Тени прошлого - Джорджетт Хейер

– Нет, дитя мое. Боюсь, что это невозможно.

Застывшая фигурка поникла. Леони всхлипнула и зарылась лицом в рукав герцога.

– Пожалуйста! Пожалуйста!

– Выпрямись, детка! Мне вовсе не хочется, чтобы ты орошала слезами мой камзол. Я еще не все тебе сказал.

– Не хочу, не хочу, – придушенно выкрикивала Леони. – Разрешите мне остаться Леоном!

Герцог приподнял ее подбородок.

– Ты не будешь моим пажом, но будешь моей воспитанницей. Разве это так ужасно?

– Я не хочу быть девочкой. Пожалуйста, монсеньор, пожалуйста! – Леони сползла с диванчика на пол и, все еще держась за его руку, встала на колени. – Скажите «да», монсеньор! Пожалуйста, скажите «да»!

– Нет, детка. Вытри слезы и выслушай меня. И не говори, что опять потеряла свой платок.

Леони вынула из кармана платок и стала вытирать глаза.

– Я не хочу быть девочкой!

– Ерунда, дорогая. Быть моей воспитанницей понравится тебе еще больше, чем быть моим пажом.

– Нет!

– Не забывайся, – строго сказал герцог. – Я не желаю слушать возражений.

Леони сглотнула.

– Из… извините, монсеньор.

– Вот и прекрасно. Как только мы приедем в Лондон, я отвезу тебя к своей сестре – помолчи! – своей сестре леди Фанни Марлинг. Видишь ли, малыш, ты не можешь жить в моем доме до тех пор, пока я не найду достойную женщину, которая будет твоей дуэньей.

– Я не хочу! Не хочу!

– Ты будешь делать то, что я тебе скажу, дорогая. Моя сестра оденет тебя как полагается и научит тебя быть… девушкой. Тебе придется многому научиться…

– Не буду! Ни за что не буду!

– …потому что я тебе это приказываю. А когда ты будешь готова, то вернешься ко мне, и я представлю тебя в свете.

– Я не поеду к вашей сестре! Я останусь Леоном. Вы не можете меня заставить делать, что я не хочу, монсеньор. Я не согласна!

Герцог посмотрел на нее с раздражением.

– Если бы ты была моим пажом, я бы знал, как с тобой поступить.

– Хорошо, монсеньор, побейте меня, но позвольте мне остаться вашим пажом! Пожалуйста, монсеньор!

С этими словами Леони упала на пол возле диванчика и принялась рыдать в рукав герцога, за руку которого она все еще держалась. Эвон позволил ей рыдать минуты три, потом отнял руку.

– Я вижу, ты хочешь, чтобы я вообще тебя отослал.

– Что? – подскочила Леони. – Вы этого не сделаете, монсеньор! Нет-нет-нет!

– Тогда ты должна мне повиноваться. Понятно?

Наступила долгая пауза. Леони безнадежно глядела в холодные глаза. Ее губы дрожали. Большая слеза скатилась по ее щеке.

– Да, монсеньор, – прошептала она, опустив кудрявую голову.

Герцог наклонился, обнял детскую фигурку за плечи и притянул к себе.

– Вот и хорошо, – весело сказал он. – Ты научишься быть девушкой, Леони, хотя бы для того, чтобы доставить мне удовольствие.

Она прижалась к нему. Ее кудри щекотали ему подбородок.

– Вам… вам это доставит удовольствие, монсеньор?

– Огромное.

– Тогда… я попробую, – сказала Леони, подавив рыдание. – Вы н-не надолго оставите м-меня у своей сестры?

– Только до тех пор, пока я найду подходящую дуэнью. Тогда ты будешь жить в моем загородном доме, выучишься делать реверансы, играть веером, жеманно улыбаться, падать в обморок.

– Ни за что!

– Я тоже надеюсь, что этому ты не научишься, – с улыбкой произнес герцог. – Ну что ж ты впала в такое горе, девочка?

– Я так долго была Леоном. Мне будет очень, очень трудно.

– Наверно, ты права. – Эвон отнял у нее скомканный платок. – Но ты всему выучишься, чтобы я мог гордиться своей воспитанницей.

– Правда, монсеньор? Гордиться мной?

– Это вполне осуществимо, малыш.

– Это было бы не так уж плохо, – более веселым голосом сказала Леони. – Я постараюсь.

Губы герцога дрогнули в улыбке.

– Чтобы быть достойной меня? Жаль, что Хью этого не слышит.

– А он знает про меня?

– Оказалось, что он всегда знал. Сделай милость, встань с колен. Вот так. Садись.

Леони опять села рядом с ним на диванчик и горестно всхлипнула.

– Мне придется носить юбки, нельзя будет ругаться, и меня всегда будет сопровождать какая-нибудь женщина. Как это трудно, монсеньор. Я не люблю женщин. Я хочу быть с вами.

– Интересно, что ты скажешь о Фанни. Моя сестра – женщина с головы до пят.

– Она похожа на вас?

– Ну как я могу тебе ответить на этот вопрос, малыш? Нет, она на меня не похожа. У нее золотистые волосы и голубые глаза. Что-что?

– Я сказала «Ба!».

– Это, кажется, твое любимое выражение. Светские дамы так не выражаются, дорогая. Ты будешь слушаться леди Фанни и не посмеешь ее презирать и пренебрегать ее советами лишь потому, что у нее золотистые волосы.

– Конечно нет. Она – ваша сестра, монсеньор, – ответила Леони. – Как вы думаете, я ей понравлюсь? – Она озабоченно посмотрела на герцога.

– А почему бы и нет? – легкомысленно ответил тот.

Леони едва заметно улыбнулась.

– Не знаю, монсеньор.

– Она будет с тобой хорошо обращаться хотя бы из любви ко мне.

– Спасибо, – кротко ответила Леони, опустив глаза.

Эвон молчал, и она наконец подняла на него глаза, и на щеках у нее появились озорные ямочки. Герцог потрепал ее кудри, словно она все еще была мальчиком.

– С тобой не соскучишься, – сказал он. – Фанни постарается сделать тебя такой, как все представительницы твоего пола. Но этого мне, кажется, не хочется.

– Нет, монсеньор, я останусь такой, как есть. – Задрожавшими губами она поцеловала его руку. Однако сдержала себя и улыбнулась сквозь слезы. – Вы забрали у меня платок, монсеньор.

Глава 10

Леди Фанни возмущена

Леди Фанни Марлинг лежала на диванчике и думала, что жизнь чересчур скучна. Она отложила книжку стихов, над которыми зевала уже с полчаса, и принялась играть с золотистым локоном, который перекинулся через плечо и поблескивал на кружевной шали. Она еще полностью не оделась, ее волосы не были напудрены, а только прикрыты кружевной шапочкой, голубые ленточки которой были завязаны кокетливым узлом. На ней было голубое платье из тафты, и широкая кружевная шаль прикрывала ее красивые плечи. Поскольку комната, в которой она находилась, была отделана в сочетании голубых и золотистых тонов, Фанни не без основания считала, что она отлично в нее вписывается. Она была довольна, но предпочла бы, чтобы кто-нибудь мог оценить эстетический эффект. Так что, когда она услышала звон колокольчика над входной дверью, она оживилась и протянула руку за зеркалом.

Через несколько минут негритенок-паж тихонько постучал ей в дверь. Фанни положила зеркало и повернула голову к пажу.

Он широко улыбнулся, качнув кудрявой головой.

– К вам какой-то джентльмен,