Легенда о драконьей невесте - София Хартманн

Моргнул. Еще раз. И еще. Ущипнул себя за запястье изо всех сил.

И ледяная волна дрожи прошибла все тело.

Рюнал поднялся, пошатываясь. Поначалу все внутри будто сжалось в снежок, а потом... Он почувствовал, будто кровь вскипает в жилах. И одновременно — такую дикую боль, что было тяжело вдохнуть. Наследник сжал кулаки, с ненавистью глядя на чудовище, которым стала его сестра, и кинулся к отцу.

Примечания:

*свеча — единица измерения времени, равная 1 часу.

**фирналь — стройное, высокое хвойное дерево. Его кора — гладкая, пепельно-серая, с мягким блеском, как у полированного камня. Главная красота — хвоя. Иглы цвета тёмного, чернёного серебра растут густыми пучками. Древесина используется для изготовления сундуков, в которых вещи могут храниться сотни лет, а также для внутренней отделки домов знати.

***грат — горячий напиток на основе сока ягод исбарьны, яблок и гратана — сочного фрукта с мелкими зернышками и терпким вкусом. Может быть алкогольным.

****наличник — элемент одежды, утепленная маска, закрывающая нижнюю часть лица. Обычно подбит мехом снескина.

Глава 11

Калиса

Всё произошло так быстро, что Калиса не успела вздохнуть. Вот ее держат крепкие руки Форреда. Вот отец делает шаг на встречу. И вот к нему бегут десятки незнакомых людей. И один страшнее другого. Озлобленные. Яростные. Лица их искажены ненавистью к роду Хограссов.

Калиса закричала. Рванулась вперед, наперерез. Форред не дал ей этого сделать — дернул за цепи, и принцессу отбросило назад, прямо в его холодные объятия. Теперь он держал ее за плечи, заставляя смотреть на бойню, развернувшуюся перед ними.

По лицу Калисы потекли обжигающие слезы. А она даже кричать не могла больше.

«Бор-р-рись, девочка!» — прорычал голос в голове.

Калиса обессиленно опустила голову, но Форред пнул ее сзади.

— Смотри. Не смей опускать.

И она повиновалась.

Жар внутри нарастал. Только вот сил сдерживать его больше не осталось.

«Бор-р-р-рись!» — взревел дракон.

Огонь подобрался к кончикам пальцев. И потек к цепям, сковывающим ее запястья.

«Я помогу, только бор-р-рись!» — почти приказал голос.

И Калиса вдруг почувствовала, как нагревается металл. Форред с криком отскочил, дуя на обожженные пальцы. И она поняла: сейчас. Если не сейчас, то уже никогда.

Огонь, так долго горевший внутри, вырывался из ее тела. Калиса кинулась в сердце бойни. Туда, где отряд отца уже из последних сил сдерживал повстанцев.

— С дороги! — прорычала она вагатам, но те даже внимания не обратили, слишком сосредоточенные на битве… — Папа!

Отпихнув очередного повстанца ногой, Аксал кинулся к дочери и тут же заключил ее в объятия.

— Min kernel, зачем ты...

— После!

Калиса развернулась и встала перед отцом, защищая его грудью, словно живой щит. Отряд вагатов почти одержал верх над повстанцами, и принцесса усмехнулась, глядя на Форреда.

— Это все, что у вас есть?

Тот не выглядел разочарованным. Более того, он улыбался. Так широко, словно сошел с ума.

И в этот момент слева раздался взрыв. Калиса инстинктивно отшатнулась, оттолкнув отца. Вагата, защищавшего Правителя с левой стороны, снесло черной волной.

Там, в нескольких шагах от Хограссов, стоял Орвин с вытянутой рукой. Калиса в ужасе вскрикнула — он преобразился. Теперь от белых одеяний и образа святого не осталось ничего. Лицо его будто покрылось пеплом, только глаза безумно горели золотом. Почерневшие до кончиков пальцев руки взметнулись, призывая темные силы.

Черный маг. Не может быть.

Кровь застучала в висках юной наследницы, разгоняя по телу текущее в венах пламя.

— Калиса, уходи сейчас же! — положив руку на плечо дочери, приказал Аксал.

Но Калиса не успела ответить. Она лишь краем глаза заметила, что Орвин нацелился на Правителя. Страх разлился по телу морозом. Что делать? Разве может она помочь?

«БОР-Р-РИСЬ!» — заглушая и мысли, и звуки снаружи, заревел дракон.

И Калиса отпустила его.

Огонь обнял ее, как давнюю подругу, и с чудовищным рёвом понёсся на врага. Перед глазами встала пелена огня, и Калиса больше не контролировала собственное тело.

Кто-то кричал — истошно, сгорая заживо в чистом драконьем пламени. Повстанцы пытались схватить ее, но не успевали даже приблизиться — огонь сжирал их. Вечно голодная, ужасающая стихия наконец освободилась.

А затем все закончилось. Калисе казалось, что прошел лишь удар сердца. Она опустилась на лапы, еще не до конца осознавая, что стала существом из своих кошмаров.

Огляделась. Вокруг было пусто, лишь черный пепел лежал на остывающей земле. Несколько мгновений дракон непонимающе качал огромной головой, ярко-голубые глаза с вертикальными зрачками метались в поисках хоть одной живой души.

— Чудовище! — в тишине вдруг раздался отчаянный крик.

Калиса — где-то там, внутри чудища — узнала его. Дракон повернул голову на звук.

Рюнал несся на него с оголенным мечом, и на лице его читалась боль вперемешку с ненавистью.

Ненавистью... к ней?

Калиса удивленно мотнула головой, когда Рюнал попытался ударить по чешуе мечом, но тряпичной куклой отлетел на землю.

— Отец! — почти по-детски прошептал Рюнал, подползая к его телу. Обожженное наполовину, оно еще выдавало гордого и справедливого Аксала Хограсса. Но теперь не Правителя. Правителем стал его сын.

Калиса удивленно смотрела на брата, обнимающего тело отца. Разум отказывался принимать правду.

— Ты чудовище! — заревел Рюнал, но снова нападать не стал. Он баюкал в объятиях тело отца, словно так мог вернуть его к жизни.

«Я?.. Чудовище?.. — подумала Калиса, барахтаясь в тумане. — Почему он называет меня чудовищем?..»

И вдруг глаза дракона стали ее глазами. Глазами unge Калисы, дочери Правителя. Дракон понемногу отступал.

Она увидела брата. И отца на его руках. Удар сердца. Еще один. И в воздухе разнесся рев раненного в сердце дракона.

Калиса бы хотела вернуться в тот миг, когда позволила дракону вырваться, позволила непоправимому случиться. Но теперь она не могла даже обрести контроль над своим телом, и стала настоящим чудовищем, и внутри, и снаружи.

Она попыталась подойти к брату, но тот выставил меч.

— Не приближайся, тварь! — сквозь зубы процедил он. — Прочь, пока я не зарубил тебя мечом отца!

И Калиса испуганно попятилась. Затем развернулась и, взмахнув крыльями, взмыла в воздух, над деревьями. Дракон снова взял верх, а принцесса... она погрузилась в забытье, где каждую секунду видела, как собственный огонь сжигает ее отца.

Глава 12

Энкель

На севере, глубоко в горах, где снег лежит с Поры Летящих до Поры Талых Вод, жизнь текла своим чередом. Не многие рисковали сунуться в эту студёную, лютую часть