Насильно отданная. Запретная любовь Шаха - Злата Зорич

Я хотела говорить с Артуром, хотела его обнимать, хотела никогда не отпускать. И он — я видела это — хотел точно того же.

Я лежала в его объятиях, чувствуя, как все ещё трепещет его тело, как дрожат мышцы от недавнего напряжения. Внутри меня тоже ещё бушевала буря, огонь не потух, но я понимала, что мир ждёт нашего возвращения — возвращения в реальность, в опасность, в бегство. Сердце всё ещё колотилось от недавней любовной муки, тело было наполнено негой, а дыхание было прерывистым, но разум начал постепенно возвращаться ко мне.

Артур тоже медленно приходил в себя.

— Нам нужно идти, — сказал он тихо. — Нельзя надолго оставаться здесь. Нам теперь нигде нельзя оставаться надолго…

Я кивнула. Головой я понимала, что он прав, но сердце не хотело отпускать это волшебное мгновение.

— Мне было так хорошо… — сказал он тихо, — как не было никогда в жизни…

— Мне тоже, — прошептала я в ответ.

— И… признаться честно, я удивлён, что… Что ты действительно… — Артур трогательно смутился, — что ты действительно оказалась девственницей…

Я сжала зубы и немного прикусила его плечо.

— Эй! — произнесла я. — Это обидно слышать!

— Извини… Я не хотел тебя обижать. Просто я… не так много чистого и честного встречал в своей жизни.

Я уткнулась лицом в его грудь, а он провёл рукой по моим волосам. Меня не переставало удивлять то, каким он может быть одновременно диким и нежным, сильным и осторожным. Как же все-таки хорошо, что судьба свела меня с ним — ведь так я поняла, что именно такой тип мужчин сводит меня с ума.

— И всё-таки… — пробормотал он, — я рад… Нет, не так. Не то слово... Я не рад, я просто счастлив, что стал у тебя первым … Но, знаешь, чего бы мне по-настоящему хотелось?

— Чего? — спросила я с замиранием сердца.

— Чтобы я стал твоим первым и… И единственным. И ты — чтобы стала единственной для меня.

Я хотела что-то ему ответить, но так и не смогла выразить того, что чувствовала в этот момент. Слишком много всего… Я задыхалась от переполнявших меня чувств. От волнения, от страха и от счастья. Впервые в жизни я ощущала в своей груди этот горячий коктейль, и это ужасно кружило голову.

— Хотел бы я обнимать тебя так вечно… — добавил Артур. — Но нельзя… Нам нужно двигаться дальше. Нельзя останавливаться, нельзя расслабляться. Мы должны бежать, как можно дальше от него.

Он снова прижал меня, губы коснулись моих волос, шепот нежно скользнул по коже:

— Аврора… ты понимаешь, что это значит? Ты готова к такой жизни… со мной? К постоянному бегству, к опасности?

— Я… — начала говорить тихо, но голос мой был твёрдым. — Я с тобой. Я готова... Идти с тобой до конца.

Это прозвучало как самое сокровенное любовное признание, как самая настоящая брачная клятва.

Он наклонился ко мне, провёл пальцами по моей щеке, и сказал:

— Это самое главное для меня. Всё остальное не имеет значения. Пока ты со мной — я могу свернуть горы.

Глава 27

Я открыла глаза и увидела, что Артур лежит рядом со мной, уже полностью одетый и смотрит на меня так, словно любуется. Мои щеки мигом вспыхнули румянцем, и я поспешила натянуть одеяло на обнаженную грудь. Солнечные полосы падали на стены, на смятые простыни, на его плечо, на котором я оставила царапину.

— И долго ты на меня так пялился? — спросила я смущенно.

— Всю ночь, — признался Артур. — С того момента, как ты уснула. Мне не хотелось тебя будить, но… Но нам уже пора уходить…

Я обвела взглядом стены дома и посмотрела в окно. Снаружи стоял стеной лес, залитый утренним светом. Он уже ждал нас. Прощание с домом казалось мне чем-то почти личным. Он стал частью нас — на одну ночь, но навсегда в сердце. Вчера этот дом был просто укрытием, а теперь казался живым свидетелем — и нашим тайным сообщником.

— Никогда не думал, что мне будет так трудно уйти, — сказал Артур тихо, словно прочитав мои мысли. — Странно, правда? Дом без прошлого… а всё равно будто держит.

Я кивнула.

— Потому что здесь у нас всё случилось впервые...

Он поцеловал меня в висок, потом взял за руку.

— Пора, Аврора. Нам нельзя задерживаться.

Мы начали собираться. Он проверял оружие, а я одевалась и собирала немногочисленные вещи. Когда мы вышли на крыльцо, я обернулась на прощание. Солнце уже поднялось выше, озолотило крышу, дверь, наш след на пыльной дорожке. Мне вдруг показалось, что дом смотрит нам вслед — как живой.

Артур заметил мой взгляд и тихо сказал:

— Он запомнит нас.

Я усмехнулась.

— Только бы не выдал.

Артур сжал мою руку крепче и повёл вперёд — туда, где нас ждала неизвестность.

Воздух был густой, влажный, пах сыростью и мхом. Я шла вслед за Артуром, стараясь не отставать, и всё время ловила себя на мысли, что не чувствую страха — только странное, острое возбуждение. Я не могла надышаться обретенной свободой.

— Если что-то пойдёт не так, — сказал вдруг Артур, словно промежду прочим, — беги. Не думай, не смотри назад, не оглядывайся. Не жди меня. Поняла?

— Я не оставлю тебя, — ответила я быстро. Мое приподнятое настроение мгновенно изменилось после этой фразы, которой Артур напомнил мне, что мы сейчас не на беспечной прогулке, а в бегах от опасного и очень жестокого человека.

— Это не игра, Аврора. Если нас найдут, выбора не будет. Ты будешь обязана спасать себя, — сказал он твердо. — Пообещай мне сейчас…

Я кивнула, чтобы успокоить его, но внутри себя знала другое — если дойдёт до этого, я всё равно не смогу уйти. Не смогу его бросить.

Больше мы не делали остановок — бежали без оглядки. Мы меняли машины. Ели на ходу, спали по очереди. Нам нужно было уехать как можно дальше, параллельно с этим запутывая следы.

Чем дальше мы уезжали от родного города, тем меньше чувствовалась опасность. Она теряла форму — растягивалась, расплывалась, а в конце и вовсе стала чем-то вязким, как дурной сон.

Мы стремительно приближались к концу нашего пути — выехали на трассу, что вела к морю. Я сразу это почувствовала. Воздух стал совсем другим — солёным, лёгким, почти прозрачным. За окном мелькали холмы, золотистые поля, редкие домики. Солнце клонилось к закату,