Даже зомби из трущоб поет блюз - Диана Роулэнд

Я, должно быть, выглядела в край озадаченной.

— Вы так об этом говорите, будто он меня в своём гараже на коленке собрал, — буркнула я. — И нет, я ни хера не понимаю. Что ещё за «устойчивость популяции»?

Да похуй, они и так уже знают, что я необразованная. Что я, ещё сильнее уроню их мнение о себе, что ли?

— Я имею в виду то, как обеспечивать пропитание нашей популяции и при этом не прибегать к методам, которые привлекут к нам лишнее внимание.

— А, вы про то, где достать достаточное количество мозгов, — догадалась я. Какого хера нельзя было сразу так и сказать?

Пьетро согласно кивнул:

— Именно. Ты — новообращённый зомби, а значит, твоя потребность сейчас несколько выше. Ты, должно быть, сжираешь целый мозг в неделю? Может, чуть больше?

— Ну да, где-то так, — согласилась я. О, надо же, наконец-то пошли хоть какие-то внятные ответы. — То есть вы хотите сказать, что мне не всегда будет так дико хотеться жрать? И долго это продлится?

— Около года. Затем потребность постепенно пойдёт на спад, и при обычных нагрузках одного мозга тебе будет хватать примерно на полторы недели. Но это всё равно означает, что среднестатистическому зомби нужно около сорока мозгов в год. — Он одарил меня язвительной улыбкой. — Думаю, теперь тебе понятно, почему наша численность должна строго контролироваться.

Он встретился со мной взглядом, и у меня не осталось ни единого сомнения: он бы предпочёл, чтобы мою численность проконтролировали ещё до того, как меня вообще превратили в зомби.

Ну и пошёл он нахуй, и вся эта его богадельня вместе с ним. Я откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди.

— Ну, сорян, теперь вам придётся со мной мириться, — ответила я с натянутой улыбочкой. — И я так понимаю, вас вообще всё устраивало, пока Эд выкашивал наших пачками?

Он нахмурился.

— Мы своих не убиваем. В мире полно других желающих сделать это за нас — и Эд тому идеальный пример.

Маркус тихонько прокашлялся:

— Энджел, Эд — далеко не единственный охотник на зомби в этих краях.

Пьетро пренебрежительно отмахнулся:

— Неважно. С такими охотниками есть свои методы борьбы.

— Вы думаете, это они спёрли тело? — спросила я. — Охотники на зомби?

Пьетро удивлённо нахмурился:

— Какое ещё тело?

— На Энджел вчера ночью совершили вооружённое нападение, — поспешил объяснить Маркус. — Они забрали тело мужика, который насмерть разбился при падении в той самой лаборатории, где работает София.

Пьетро поджал губы:

— Весьма загадочно. Но если жертва не была зомби, я в упор не вижу причин, почему ты решила, будто здесь замешаны охотники.

Внутри меня всё так и вскипело от его тона в духе «ну ты и дурочка», а также от факта, что Маркус, оказывается, вообще ни хера не говорил Пьетро про труп. Тогда какого, блядь, хера было так жизненно важно притащиться к его дяде как можно скорее? Я мысленно прокрутила в голове наши прошлые разговоры. Насколько я помнила, он совершенно точно выставил всё так, будто похищение тела — это главная причина, почему нам нужно увидеться с Пьетро.

Ну или я сама накрутила лишнего. Может, Маркус просто сильнее переживал из-за Эда. Я понимала, что из-за стресса мои нервы на пределе, так что я вполне могла вести себя излишне чувствительно.

— Я вообще не почуяла запаха его мозгов, — отрезала я. — Я была голодной, а у него был конкретный перелом черепа.

Губы Пьетро скривились в лёгкой скептической ухмылке:

— И из-за этого ты автоматически решила, что он зомби? Я вообще-то в курсе, как работают эти процедуры… разве парамедики не снимали с него кардиограмму?

— Ну да, но…

— При обычном переломе черепа у него всё равно было бы сердцебиение, пусть и очень слабое, — перебил он, и на этот раз в его голосе отчётливо послышались снисходительные, покровительственные нотки.

Я зыркнула на Маркуса, но тот сидел молча с виноватым лицом. Он встретился со мной взглядом и слегка пожал плечами, как бы говоря: «Ну, я же тебе говорил».

Меня накрыла волна злости и обиды, и мне пришлось сильно прикусить язык, чтобы не разреветься или не выдать вслух тираду отборного мата.

— Ясно. Тогда я вообще хрен знает, зачем я здесь, — выдавила я.

Пьетро промолчал, но взгляд его выражал абсолютно то же самое. Маркус откашлялся:

— Энджел, ты теперь одна из нас. Вот почему ты здесь. Мы в основном переживаем из-за Эда и тех, с кем он может работать заодно.

Я глубоко вздохнула, чтобы хоть как-то обуздать свои разгулявшиеся эмоции.

— А как насчёт остальных зомби в округе? Вы их предупредили об Эде?

Пьетро кивнул:

— Те, кто входит в наш круг, в курсе.

— В ваш круг? — переспросила я, нахмурившись. — Это ещё что значит? Есть кто-то ещё?

Маркус потянулся и похлопал меня по ноге.

— Он имеет в виду, что мы связались со всеми, про кого точно знаем, что они зомби. — Он выдавил обнадёживающую улыбку, но внутри меня всё равно завязался тугой узел тревоги.

Впрочем, я также понимала, что если начну засыпать их вопросами, то просто впустую потрачу время и воздух.

— Понятно, — вместо этого буркнула я и изо всех сил постаралась улыбнуться.

— Ну вот и отлично, — подытожил Пьетро, поднимаясь с места. — Тогда нам стоит вернуться к гостям. — Он посмотрел в мою сторону, пока я судорожно вставала со своего кресла. — Если, конечно, у тебя нет других вопросов для обсуждения?

Я мотнула головой. Да ни хера он не хотел со мной обсуждать.

— Замечательно. — Он указал рукой на дверь, и я поспешила сделать ноги.

Долго мы там не задерживались. Родители Маркуса к моменту нашего выхода из кабинета уже уехали, а меньше всего на свете мне хотелось общаться с кем-то ещё, кто решит припереть меня к стенке расспросами про моё образование и карьерные цели. Моей целью прямо сейчас было просто остаться в живых, сука, выжить. В какой-то момент Пьетро отозвал Маркуса в сторонку, а я свалила в туалет и торчала там достаточно долго — надеясь, что этого хватит, чтобы избежать лишней болтовни с гостями, но не настолько долго, чтобы люди подумали, будто мне хреново. Или, как до меня дошло позже, что я там упоролась наркотой.

К несчастью, стоило мне выйти из туалета, как я чуть было лбом не впечаталась в Софию прямо посреди коридора.

— Энджел, как здорово, что я тебя встретила, — произнесла она с абсолютно искренним видом. — Мне кажется, мы как-то