Обитель - Клэр Кент

Поскольку я не хочу выглядеть неряхой, я надеваю одну из юбок, которые мне подарила Грета. Он коричневая, сшита из какой-то смеси хлопка, длинная и состоит из нескольких горизонтальных полос ткани. Она красивая, но не слишком вычурная, особенно в сочетании с моими туристическими ботинками — единственной обувью, которая у меня есть.

Я изучаю свою небольшую коллекцию топов, прежде чем остановить свой выбор на розовой водолазке.

Когда я смотрю на себя в зеркало, то вижу только свою грудь. Эта кофточка более облегающая, чем другие, которые я ношу, и плавные изгибы груди отчетливо видны под натянутой тканью. Как и очертания моих сосков.

Я натягиваю поверх толстовку с капюшоном и испытываю облегчение. Я еще не застегнула молнию, но то, как она свободно спадает, смягчает широту груди.

Раздается стук в дверь спальни.

— Ничего, если я войду? — спрашивает Джимми из-за двери.

— Да. Конечно, ты можешь войти.

Он заходит, одетый только в полотенце, обернутое вокруг талии. Увидев меня, он резко останавливается.

Стесняясь его пристального взгляда, я опускаю взгляд на себя.

— Твоя мама и остальные надевают что-нибудь поприличнее, вот я и подумала, что стоит попробовать. Моя грудь нормально смотрится в этом?

Его взгляд останавливается на том, о чем идет речь.

— Она намного, намного лучше, чем просто «нормально».

Я подавляю смешок.

— Я имею в виду, в этой кофточке. У меня нет лифчика, и я не хочу выглядеть неприлично. Было бы лучше, если бы мои груди были поменьше.

— По-моему, лучше и быть не могло. Они как раз правильного размера. Идеально.

На этот раз я не могу сдержать смех и краску удовольствия.

— Значит, я могу пойти в таком виде?

— Ты можешь надеть все, что захочешь, но я думаю, что ты выглядишь очень красивой, — его взгляд все еще скользит по мне, задерживаясь на моем лице и груди.

«Очень красивая», кажется, его высший комплимент, так что я не могла просить о большем.

Пытаясь выдернуть себя из довольного транса, я спрашиваю:

— Ты хотел, чтобы я подстригла твои волосы и бороду? Я могу сделать это сейчас, если ты думаешь, что у нас есть время.

— Да. Конечно, — очевидно, Джимми помыл и волосы, и бороду, пока принимал ванну, и они все еще мокрые. — Где нам лучше это сделать?

— Пойдем на кухню. Так будет легче убрать обрезки волос.

Я нахожу ножницы, которыми стригла свои волосы, и подхожу к столу, где на стуле сидит Джимми. Он выглядит немного напряженным, пока я осторожно расчесываю его волосы.

По какой-то причине я вдруг начинаю смущаться. Это кажется таким домашним. Интимным. Было бы проще, если бы Джимми что-нибудь сказал, но он этого не делает. Он сидит очень тихо, пока я подравниваю ему волосы.

Я не специалист по стрижкам, поэтому в основном просто убираю лишнюю длину и подравниваю кончики. Я высушиваю волосы полотенцем, а затем срезаю несколько выбивающихся прядей. Даже при моей любительской работе волосы смотрятся намного приличнее, а когда высохнут, будут выглядеть еще лучше.

— Окей, — говорю я, удивляясь, почему у меня такой хриплый голос. — Думаю, этого хватит. Я могу и твою бороду подстричь, если хочешь?

— Да, — Джимми произносит это слово так же хрипло, как и я. Затем он поворачивает свой стул, чтобы я могла дотянуться до его бороды.

Это еще более интимно. Уязвимо. Я стараюсь, чтобы у меня не дрожали руки во время работы. Я подстригаю его бороду намного короче, а затем продолжаю подравнивать, пока она не становится аккуратной.

У меня такое чувство, что Джимми все время не сводит с меня глаз.

— Ладно, — говорю я наконец, проводя руками по его бороде, чтобы поймать любые ускользнувшие от моего внимания пряди. — По-моему, выглядит нормально. Если тебе не нравится, я могу еще немного поработать над ней.

Он выглядит почти незнакомым с короткими волосами и аккуратной бородкой. Он не похож на помятого медведя, каким был всегда.

Это нервирует.

Джимми встает и подходит к зеркалу над туалетным столиком.

— Все в порядке? — спрашиваю я, следуя за ним в спальню.

— Да. Выглядит неплохо, — он проводит пальцами по волосам. — Здорово получилось. Ты отлично справилась. Спасибо.

— Нет проблем, — я облегченно улыбаюсь. — Я могу повторить это в любое время, — я отряхиваю свою водолазку и толстовку, чтобы убедиться, что на них не попали волосы.

— Думаю, мне лучше надеть что-нибудь приличное, раз ты такая хорошенькая.

— О, только если ты хочешь. Меня не волнует, если ты наденешь то, что обычно носишь.

Это заставляет его усмехнуться.

— Я думаю, это твой способ сказать мне, что моя обычная одежда не такая уж и приличная.

— Нет, я не…

— Я дразню тебя, Хлоя. Тебе не всегда нужно беспокоиться о том, чтобы не задеть мои чувства. Я не такой уж колючий, ты же знаешь.

Я смотрю на его лицо и расслабляюсь, когда вижу, что Джимми улыбается мне. Улыбается по-настоящему, что с ним бывает так редко.

— Я знаю, что ты не колючий, — говорю я ему, улыбаясь в ответ. — Но я хочу…

Я сдерживаюсь, чтобы не сказать то, что собиралась сказать. «Я хочу быть хорошей женщиной для тебя».

Или что-то в этом роде.

— Чего ты хочешь? — мягко спрашивает Джимми.

Он действительно хочет услышать ответ. Я вижу это по его лицу. Но, кажется, я не могу подобрать нужные слова. Наконец-то у меня получается.

— Я хочу быть доброй к тебе.

Его губы слегка приоткрываются. В его глазах что-то вспыхивает.

— Ты и так добра ко мне. Ты даже не представляешь, насколько мне стало лучше, когда ты здесь появилась.

Ему приходилось все делать самому, пока я не появилась здесь. И у него не было возможности заниматься сексом каждый вечер. Понятно, что сейчас для него все стало лучше, но мне действительно приятно слышать, как он это говорит.

Моя улыбка становится шире.

— Ладно. Хорошо. Для меня тоже все стало лучше.

— Да?

— Да.

— Хорошо, — затем он встряхивается. — Нам лучше поторопиться. Дорога пешком займет некоторое время, а уже поздно.

— Я готова в любое время.

— Просто дай мне пять минут.

***

На самом деле Джимми собирается меньше чем за пять минут. Он надевает брюки цвета хаки и синюю клетчатую рубашку на пуговицах. Он даже заправляет ее и становится почти неузнаваемым.

Он выглядит хорошо. Действительно хорошо. Но я почти скучаю по большому взъерошенному медведю.

Я, конечно, не говорю ему об этом. Он тащит на двух колесах большой портативный холодильник, полный рыбы, которую он поймал сегодня, и отказывается позволить мне помочь. Когда