После развода с предателем - Адалин Черно

Когда подъезжаем к офису Матвея, Тимур паркует машину недалеко от входа. Я еще раз благодарю его, открываю дверь машины и выхожу. Но следом слышу, как дверь с водительской стороны тоже хлопает. А потом Тимур подходит ко мне и решительно идет следом.

— Ты куда это? — удивляюсь я.

— С тобой, — спокойно отвечает он, захлопывая за собой дверь.

— Тимур, — качаю головой. — Спасибо за все, правда, но дальше я сама.

Он смотрит на меня так, будто я только что сказала глупость.

— Оля, — произносит с той же бесстрастной уверенностью, с какой вчера забрал у меня телефон, — ты хоть представляешь, сколько тебе сегодня всего предложат?

— Матвей все объяснит, — возражаю я, хоть и слабым голосом.

— Матвей юрист. И он за тебя. Но слушать нужно будет внимательно, а ты сейчас нервничаешь и вряд ли сможешь думать холодно.

— Тимур… — снова пытаюсь вставить хоть слово, но он мягко перебивает:

— Я не собираюсь лезть в процесс. Я просто буду рядом. И если что-то пойдет не так — подстрахую.

— Ты юрист?

Он усмехается:

— Нет. Но я очень хорошо разбираюсь в том, как устроены такие сделки. И в людях. — Пауза. — И я хочу быть уверен, что ты выйдешь оттуда без чувства, что тебя снова обвели вокруг пальца.

Я закусываю губу. Внутри кипит протест — я справлюсь сама! Но в глубине души понимаю: он прав. Я слишком зациклена на том, чтобы просто поскорее это закончить. И могла бы проглядеть что-то важное.

— Я даже вмешиваться не буду, — говорит он спокойным, уговаривающим голосом. — Только послушаю.

Я вздыхаю.

— Хорошо, — сдаюсь я. — Но если хоть слово скажешь, я тебя выгоню.

Он улыбается.

— Договорились.

Мы вместе поднимаемся по лестнице. Дверь офиса Матвея находится на втором этаже. Я останавливаюсь перед ней на секунду, собираясь с духом, затем коротко стучу и вхожу первой.

Матвей отводит взгляд от ноутбука, встает навстречу.

— Ольга, доброе утро, — говорит он и, переведя взгляд на Тимура, добавляет: — Здравствуйте.

— Это Тимур Саввович, — тихо поясняю я. — Он… просто послушает.

Матвей удивленно смотрит на меня, но ничего не говорит. Лишь кивает.

Мы усаживаемся за стол переговоров. Матвей достает папку с документами.

— Итак, как я уже говорил вчера. Мы подаем иск о разводе, с разделом имущества. Я подготовил предварительный список — квартира, машина, банковские счета, бонусы от компании вашего мужа. Все активы, купленные в браке.

Он протягивает мне папку. Я машинально листаю страницы, стараясь вникнуть, но буквы словно расплываются.

И тут Тимур, сидящий рядом, чуть наклоняется к столу и негромко спрашивает:

— А есть оценка стоимости активов? С учетом текущей рыночной цены недвижимости и автомобилей?

Матвей кивает.

— Конечно. Здесь все расчеты.

Тимур берет распечатку, бегло ее просматривает, его лоб чуть хмурится.

— Странно, — замечает он. — Оценка квартиры слишком занижена.

Матвей снова кивает.

— Мы закажем официальную оценку.

Тимур бросает на меня взгляд, в котором читается что-то вроде "видишь?"

— Конечно, заказываем, — быстро говорю я, чувствуя, как просыпается какая-то здоровая злость.

Тимур откидывается на спинку кресла и больше не вмешивается. Только спокойно слушает, в то время как Матвей рассказывает мне о следующих шагах, о том, как будет подаваться иск, какие документы нужны и когда состоится первое заседание.

Я киваю, впитывая каждое слово. И впервые за долгое время ощущаю, что держу ситуацию под контролем.

Когда мы выходим на улицу, я оборачиваюсь к Тимуру.

— Спасибо, — говорю искренне. — Без тебя я бы согласилась на всё, что предложили.

— У тебя хороший адвокат, я практически ничего не сделал.

Пока я улыбаюсь, Тимур обнимает меня за талию и ведет к машине, но уже через пару минут я вижу бывшего мужа, решительно направляющегося в нашу сторону.

Глава 22

Я резко останавливаюсь и Тимур тоже замирает, перехватывая мой растерянный взгляд. Глеб приближается быстро, целеустремленно, с тем самым выражением лица, которое я когда-то хорошо знала — когда он был не просто раздражен, а по-настоящему задет.

— Вот ты где, — бросает он, не обращая внимания ни на Тимура, ни на прохожих, которые оборачиваются на повышенный тон.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, стараясь говорить спокойно, но внутри все сжимается.

— А ты как думаешь? — вскидывает брови. — Ты хочешь перетянуть все на себя? Дом, машину? Ты серьезно? В этом ничего твоего нет.

— Я прошу то, что принадлежит мне по закону и ничего больше, — стойко отвечаю.

— По закону там твои только трусы, но ты их вчера забрала.

— Полегче-ка, — вступает в разговор Тимур. — Ты не на рынке разговариваешь.

Я вижу, как Глеб бросает на Тимура полный презрения взгляд. Не знаю, какой взгляд при этом получает в ответ, но вижу, как немного отходит, потому что вкрай пересекает все допустимые расстояния.

— Я не могу понять, ты нашла себе защитника?

— Я сказал полегче, — Тимур закрывает меня собой.

Без вопросов встает между ним и моим мужем, который совсем скоро станет бывшим по документам, а в моих мыслях он такой уже несколько дней, с момента, как я узнала об измене.

— Ты решила играть в войну? — его голос становится жестче. — Думаешь, он за тебя все решит?

Он кивает на Тимура, будто тот вообще не стоит здесь перед ним, а просто очередная деталь интерьера.

— Я ничего не решаю за нее, — спокойно произносит Тимур. — Но если ты пришел угрожать, то мы можем продолжить в суде.

Глеб презрительно усмехается.

— Суд? Вы правда думаете, что суд будет на твоей стороне, Оля? У тебя даже нет постоянного жилья. Нет стабильной опоры. Только… — он делает паузу и скользит взглядом по Тимуру, — очередной мужик, который за тебя все решит. Как удобно. Ты ведь всегда так делала, да? Искала того, кто за тебя все решит.

Наверняка, Тимур бы постави его на место и без меня, но у меня внутри в этот момент сразу же после его слов что-то взрывается. Я решительно выхожу на первый план, смотрю Глебу в глаза, выдерживая его взгляд. Хочу, чтобы он знал, что я его не боюсь. Не потому, что за моей спиной есть мужчина, а потому что, черт возьми, нет причины никакой его боятся! Закон на моей стороне. Из нас двоих — виноват он.

Это он привел в дом другую. И это он сделал ей ребенка.

— Не смей говорить со мной таким тоном. Ты потерял это право. Я хотела развода по-хорошему, ты сам превратил все в грязь. И да, Тимур рядом. Но не он за меня