Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

Многое. Но разве можно купить жизнь той, которая уже погибла? Земли? Чтобы бродить по ним и понимать, что любимую здесь ему не встретить? Женщину? За Великим лесом, по слухам, остались еще волчицы. Но зачем жить с кем-то, ради чего мучить себя и ее, зная, что не полюбишь? Нет, ничего из этого ему не нужно. Последнее время он был сам не свой, не знал куда податься. Послевоенное затишье его угнетало, бездействие сводило с ума. Сегодня он окончательно решил, что пойдет в горы и продолжит убивать гоблинов, пока сам не погибнет. Или пока все твари не исчезнут с лица земли.

– Или, – хитро прищурился Гарабет, – все и сразу? Я не буду удивлен. Вы, оборотни, ребята не промах. – Эльф по-отечески похлопал Гелиодора по спине, не подозревая о мыслях двуликого. – Открою секрет. Кого-то другого с такими запросами я бы послал в черную бездну, но тебя… Можешь прямо говорить, что хочешь получить.

Тут более пристальное внимание Гелиодора привлекла отдельная часть огромной карты. Раньше он никогда не видел таких подробных и обширных полотен. Эта охватывала не только Широкие земли, но и пространство за рекой. Это было необычно. Людожит считался навсегда потерянным, проклятым. Принято считать, что он не стоит того, чтобы тратить на него бумагу и краски.

А там был и лес, и болота, и озера… Два. Рядом. Так похожие на глаза. Чуть раскосые и синие-синие. Наверное, мастер, рисовавший карту, случайно запечатлел их так. А может, он был романтиком или любил синеглазую деву?

Вдоль синих овалов было выведено мелкими ровными буквами: «Озёра». А более крупными… «Бёрк».

Сердце Гела подскочило к горлу.

Озёра Бёрк!

– Я хочу это. – И пальцем указал на карту.

– К сожалению, вынужден тебе отказать. – Эльф развел руками. – Мне не жалко для тебя, но традиции… Карта передаётся по наследству и является частью семейной сокровищницы. Но если хочешь, тебе сделают точную копию.

– Да не карту! Это! – Гелиодор указал место на рисунке, подойдя ближе.

– Болото?

– Озёра.

– Ты хочешь владеть озёрами? – Эльф выглядел озадаченным.

– Да. Хочу владеть… И любоваться ими. Озёрами Бёрк. – Гелиодор с нежностью провел пальцами по имени любимой.

– Хе-м-м… – задумался король. Оборотень просил землю возле границы. Это замечательно, но… – Для исполнения этого желания тоже есть препятствие, – покачал головой король. – Озёра расположены на другой стороне. Людожит закрыт для оборотней, помнишь? Эх, старая война, будь она проклята и забыта…

– Ты предлагал мне особенную награду, что угодно, – напомнил Гелиодор, повернувшись и твердо смотря правителю в глаза.

Король прошел к камину и уселся в глубокое кресло. Жестом предложил Гелиодору сесть во второе, но оборотень остался стоять рядом с картой. Он снова отвернулся от правителя и смотрел только на глубокую синеву.

– Ради тебя, пусть ты и герой, люди закон менять не станут. – Эльф сделал глоток из узкого бокала и, покатав вино во рту, проглотил. – Упертый и злопамятный народ, знаешь ли. Да и оборотни… Готовы они жить в мире с человеками? Не знаю, не знаю… Слишком глубока пропасть между вами пролегла, слишком сильны предрассудки, возникшие между вашими народами.

Гарабет встал, подошел к альфе и тоже уставился на карту, на Людожит. Эх, как было бы замечательно иметь волчью стаю на том участке. Зыбкое место. Совсем близко расположены выходы из пещер гоблинов – первое место их прорыва на Широкие земли. Слабое место, прямо сказать. А узнай они про обосновавшийся там лагерь оборотней, которые разбили их в бою наголову, точно не решились бы соваться в том месте через границу.

И тут эльфийская хитрость подсказала корою выход.

– А вот земли, расположенные рядом с тем местом, но на нашем берегу, считай твои. Если, конечно, ты этого хочешь… – вопросительно взглянул на Гелиодора. Оборотень не искрился от восторга. – Ты только посмотри, какое отличное местечко! И замок! Точно! Как я мог забыть? – хлопнул себя по лбу эльф-хитрец. – Там же стоит самая северная крепость Широких земель! Она всегда принадлежала двуликим. Вернешься к истокам, в самую колыбель оборотней. —У Гела все еще была унылая моська. – Строить заново дом не придётся… – выкладывал король аргумент за аргументом. – И, насколько я могу судить по карте, с ее главной башни будет открываться отличный вид как раз на те озёра…

Вот тут оборотень оживился. Посмотрел на крошечную башенку, обозначавшую заброшенную крепость. Слова эльфа могли оказаться правдой, ведь, судя по карте, до озёр там действительно совсем недалеко – несколько часов пути напрямик по болотам. При желании, можно сходить искупаться и разведать все и без разрешения каких-то там людишек.

– …Только так я могу выполнить твое желание, – подытожил эльф.

– Беру. – И впервые за многие месяцы Гелиодор улыбнулся.

– Пожмем же руки в знак договоренности! – обрадовался король. И они сжали ладони друг друга. – Моим указам награждаю тебя, Гелиодор Вафт, альфа стаи Черного зверя, землей и замком! – торжественно перечислил эльф.

– И картой, – обнаглел Гел.

– И копией карты, написанной лучшими художниками столицы! – поставил точку довольный Гарабет.

Это была отличная сделка! За сильным вожаком потянутся другие двуликие – такова их натура, они всегда держатся стаями.

И пограничные крепости оживут.

***

Утром следующего дня Гелиодор, потягиваясь, спустился в обеденный зал гостиницы. В такой ранний час там было еще тихо – никто не помешает ему заняться задуманным. Оборотень заказал завтрак и уселся за стол у окна. Разложил перед собой писчие принадлежности. Утро было пасмурным, но здесь хватало света. Быстро принялся записывать то, что обдумал за ночь.

Это был список необходимого. Замок давно заброшен, и что там ждет – неизвестно. Ближайший к крепости город от него в двух днях пути, поэтому нужно закупить на первое время много всего, вот Гелиодор и писал список – чтобы ничего не забыть.

В зал не спеша спустился Тумит. Некоторое время он наблюдал за альфой, почесывая лохматую голову.

– Что пишешь? – наконец, подошел и сел напротив.

Гелиодор удивленно посмотрел на друга. Не ожидал, что кто-то из братьев так рано проснется. Вчерашняя грандиозная попойка закончилась только под утро. Альфа еще ничего не говорил стае о своем решении уехать – просто не успел – и с тревогой ждал этого момента.

– Неужели решил сесть за мемуары?

Тум выглядел довольно бодрым, хотя от него нещадно несло перегаром. Только покрасневшие глаза выдавали, что спал он всего пару часов. В свежей рубахе из грубого сукна и черных штанах, заправленных в сапоги, Тумит смотрелся молодцевато.

– Мемуары? Я? – усмехнулся Гел. – Свои мемуары я пишу мечом на шкурах врагов.

– Тогда что