Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

Хоть Берта и хвасталась огородом, но на деле это оказалось бравадой. Законниками посадки чего-либо у проклятых не были предусмотрены. Огород, по сути, разводить не полагалось. Много лет назад подальше от дороги и чужих глаз, втайне от возможных проверяющих, прошлые еще девушки отвоевали большой кусок земли у подлеска – расширили место под свои посадки. До этого у них были лишь клумбы между построек. Но деревья выпили там все питательное, и земля оскудела. Набор семян тоже был скудным – только те, что случайно попали в обитель, а специально их никто не привозил. Девушки сами выращивали растения и пеклись над каждым семечком, но овощи на болотах росли плохо, земле нечем было поделиться с растениями. Хорошо чувствовала себя только тыква и капуста.

– Мёду хочется… – облизнула губы Медея.

Из сладенького в обители были доступны только ягоды земляники по весне и поспевший боярышник осенью. Зимой сладость давал чай из шиповника. Компот из диких яблок был ужасно кислым в любое время года.

– Копчёного угря, – зажмурившись, представила Берта. – Запечённого карпа…

В их озере водилось много рыбы, но ловились только колючие ерши и мелкие окуни. Для хорошей рыбалки нужны были снасти и навыки.

В родительских домах до болезни девушки не занимались рыбной ловлей, это всегда была мужская территория. Оказавшись тут, проклятые по памяти сооружали из палок удочки, из волос плели удила. С крючками была отдельная история – их просто не было. И взять было негде. Потому рыбалкой занялись в обители совсем недавно – после того, как одна городская девушка приехала сюда не с косой, а с модным пучком на голове. Присмотрелись. Шпильки стали почти идеальной заменой железным крючкам! Нужно было только аккуратно загнуть и наточить их. Отняли. Сделали. Той девушки давно нет на свете, и даже имя ее забылось, а крючки остались. Их берегли как сокровище. Потеря крючка, например, сорванного крупной рыбой, была настоящей трагедией и погружала обитель в уныние. О мелкой железке горевали как по покойнику.

– Лопаты, тяпки, ведра, – заев ложкой каши проснувшийся с новой силой голод, продолжила мечтать Зоя.

– Одеяла, новые подушки. Простыни!

– Теплые носочки! – подхватила Лали. – Шерстяные…

– Трусишки. – Тут все девушки дружно захохотали и захлопали в ладоши. – Бельё…

– Куриц можно завести… кошек… – Чаруна подняла край юбки. Синяя шелковая ткань в нескольких местах была проедена мышами. Единственная ее вещь, оставшаяся от прежней жизни и нежно хранимая для летней жары, за зиму была нещадно испорчена мышами.

– Какая разница, как продавать и сколько стоит? – грубо оборвала фантазии практичная Берта. – Мы выйти отсюда не можем. Значит, и выручить за них хоть сколько-нибудь не получится.

– Так возчику можно продать, – предложила Чаруна.

– Да, можно. Только не продать, а подарить, – гнула свое Берта. – Этот драный козел орехи заберет, а выручку себе оставит.

– А на следующий год мы ему не отдадим, – обижено надула губки Лали. – Он не дурак, чтоб выгоду постоянную терять.

– Да как вы не понимаете? Возчик не друг нам совсем. Он враг. Узнает про мак и спалит нас вместе с этим бараком. Никто и не узнает. А на озеро каждое лето будет артель привозить и урожай снимать.

Аргументы Берты были железные. Перспективы пугающими. Лица девушек обреченно вытянулись. Озаренные мечтами улыбки погасли. Головы поникли.

– Так обидно, – всхлипнула Лали.

– Живёшь рядом с сокровищем, – кивнула Зоя, – и не можешь им воспользоваться.

– Почему сами не сможем продать? – вступила в разговор Бёрк.

До этого она наблюдала за девушками и молча ела свой ужин. На неё посмотрели как на сумасшедшую.

– Головой ударилась? – спросила Чаруна, сидевшая рядом.

– Или солнцем напекло?

– Нет. Она родила, – засмеялась Зоя. – Вот её балбеска, – Зоя похлопала по голове, – и не соображает теперь.

– Нам к людям запрещено выходить, – озвучила всем известный факт Берта.

Лучана больно пнула Бёрк. Сколько раз она говорила не задавать подозрительные вопросы!

– Так это к людям… – хитро сощурилась оборотница.

Повисло молчание. На лицах проклятых отразился трудный мыслительный процесс. Девушки вдруг начали осознавать существование других народов. Сама мысль, что можно пересечь реку и оказаться в городе, населенном другими расами, никогда в их головы не приходила.

С детства их пугали оборотнями, населявшими земли за рекой. Они считались людоедами, и только та, которой жизнь была не дорога, могла глянуть в ту сторону. Ходить тут по лесу, нарушая закон – это одно, они точно знали, что сюда люди не сунутся, боясь заразы. Совсем другое дело – запретная сторона. Возможно, там за каждым кустом притаился зверь, мечтающий полакомиться костлявой человечкой, нарушившей границу.

Все, не сговариваясь, замотали головами. Послышалось твердое и уверенное:

– Нет.

– Не-е-ет.

– Нет!!!

– Да послушайте, глупые, – продолжила свою мысль Бёрк. – Варди – тролль, который нас подвез сюда – говорит, что лет двадцать ни одного оборотня не видел. Да и не до людей им сейчас – война идет с гоблинами. Там, за рекой, о людях и думать забыли. Варди нас с Лучаной к себе в гости звал, в город за рекой. До других народов там никому дела нет. Тишина и покой.

– А что, – нерешительно поддакнула Лучана, – в этом есть смысл.

Она не верила в то, что людям можно шляться, где захотят, но ведь девушки не знали, что Бёрк – оборотень. Под ее прикрытием такая задумка могла прокатить.

– Мы с Лучаной лица зелеными водорослями измажем, – продолжила убеждать Бёрк, – и за орков сойдем. Карликовых… – глянула она на Лучанку, и девушки захохотали, вспомнив свое знакомство.

Сколько волос они выдернули друг у дружки? Теперь Лушка и глазом не повела от предложения Бёрк сменить расу.

План казался сумасшедшим, но терять проклятым было нечего. Кроме жизни. И Берта осторожно принялась прощупывать эту зыбкую почву:

– А зачем этому Варди с нами связываться?

– У тролля своя торговая лавка в городе, он орехи с руками оторвет. Товар ведь редкий. Торговцы такое не упускают. И цену даст честную, – убедительно пояснила Бёрк. – Хороший он, точно не обманет.

Предложение было настолько невероятным, что девушки сидели молча. Ошарашенные, они пытались представить, как это будет. Другой берег. Другой мир. Другие народы. Другая жизнь. Какая она? Осторожно стали задавать вопросы. На многие Бёрк ответов не знала. Она сама мало что видела, живя на гномьем хуторе. Да и подробные ответы могли насторожить проклятых. Лучана помогала подруге выкручиваться. Они обе, чуть что, ссылались на рассказы Варди.

Невероятное предложение обсуждали до глубокой ночи. На очищенном столе нарисовали примерную карту. По записи Бёрк, сделанной со слов тролля, проложили маршрут. Рядом записывали планы,