Легенда о драконьей невесте - София Хартманн

* * *

Солнце уже клонилось к горизонту, когда Рюнал достиг Святилища. Он не стал входить в поселение, а обогнул его с запада, пытаясь понять, где могут держать Калису. И тогда же заметил повозку Правителя, въезжающую на главную улицу. Впрочем, поселение было настолько маленьким, что просматривалось насквозь с любой стороны. Всего три-четыре узкие улочки, а дома можно было по рогам радюра пересчитать.

Центром Святилища оказалось двухэтажное здание в форме ронда, которое со всех сторон обступали обычные на вид домишки, каких было тысячи в Северных землях. Но Рюнал знал: в каждом из них засада. Близко подходить нельзя. Но как помочь отцу и сестре, если нельзя подойти?

«Придется просто наблюдать», — с недовольством подумал наследник, поморщившись.

Он устроился на опушке леса, присев на упавший ствол фирнали. Тат ходил неподалеку в лесу, жуя исбарьну с невысоких кустиков. О том, что радюр может сбежать, Рюнал не переживал — Тат служил ему с самого детства и всегда откликался на зов.

Решив, что вступит в бой при крайней необходимости, наследник позволил себе немного выдохнуть, а затем, оставив Тата в лесу, двинулся дальше пешком — искать укрытие с лучшим обзором.

Позади главного здания оказалось нечто вроде скотного двора. Перебежками, от одного дома к другому, Рюнал смог незамеченным добраться до низкой постройки, уходящей в землю. Она находилась на самом краю двора и сзади прикрывалась высоким забором из металлической сетки, сквозь который наследнику пришлось лезть напрямик — слава богам, что в нем кто-то уже сделал небольшую дыру, которую получилось расширить.

Там, скрытый от глаз повстанцев их же силами, он и засел.

Пряча лицо от мороза в меху, Рюнал принялся ждать. Пусть здесь и было теплее, чем в Зарове, однако ж Пора Ледяных Ветров несла холод прямиком с севера.

Шум послышался уже на закате. Во двор начали пребывать люди. Все, как один, — чернее луны, в наличниках****, скрывающих все, кроме глаз, и с копьями наготове.

Рюнал огляделся, чуть поднявшись из-за укрытия, и увидел отца. Он стоял спиной. Рядом, скрючившись, примостился генерал Колд. Все в его позе кричало, что страх овладел его сердцем.

«Бросит, как только запахнет костром», — понял Рюнал. Против брата Колд не пойдет.

Чуть впереди, полукругом расположились личные вагаты Правителя. Элитный отряд из десяти самых стойких и самых верных, каждого из них Рюнал знал лично. Принцу было плохо видно, но он и так знал: вагаты уже готовы разить любого, лишь почувствовав угрозу в сторону Правителя.

А с другой стороны двора, от главного здания, шел Орвин. Белые одежды ослепляли даже в лучах закатного Солнца.

— Ваше Величество! — напряженную тишину прорезал его высокий голос. — С нетерпением ждал нашей встречи.

Вагаты не дали мужчине приблизиться, и он остановился в десятке шагов.

— Где моя дочь? — не церемонясь, спросил Аксал. Голос его был спокойным, почти расслабленным, но Рюнал чувствовал угрозу, исходящую от отца.

— С ней все хорошо. Сейчас она с Форредом, — Орвин указал рукой на главное здание. — Прежде я хотел побеседовать с вами.

— О чем мне беседовать с изменником? — фыркнул, нет, рассмеялся Аксал.

Орвин оскорбленно нахмурился.

Рюнал напрягся, сжав пальцами край крыши. «Изменник», — кольнуло где-то внутри, но он отогнал эту мысль, как рой мошек.

«Рано, еще рано», — уговаривал он себя.

— Не забывайте, Ваше Величество, что ваша дочь у меня... в гостях, — Орвин снова улыбнулся, обнажая гнилые зубы. — Поэтому вы выслушаете меня. А затем мы решим, как договориться.

— Ты хортов предатель! — закричал генерал Колд, дернувшись в сторону брата. Аксал удержал его рукой и покачал головой.

Орвин даже не глянул в его сторону. Впрочем, Рюнал и сам не заметил бы генерала, если бы не крик. Сейчас все его внимание было на отце и предводителе повстанцев.

— Ну так что? Побеседуем?

Аксал вышел вперед, жестом указав вагатам дать ему путь. Но остановился, когда между ним и Орвином осталось несколько шагов.

— Беседовать с изменником я не буду. Говори свои требования, и я решу, оставить ли тебя в живых.

Орвин рассмеялся жутким трескучим смехом.

— А вы смешной. Раньше были скучным, прямо повеситься хотелось. Смерть жены хорошо на вас повлияла.

Рюнал готов был сорваться с места и врезать Орвину, а Аксал лишь молча смотрел на него. Так спокойно, словно ничего не почувствовал от упоминания Руны.

Поняв, что вывести Правителя не получилось, Орвин наконец перешел к сути.

— Вы знаете, чего я хочу. Сдайтесь мне и сложите свои полномочия, и тогда ваша дочь будет жить, — Орвин произнес это так легко и играючи, словно не требовал отдать ему в руки государство. — Ну, как считаете? Северные земли за жизнь дочери?

Повисла тишина. Звенящая, почти пылающая. Аксал молчал несколько доль. Рюнал же с каждым ударом сердца все больше холодел, ожидая ответа отца.

— Сначала я должен увидеть Калису. А после — делайте со мной, что хотите. Но Калиса должна быть свободна и здорова.

Орвин тут же махнул рукой, и из дверей главного здания вышел Форред, а за ним — брыкающаяся Калиса. Исхудавшая, озлобленная, но живая и невредимая. Рюнал даже выдохнул с облегчением.

Аксал шагнул навстречу дочери.

И в тот же момент к нему рванули повстанцы.

Рюнал даже моргнуть не успел. И ничего сделать не успел. Повстанцы закрыли обзор, кинувшись на вагатов со всех сторон.

Генерал Колд, как Рюнал и думал, рванул в противоположную — прямо к постройке, за которой засел принц. Он перехватил его одним отточенным ударом, повалил на землю и наотмашь ударил по лицу. Генерал попытался отбиться, но от страха руки его тряслись, и он даже не понимал, что попался вовсе не повстанцу.

Рюнал же имел преимущество, и потому вскоре генерал Колд оказался связан найденной на земле проволокой.

— Молчите, иначе умрете, — пригрозил Рюнал и для верности засунул ему в рот кусок ткани от собственной штанины.

И кинулся во двор, надеясь, что еще не поздно.

Он успел увидеть только Калису, а затем яркая вспышка обожгла глаза, и принц зажмурился. А когда снова смог видеть, то замер от жуткого изумления: возле отца стоял дракон. Рюнал остановился, от страхасердце билось где-то в животе.

Удар сердца, и еще одна яркая вспышка. Жар охватил весь двор, и наследник, отпрянув, потерял равновесие и упал.

Когда жар, наконец, отступил, Рюнал открыл глаза и огляделся.

Никого во дворе не осталось. Только дракон растерянно оглядывался, словно не понимая, что натворил.

Что натворила Калиса.

Осознание настигло Рюнала не сразу. Он смотрел на наполовину