Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

Это так взбудоражило, что заснуть в ту ночь смогли немногие. Обитель оказалась на пороге грандиозных перемен. Если все получится, жизнь проклятых девушек изменится кардинально. И не как всегда, а в лучшую сторону.

Бёрк тоже не спала. В окно их с Лучаной комнаты смотрела полная луна. Волчья натура требовала нормальной еды и свободы. Охоты! В приоткрытое окно тянуло ароматом разогретого за день болота и близкого леса. Человеку не услышать, не понять… Там, совсем недалеко, гуляло по трясине стадо кабанов. Бёрк жадно вдохнула через ноздри. Ее глаза вспыхнули и загорелись желтым. Тело потянуло, несколько суставов хрустнули перед оборотом. Рано.

Бёрк тихо встала. Главное – никого не разбудить. На своей постели безмятежно посапывала Лучана. В корзине, засунув в рот кулачок, спал Сфенос. Тихий, сосредоточенный и даже сейчас настороженный. Все хорошо, малыш. Спи, ты в безопасности. А мама пойдет добывать еду… Петли на окнах хорошо смазали – Бёрк заранее об этом позаботилась. Спустилась по виноградной лозе, пролезла через прореху в заборе. К лесу. Бежать! Между зарослей бесшумно сверкнула белая тень и растворилась в серости ночи…

***

Всех жительниц обители разбудил надрывный визг.

– Что, бездна всех раздери, происходит?! – Лучана недовольно протерла глаза. Посмотрела в окно. – Только рассветает! Еще спать и спать! Какая крикуха раскрыла свою варежку?

Девушка зло откинула одеяло и босая побежала вниз. За ней, сладко зевая, плелась Бёрк.

С приходом тепла дел у девушек заметно прибилось. Все дни были расписаны буквально по минутам. Только такой строгий распорядок и сохранял их жизни. Чтобы выжить на болотах, нужно очень постараться. И они старались как могли. Составляли графики и списки дел и неотступно следовали им. Каждому делу свое время, своя исполнительница. Как в механизме хорошо отлаженных часов, где каждый винтик важен, так и в обители каждая девушка становилась незаменимой.

Но, несмотря на это, лето любили. Под теплыми лучами и прополка огорода, и рубка дров приятней, чем зимой. Зима… Её вспоминали с содроганием. Работали и оглядывались, словно мороз стоял за спиной и наблюдал. Ждал…

– Чаруна?! – И почему Лу не удивилась, услышав душераздирающий крик?

– И точно она. – Бёрк проталкивалась сквозь сгрудившихся на пороге девушек. – Что случилось?

– Еще новенькие? – хихикнула Лу.

Причина переполоха нашлась под навесом во дворе. Там располагалась летняя кухня. В теплую погоду топить печь в доме было глупо и жарко, потому за обителью соорудили навес с камышовой крышей и вынесли туда лишние столы. В теплую погоду в беседке ели и отдыхали после работы. Рядом висел колокол. Утром девушка, дежурившая по кухне, поднималась раньше всех и готовила завтрак. После ударом в колокол созывала всех на утренний сбор.

Сегодня это была Чаруна. Она стояла у навеса и указывала пальцем на стол. А там…

– Кто это? – в страхе прошептала Берта и, к удивлению, не шагнула вперед, а трусливо попятилась за спины сестер.

– Медведь? – Зоя с широко раскрытыми глазами смотрела из-за плеча Бёрк.

На столе лежала большая туша, покрытая темной шерстью. Горло животного было разорвано, голова свешивалась вниз. Вся кровь стекла на землю, на шкуре застыли ее запекшиеся капли.

– Кабан. – Берта все-таки набралась храбрости подойти. – И чего ты все время орешь? – зло обратилась она к Чаруне.

Та успела прийти в себя и уже без страха, а с интересом рассматривала животное.

– А ты бы не закричала? Я выхожу, а оно лежит. Я как увидела, чуть со страху не умерла.

– Но зачем же так орать? – Берта, изображая храбрость, сделала еще один шаг к туше.

– Он мертвый? – шепотом поинтересовалась Лали.

– Видимо, да, – неуверенно ответила Берта и шагнув еще пару раз, оказалась совсем рядом с лохматым существом.

– Проверь, – пискляво потребовала Лали.

Берта медленно протянула дрожащую руку и осторожно ткнула в зверя пальцем.

– Гав! – резко крикнула Чаруна и хлопнула в ладоши.

Лохматые девушки, одетые в одни ночные рубашки, с визгом бросились бежать. На пороге образовалась давка. Кто-то упал первым, а остальные посыпались сверху. Стоять на месте осталась только Бёрк и Чаруна, которая просто заливалась веселым смехом.

– Трусихи, —по-мальчишески громко гоготала шутница. – Дохлой свинины испугались!

Придя в себя, дружный коллектив хотел отлупить обидчицу, но дела насущные, и это тревожное «свинина»…

– Его можно есть? – Берта совсем по-другому взглянула на мертвое животное – жадно, плотоядно.

И другие смотрели так же. Бёрк узнала этот голодный блеск в их глазах. Да у них с сестрами оказывается гораздо больше общего, чем она думала. Никакого наигранного стеснения или девичей брезгливости. Только дикий голод.

– Конечно можно. – Чаруна деловито, словно ходила по ярмарке, подошла к столу, взяла кабана за длинный нос и повертела полуоторванную голову. – Он свежий, еще теплый даже, молодой, по виду здоровый. За таким охотники целыми днями по лесу гоняются.

– А как мы его…

– Шкуру нужно снять.

– И выпотрошить.

Девушки дружно обступили дичь и как были в одних сорочках, так и принялись за работу. Про остальные обязанности даже забыли.

Обед в этот день был роскошный! Гороховый суп со свининой, жареная свинина с капустой, шкварки… Соли в обители было очень мало, потому, чтобы мясо не пропало, его решили съесть побыстрее. Да и наесться по-настоящему всем очень хотелось. Девушки расстелили на земле покрывало и уселись на него.

– Интересно, – громко чавкая, поинтересовалась Чаруна. – Откуда он взялся?

Каждая девушка задавалась этим вопросом. Откуда на них свалилась такая благодать? Кто вдруг решил им помочь, подкормить?

– Это какой-то охотник, – решила Берта.

Сейчас девушки походили на одичавших орков. Лохматые, с ног до головы перепачканные кровью, но жадно и радостно жующие мясо. – Одинокий благородный охотник, – облизывая жирные пальцы, уточнила Зоя.

– И с чего бы этому добряку нас кормить? – подозрительно прищурилась Чаруна. – Мог бы на рынок отнести и продать. Что, ему деньги не нужны?

Девушки вопросительно уставились на Зою. Только с она с ее фантазией могла придумать объяснения этим странностям.

– Тут, наверное, живет его родственница. – Лучана, хитро прищурившись, посмотрела на Бёрк.

Для нее эта загадка не была загадкой с самого начала, но выдавать подругу она не собиралась. Кто знает, что может защелкнуть в мозгах этих чокнутых при слове «оборотень»…

– Или когда-то жила, – вполне логично предположила Зоя.

– Или возлюбленная, – сказала юная Евлалия и перестала жевать.

– Возможно, – Берта решила поддержать теорию бедняжки. – Может, болезнь разлучила их, но мужчина не забыл свою любимую.

– А может, он влюбился в кого-то из нас? – Дома Зою никто не ждал, но почему