Что случилось на балу? - Сабрина Джеффрис

Его челюсть отвисла.

— Сто тысяч фун…

Элиза звонко расхохоталась, не дав графу высказать возмущение. С трудом сдерживая улыбку, она сказала:

— Другими словами, вам все же не все равно, во сколько встанут все затраты.

— У меня есть деньги, вы, маленькая плутовка! — Граф не скрывал, что рассержен. — И я готов их потратить, чтобы обеспечить Джоселин достойное положение в обществе. — Это было меньшее, что он мог для нее сделать в сложившихся обстоятельствах. — Но это не значит, что я тронулся умом.

— Слава богу. — Она весело сверкнула глазами. — Я не хотела бы вести дела со скорбным разумом.

Покачав головой, он выдавил из себя кривоватую улыбку.

— Какова же реальная сумма?

Она назвала гораздо более приемлемую цифру, которая оказалась даже меньше, чем он ожидал.

— Это звучит вполне разумно.

— Я могу подготовить для вас подробный отчет с предполагаемыми расходами на все товары, изделия и услуги, которые мы собираемся предоставить. Готова показать нашу смету уже завтра.

Он с пренебрежением отмахнулся:

— Мне не нужны подробности. Я знаю, что ни вы, ни ваши сестры не способны на обман.

— Ах, вот как? — В ее голосе звучала ирония. — Очевидно, вы с Джеффри слеплены из разного теста.

Он пожал плечами:

— Просто я вырос в семье аристократов, а он привык считать каждый пенни. Думаю, такое случается, когда человек в его возрасте внезапно узнает, что является наследником герцогского титула и всего, что причитается к этому званию. Привычка — вторая натура, как говорится.

— Согласна. — Она жестом указала на скамейку. — Почему бы нам не присесть, пока я буду посвящать вас в подробности наших с сестрами планов относительно Джоселин?

— Мы могли бы пойти внутрь и сесть в утренней гостиной.

Решительным шагом она направилась к скамье.

— Мне больше нравится проводить время на свежем воздухе.

— Сомневаюсь, что это настоящая причина, по которой вы избегаете заходить внутрь, — усмехнулся он. — Вы считаете, ваши сестры могут наблюдать за нами из окна, следовательно, я буду воздерживаться от попытки вас поцеловать.

— Скажете, что я неправа? — Она села и демонстративно расправила широкие складки платья вокруг себя, с явным намерением оставить графу место только на другом конце скамьи.

Очевидно, она его недооценила. Подняв край легкого муслинового платья, он сел к ней вплотную, а затем преспокойно разложил подол платья у себя на коленях.

Его поведение явно привело ее в крайнее замешательство.

— Джентльмен не вправе распоряжаться юбками леди, сэр.

— Я не джентльмен, — не моргнув глазом, сказал он.

Она нахмурилась.

— Разве не вы недавно уверяли меня, что навсегда оставили распутный образ жизни?

— Я не распутник. — В его голосе звучала твердость. — Я солдат. А солдат вправе распоряжаться всем, что ему нужно, чтобы завоевать награду.

— Какую награду? — спросила она с легкой усмешкой.

— Вас.

«Черт побери, парень… последнее, чем тебе стоит заниматься, — это пытаться завоевать ее».

Элиза смотрела на него, ошеломленно раскрыв глаза, в которых читалась та же мысль, что только что пронеслась у него в голове. Затем вдова вспыхнула от смущения, и румянец расцвел на ее щеках, придавая им восхитительный розовый оттенок. Он бы поцеловал ее прямо сейчас, если бы осмелился, но ему действительно не хотелось ставить ее в неловкое положение перед возможными свидетелями. Хватит того, что он наломал дров накануне, проделав это перед Верити и Джоселин.

Натаниэль улыбнулся.

— Но я готов подождать, пока мы не останемся одни. По-настоящему одни.

— Вот как? — Это привело ее в хорошее расположение духа. Элиза взглянула ему в глаза с нарочито лукавой улыбкой. — Тогда и я тоже.

В его крови закипел огонь страсти… но лишь на мгновение.

— Потому что вы сделаете все, чтобы мы никогда не остались наедине?

— Потому что, сэр, нам нужно оказаться вдали от посторонних глаз, чтобы наша встреча стала… действительно удовлетворяющей.

Теперь настал его черед поражаться ее откровенности. Но прежде чем он успел спросить, когда и где это должно произойти, она сдернула подол платья с его колена и добавила:

— Однако сегодня нам следует обсудить вашу подопечную. Так что лучше перестанем отвлекаться мыслями — и телами — от поставленной задачи.

Он повернулся к ней, намеренно прижав колено к ее ноге.

— Я могу справиться с двумя задачами одновременно, знаете ли. Полагаю, что и вы тоже.

— В данный момент я предпочту сконцентрироваться только на одной.

Она чопорно сложила руки на коленях. Он изо всех сил пытался совладать со своими мыслями, стараясь не думать о прекрасной фигуре, скрывавшейся под подолом белого платья.

— Вот что мы предлагаем в качестве первого мероприятия, — с важностью произнесла она, словно строгая гувернантка, проводящая урок. — Мы выбрали, как нам кажется, совсем несложный вариант: благотворительный вечер в Ричмонде, проводящийся в пользу сиротского приюта. Организаторами выступают наши друзья — Краудеры.

— Какого рода праздник? Такой, как у Принни в прошлом году в Карлтон-Хаусе, с танцами и ужином? Или что-то вроде деревенской ярмарки с акробатами и качелями?

— Боюсь, в этом случае не будет ни акробатов, ни качелей, ни журчащих ручейков, бегущих по накрытым столам с угощениями для гостей.

— Понятно.

Когда продолжения не последовало, Элиза спросила:

— Вам не понравился этот роскошный ужин у принца?

— Это мероприятие превратилось в злоупотребление излишествами, и государство не должно было оплачивать подобное расточительство.

— С этим я согласна. Хотя и немного удивлена, что вы такого не одобряете.

— Прошлое солдата, — мрачно пояснил он. — Слишком часто нашим людям не хватало еды или необходимого снаряжения из-за недостатка средств. Сто двадцать тысяч фунтов, которые принц потратил на праздник, могли бы обеспечивать всех солдат в нашем полку на протяжении всей войны.

Элиза смотрела внимательно и серьезно, словно пытаясь заглянуть ему в душу. Он не мог этого допустить.

— К тому же, — граф вновь перешел на беспечный тон, — ледяное шампанское закончилось слишком быстро. Да и музыканты были хуже некуда.

— Что ж, — продолжила она. — Мероприятие состоится первого мая, так что преимущественно будет включать все основные традиции празднования: организаторы установят майские столбы, устроят игры, представления… Ах да, гости также выберут королеву мая.

— Чья это была идея?

— Моя, честно говоря. Я увидела в книге старинные иллюстрации с гуляниями на Майский праздник и подумала, что это выглядит достаточно весело, чтобы понравиться людям.

— Ваша задумка требует изобретательности и творческого подхода, — заметил Натаниэль. Элиза никогда не казалась ему человеком, способным на оригинальные решения, но теперь, подумав о ее любви к музыке, он понял, что ничего удивительного в ее выборе не было.

Она просияла.

— Большую часть оформления я доверила Верити,