Без права на счастье - Катерина Крутова

Хер с ним! Она пьет так же из горла, не морщась и стараясь отключить воображение, подсовывающее жутко яркие картины грядущего, а после опускается на колени и собирает с пола то, что еще можно спасти из косметики.

Через полчаса волосы начесаны и залиты лаком, пожелтевший фингал спрятан под длинными стрелками до виска, а на шее такой слой тональника, что зубы кусать увязнут.

— Зачем тебе я? — алкоголь и та дрянь, что намешана в него, действуют — Вера покорно спускается вслед за Шлангом и садится в мерин. Но ей почему-то надо это спросить, будто ответ братка сможет объяснить трындец, происходящий в жизни.

Серый оборачивается удивленно, пожимает плечами и сплевывает на подернутый морозным инеем тротуар:

— Захотелось.

* * *

До клуба, в который Шланг переделал видеосалон Короля, их везет незнакомый водила. Куда делся Лешка Вера не спрашивает, с некоторым облегчением думая — хорошо, что мелкий не видит ее в этом блядском наряде. Банановая алкогольная бурда и та дурь, что подмешана в нее, действуют — становится похер на происходящее, и даже задница, разорванная Ильичом на британский флаг, не болит. Но мысли о лысом заставляют ее трястись от ужаса. Правда, только внутри — снаружи она размалеванная шлюха на жутко неудобных порно-ходулях платформ, главная задача которой не навернуться на первом ноябрьском льду.

— Зачем тут я? — успевает спросить в полумраке салона, пока сознание еще цепляется за иллюзию управления происходящим.

Серый не удостаивает взглядом, но поджатые губы и выступающие желваки говорят — Кравчук на взводе и нервничает едва ли не большее нее. Ильич умеет вдалбливать страх подчиненным.

— Ему зашло. Главный тоже хочет.

Верка сглатывает подступивший к горлу ком:

— Много их, главных?

— Тебе не пох? — Шланг зло плюет в открытое окно. — Или вошла во вкус и готова сразу роту обслужить?

Не готова. Вера дергает ручку двери, надеясь вывалиться из мерса на полном ходу, но нет — заперто! Она елозит, оглядывается в поисках спасения, чем раздражает и без того напряженного бандита:

— Кончай дергаться. Будешь вести себя хорошо, пойдешь на повышение. Свалим из этого гадюжника. На следующей неделе в Москву поедем, а дальше вообще в Штаты или во Францию рванем. Королю такой масштаб и не снился.

— Разве что в кошмарах, — бурчит Верка под нос, не к месту думая — жизнь королевы района и первая любовь сейчас кажутся посмотренной по телеку мелодрамой. Все это было тысячу лет назад и с кем-то другим.

* * *

Клуб из салона вышел действительно крутой. Басы гудят, от неона рябит в глазах, на возвышении сцена с пилоном, на котором извивается смутно знакомая деваха, откровенно разодетая под стать Вере. От громкой музыки и яркого света мгновенно начинает болеть голова. Вера щурится, оглядывая зал, а Кравчук нетерпеливо толкает ее в спину, направляет туда, где за тонкими шторами ВИП зона.

— Сереженька! — баба спрыгивает с пилона и визжит от радости громче 2 Unlimited* (популярная в 90ые евродэнс группа) — Где ты пропадал?!

Наташка! Лучшая (или уже нет?) подруга мчит к ним на всех парах, расталкивая народ. Кравчук шумно вздыхает и, кажется, закатывает глаза. Веру Ната явно не узнает, мерит ревнивым оценивающим взглядом и кривится оттого, что сравнение явно не в ее пользу. Она шире, грубее и проще Смирновой даже в этом блядском прикиде. Хотя страшной Наталу не назвать — легкий веселый нрав, большая грудь и ноги «от зубов» неизменно обращают на себя внимание мужиков от прыщавых подростков до похотливых старперов. Вот и сейчас ее провожают заинтересованными взглядами, часть которых перепадает и Вере.

— Привет, Нат, — бросает она равнодушно, когда подруга виснет на Кравчуке, демонстративно заслоняя собой потенциальную соперницу.

— Вера?! — если бы за удивление ставили оценки, это, без сомнения заслужило бы твердую пять. — Ты тут откуда?!

Накрашенное лицо перекашивают пограничные эмоции — откровенная неприязнь, показательная забота и жажда сплетен кривят Наташкины губы в причудливую ухмылку. Удивительно, как Вера раньше не замечала в подруге эту уродливую фальшь?

— Думала, ты в курсе всех моих планов и явок. Или в этот раз я не у тебя ночую? — кажется, она втягивается в роль саркастичной язвы. Единственное из доступных оружий, когда покорное тело само идет на убой.

— Ты уехала в Москву к Димону, — тянет Ната, пытливо заглядывая в глаза Кравчука.

— Так вот какая у нас официальная версия, — Вера смеется, игнорируя предупреждающий жест Шланга, собственнически стискивающего здоровой ручищей девичью шею сзади.

Натали хмурится, видя в этом ласку, достойную зависти, а Верке больно, но вместо слез она улыбается так широко, что под помадой лопаются ранки, а во рту собирается солоноватый привкус крови.

— Успеете напиздеться, дела ждут! — Серега направляет ее к полупрозрачным занавескам, а Нату притягивает к себе и шепчет на ухо:

— Организуй два фирменных себе и ей, бармену скажи — за мой счет, — зубы Шланга прикусывают мочку уха брюнетки. Наташка плывет, забывая про подругу и, предвкушая продолжение, спешит выполнять приказ.

Собравшихся на диванах в ВИП зоне Верка помнит до мгновенно подступившей тошноты — ближайшие корефаны Шланга, те самые, что отплясывали вокруг костра, пока она отсасывала себе право на жизнь. Отмотать бы назад и сгореть вместе с Королем. Кажется, в Индии есть такая традиция или это у викингов? Приход девушки встречается одобрительным улюлюканьем, пара парней принимается зазывать к себе на колени, не заботясь о мнении Кравчука. Ясно — она больше не девка шефа, а обычная шмара, для общих утех. На одиночном кресле, чуть в стороне от веселья районных братков — громила-охранник Ильича, самого лысого не видно, что вызывает вздох облегчения. Заметив Верку, обладатель толстого короткого хера чуть привстает, точно приветствуя, и хлопает себя по колену, одновременно характерным движением языка оттопыривая щеку и демонстративно причмокивая. Мужики ржут, Кравчук довольно лыбится, жмет охранник руку и уточняет:

— А Ильич с Графом где?

— Задерживаются. Но велели к их приходу товар разогреть.

Товар. Значение доходит до Верки, когда ее практически швыряют в объятия довольного громилы, который подхватывает легкое безвольное тело, усаживает на ручку кресла, а лапищу запускает промеж ног, изучая, где кончаются чулки и начинается кожа. Второй рукой мужик прощупывает глубину выреза и объем груди. Басит на ухо:

— Скучала по мне, малышка?

Так ее и застает пришедшая с бокалами Наташка — в нескромных объятиях незнакомого шкафа. Подруга адресует Верке презрительный взгляд и с вызывающей страстью прижимается к Кравчуку. Серый не реагирует. Молча берет со стола и опрокидывает одну за другой стопки