Девушка в муслиновом платье - Джорджетт Хейер

неправду. Ей казалось, что леди Хестер давно уже вышла из брачного возраста, но она чувствовала к ней расположение и склонялась к мысли, что она может быть хорошей женой для какого-нибудь немолодого джентльмена. Теперь стало ясно, почему камеристка леди Хестер отнеслась к ней с такой неприязнью. Хотя в своих поступках она не привыкла руководствоваться интересами других, но поняла, что получится очень некрасиво, если этот брак расстроится из-за ее невольной оплошности. Это вселило в Аманду уверенность, что она поступит исключительно в интересах леди Хестер, если не соблюдет формальности и покинет Бранкастер, не простившись со своей доброй хозяйкой. Поэтому в гостиную она возвращалась в приподнятом настроении, с сознанием правильно выбранной линии поведения. Огорчало ее лишь то, что по виду Хестер и сэра Гарета невозможно было определить, действительно ли они помолвлены или это всего лишь розыгрыш.

Еще более страстным желанием узнать, что же произошло в столовой, горели остальные участники компании. По лицам же главных виновников интриги ничего нельзя было определить, и граф, несколько раз безуспешно пытавшийся встретиться взглядом с сэром Гаретом, находился в мрачном расположении духа.

Все разъяснилось после того, как дамы удалились в свои покои. Мистер Тил, поднявшись по лестнице, встретил в коридоре разгневанную леди Уидмор. Она вышла из комнаты Хестер, громко хлопнув дверью. Увидев мистера Тила, она воскликнула голосом раздраженного человека, самые худшие опасения которого сбылись:

– Она отказала ему!

– Скажите ей, чтобы не валяла дурака! – посоветовал мистер Тил.

– Господи, вы думаете, я ей не говорила? Знаете, я его во всем виню! Что заставило его привезти сюда эту девчонку? – Мистер Тил лукаво подмигнул ей. – Не надо! – воскликнула ее светлость. – Черт бы его побрал! Честное слово, этим он нанес оскорбление нашей семье. Да… Но беда в том, что она так не считает, Фабиан, и это выводит меня из себя. Нет, вы не думайте, я сказала ей, что ничего особенного в этом нет, но если вспомнить, как он смотрел на эту пташку, то… Но Хестер такая дуреха! «Поверьте моему слову, дорогая, – сказала я ей, – он любит ее не больше, чем Катберт!» И что, вы думаете, она мне ответила? Честно скажу, мне хотелось задать ей трепку! Вы знаете ее привычку отвечать на вопросы так, будто она тебя и не слушает вовсе! «Да, – сказала она, – пока не любит». Не знаю даже, как я сдержалась. Я не выношу людей, которые впадают в состояние отрешенности, как это делает Хестер! Пока не любит! Конечно! «Пожалуйста, объясните, что вы хотите этим сказать», – попросила я ее. И тогда она посмотрела на меня так, словно я находилась в сотне миль от нее, и сказала: «Я думаю, возможно, он ее полюбит». Знаете, Фабиан, временами мне кажется, что у нее не все дома! Уверяю вас, Фабиан, я ей прямо сказала, что если она так считает, то ей нужно скорее выскочить за него, пока не случилась беда. И в ответ она мне заявила, что едва ли сделает это, как если бы я предложила ей кусок торта или стакан чая. Я разговаривала с ней очень долго, но она меня почти не слушала. Она вывела меня из терпения, и я прямо сказала ей об этом. Упустить Ладлоу в ее возрасте и в том положении, в каком она здесь находится… Меня это просто из себя выводит! Он же явно собирался расщедриться. Вот так. Конечно, она нервировала меня довольно часто, но я никогда не предполагала, что она такая эгоистка! Надеюсь, мне не придется слушать, что скажет на это его светлость! С меня будет достаточно стенаний Уидмора, у которого от этой новости вконец расстроится желудок! Так и будет – помяните мое слово!

– Знаете что, Алмирия, – прервал ее мистер Тил, на красном лице которого появилось сосредоточенное выражение. – Мне кажется, она питает к нему нежные чувства.

Леди Уидмор взглянула на него с подозрением:

– Наверное, вы здорово перебрали.

Мистер Тил в очередной раз мысленно обругал племянника за то, что тот женился на этой грубой и непривлекательной женщине.

– Я трезв, – ответил он твердо.

– О, извините! Но что, если не бренди, заставило вас высказать эту абсурдную мысль?

– Она не такая уж абсурдная, как может вам показаться. Ни один из вас не видит, что происходит у него под носом. Мне эта мысль пришла в голову, когда я увидел, как Хестер смотрит на Ладлоу.

– Клянусь, ничего такого я не заметила, – сказала она недоверчиво. – Что, черт возьми, вы имеете в виду?!

– Всего лишь особенный взгляд в ее глазах, – с умным видом заметил мистер Тил. – Больше меня об этом не спрашивайте, потому что я ничего не смогу сказать, но готов держать пари, что она приняла бы его предложение, если бы он не приехал с этой красоткой.

– Я готова свернуть ей шею! – воскликнула леди Уидмор, и щеки ее покраснели еще сильнее.

– В этом нет необходимости. Утром я увезу ее отсюда к родственникам в Аундл, – добавил он и снова лукаво подмигнул.

Она устремила на него пристальный взгляд:

– Она согласна ехать с вами?

– Господи, конечно! Она готова на все, лишь бы избавиться от Ладлоу. Этот болван, кажется, здорово напугал бедняжку.

– Ее? Что-то непохоже, что она напугана.

– Ладно, это не имеет значения. Главное то, что я хочу увезти ее. Ладлоу придется смириться с этим. Я не удивлюсь, если после отъезда Аманды он поймет, что валял дурака, и снова попытается уговорить Хестер выйти за него.

– Если мы сможем уговорить его остаться здесь, – заметила леди Уидмор. – Ему известно об этом?

– Конечно нет! Он даже не знает, что я завтра уезжаю. После того как он отправился почивать, я сказал брату, что собираюсь выехать рано утром и отвезти мисс Смит в Аундл.

– А он что сказал?

– Ничего, но я заметил, что ему эта затея пришлась по душе. Если желаете мне помочь, проследите затем, чтобы утром никто не помешал этой девочке присоединиться ко мне. Завтракать мы будем в Хантингдоне.

– Я скажу Пови, – пообещала леди Уидмор с лукавым огоньком в глазах. – Моя служанка говорила, что она ужасно зла на эту девчонку за то, что та приехала сюда и все испортила. Кто мог подумать, что Хестер такая ненормальная? Она предложила этой отвратительной девке остаться здесь на неделю! Можете быть уверены, Пови позаботится о том, чтобы никто не помешал ей уехать с вами. Надеюсь, Ладлоу не последует за ней?

– Господи, вы прямо как Аманда, – раздраженно проговорил мистер Тил. – Конечно, не последует. В