хранить её в тайне, — спокойно возразила я. — Но я рада, что Вы услышали, госпожа Святая. Я… Мне тяжело хранить это в тайне и не знать своего будущего.

— Не называй меня так, — Элиза от такого обращения поморщилась. — Элиза. Просто Элиза.

— Хорошо, — я кивнула на её слова. — Тогда и Вы называйте меня Амелией.

Элиза на мгновение совсем по-детски улыбнулась, а потом отвела взгляд, сосредоточившись на чём-то за пределами беседки. Её молчание было не таким пугающим, как у Первосвященника. Скорее уютным, спокойным и немного загадочным.

— Ты знаешь,