Второе замужество миссис Каммингс - Полина Сутягина

В горах дули изматывающие ветра, и я когтями и клювом вырывала коренья из промерзшей земли. Надеюсь, мои старания будут вознаграждены, ибо под вечер я уже почти падала, нежели летела. Опустившись на голое окно башни, я камнем повалилась вниз и сразу перешла к трансформации. Возможно, мне не следовало делать этого в столь измотанном состоянии. Однако боль немного отрезвила меня. И опустившись на пол, я принялась за оценку собранного. Наверное, яд в чистом виде мне не пригодится, но лучше запастись всем. В конце концов, легкую отраву можно пустить в ход… Но начнем с другого.

В спальню я вернулась уже обессиленная окончательно. При этом совершенно забыла об ужине. Однако Ричард ничего не сказал по этому поводу, видимо, все прошло благополучно и без моего контроля.

19 ноября (продолжение)

Я должна была в этом разобраться. Но, поскольку в библиотеке находился Ричард, этот путь был закрыт. Одевшись, я сообщила ему, проходя мимо, что отправляюсь на прогулку, и если вдруг задержусь, то пусть не ждут меня к ужину. Ричард попытался отговорить меня от позднего возвращения, но я лишь поспешила проститься и покинула замок. Обойдя часть строения, я нырнула в потаенный садик. Морозный воздух пробирался под одежду, пока я бродила по парку в поисках хода, которым я пользовалась лишь когда покидала замок. По всей видимости, он, как и тот, что притаился за книжным шкафом, был доступен только тем, кто знал его тайну. Я же видела, как им пользоваться, только изнутри, и уходила всегда в темноте, поэтому теперь оказалась в полном неведенье. В итоге я просто продолжила движение вдоль каменной стены. На очередном повороте передо мной открылась лужайка в тени темно-зеленых крон старых тисов, а за ними – крыло строения со стеклянными стенами. Эта конструкция напомнила мне оранжерею у нас дома. Но эта была куда просторнее и выполнена в старинном стиле. Я неспешно приблизилась и заглянула сквозь запыленные и местами потрескавшиеся стекла. Да, это оказалась оранжерея, но как снаружи, так и изнутри имевшая вид заброшенный и неухоженный. В торце строения располагалась высокая двухстворчатая дверь, завешанная замком на цепи. Я немного повертела его, надеясь, что он не заперт. Цепь громыхнула о дверные створки, но не поддалась. И я продолжила свой обход. Двигаясь вдоль другой стены оранжереи, я вдруг почувствовала что-то и, развернувшись, положила обе ладони на стекло. За ним пышной зеленой листвой топорщился куст камелии, неся в своей кроне белый бутон. А потом я подняла глаза и встретилась с темным взглядом то ли призрака, то ли его отражения.

Некоторое время я стояла, не шевелясь, пригвожденная к земле этим взглядом. Тот, кто был по ту сторону, тоже. Потом он приблизился и пошел вдоль стены, слегка шевеля верхушки листьев своим призрачным прикосновением. Я двинулась вместе с ним по другую сторону стекла. У самой стены он направил меня, и мне удалось отодвинуть одну из стеклянных створок оранжереи и проникнуть внутрь.

Теперь я его не видела, однако чувствовала присутствие рядом.

– Это великолепная оранжерея, – заметила я вслух, – жаль, что она в таком запустении. Садовник не бывает здесь? – я медленно двинулась вдоль бордюра, заросшего дикими растениями, – быть может, здесь нет садовника?.. Ведь и парк тоже в запустении…

Вдруг меня посетила идея – а ведь и правда, раз уж я здесь, отчего не заняться теми же вещами, что и дома?

– А где хранится садовый инструмент? – обратилась я туда, где по моим ощущениям находился призрак.

У дальней стены оранжереи раздался грохот. Поспешив на звук, я обнаружила распахнутый ящик, из которого высыпались металлические совки. Там же были и другие необходимые вещи, рядом я нашла лейку и грабли. И даже фартук, аккуратно свернутый, был в глубине одного из ящиков. Выглядел он совсем не так, будто бы пролежал в полуразрушенной оранжерее много лет. Впрочем, стоило ли смущаться таким вещам, когда моим подмастерьем в садовых работах был бесплотный хозяин замка, почивший около ста лет назад.

Для начала я расчистила немного от сорняков те растения, что еще сохранились от оранжерейной коллекции. Полила их и удобрила. Потом подправила кое-где каменные бордюры, обрезала лианы и плющ. Все это время Бардальф был рядом, по мелочам помогая мне, то указывая, где найти воду, то предупреждая об обрушающейся ограде, на которую я собиралась встать… Время пролетело совершенно незаметно. И, несмотря на то, что фактически оранжерея не выполняла сейчас своей основной функции – беречь растения от зимнего холода, я не замерзла, проведя полдня там. Я не обратила внимания, как за стеклянной стеной оранжереи опустилась тьма. В какой-то момент, подняв глаза от земли, я увидела в черном зеркале свое отражение, а рядом мужчину, наблюдающего за мной. Он тоже повернул голову, посмотрев на отражение, и галантно поклонился мне. Я ответила ему кивком головы и улыбнулась. Потом он опустился рядом со мной и указал в сторону. Аккуратно копнув совком, я наткнулась на луковицы. Их можно было бы прорастить, если бы состояние теплицы позволяло. Как они сохранились здесь? Мои руки перебирали маленькие луковички, отделяющиеся от большой, когда я почувствовала его прикосновение. Он тоже протянул руку к луковицам. Мы нашли небольшие горшки и посадили их прямо накануне надвигающейся зимы.

Обратно мне не пришлось идти во мраке сада, вместо этого Бардальф снова вывел меня в галерею. Время ужина я уже пропустила, и потому отправилась сразу в комнату. Там меня ждал приятный сюрприз – кувшин с горячей водой для умывания, печенья и теплое молоко. Уверена, это тоже было дело рук моего призрака!

Кажется, я окончательно потеряла границу реальности. Но так в этом печальном замке гораздо интереснее жить. Хочется верить, что не схожу с ума.

∞∞∞

Глупо было надеяться, что в моей полужизни, или чем она являлась, что-то может измениться. Однако теперь в ней появился новый оттенок, присущий смертным – ожидание. Специально я не искал, но ждал встречи с ней. И каким-то невероятным образом она происходила.

Днем я вернулся к кусту камелии и просидел там некоторое время, размышляя о том, как сложилась та часть моей жизни, когда я еще мог все чувствовать, прикасаться, говорить… Какие-то ощущения – они как воздух – совершенно не замечаешь, когда они у тебя есть.

Я услышал шаги и звук прикосновения к стеклу