Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника - Диана Фурсова

Вартис находился в центре.

Он повернулся к ним с выражением человека, который не нарушил порядок, а вынужден был спасти его от чужого безрассудства.

— Мой князь, — сказал он. — Мы рады, что вы пришли.

— Вы созвали круг без моего разрешения.

— Я созвал людей, потому что слухи уже вышли за пределы северного двора. Когда крепость шепчется о чёрной метке, о странном свете и о том, что опальная жена собирает вокруг наследника сомнительных людей, молчание становится опаснее разговора.

Марина почувствовала, как многие взгляды повернулись к ней.

Вот оно.

Удар не по младенцу. Не напрямую. По ней. По Дому. По тем, кто пришёл туда за теплом и теперь в чужих устах становился «сомнительными людьми».

Кайран сделал шаг вперёд.

— Вы забываете, хранитель, что именно ваше молчание едва не стоило наследнику жизни.

В зале поднялся шорох.

Вартис склонил голову.

— Я действовал из осторожности.

— Вы действовали без моего ведома.

— Потому что вы были под влиянием женщины, чьё поведение с момента Совета стало непредсказуемым.

Тишина ударила сильнее крика.

Мирена мягко опустила глаза, но Марина видела, как она ждёт продолжения.

Вартис повернулся к залу.

— Все вы помните леди Элиару. Тихую, скромную, покорную законам дома. Пять лет она не проявляла ни интереса к родовой силе, ни знания старых порядков, ни умения распоряжаться людьми. Но после решения о расторжении брака она внезапно забирает наследника, отказывает Совету, открывает закрытый дом и собирает там женщин, детей, слуг, рыночных людей. Затем вокруг ребёнка появляется свет, которого никто из нас не может подтвердить должным образом. Разве это не повод задать вопрос: кто на самом деле управляет происходящим?

— Вы хотите сказать, что я подстроила смех младенца? — спросила Марина.

Несколько человек у стен тихо зашептались.

Вартис посмотрел на неё с сожалением.

— Я хочу сказать, что отчаявшаяся женщина способна на многое, чтобы вернуть себе место.

Марина улыбнулась.

На этот раз по-настоящему холодно.

— Моё место сейчас у Дома первого огня. Возвращать мне нечего.

Мирена подняла голову.

— Как благородно звучит, леди Элиара. Но разве не вы требовали, чтобы любое перемещение наследника происходило с вашего ведома? Разве не вы объявили себя хозяйкой дома, где он находится? Разве не вы запретили мне даже увидеть ребёнка?

— Да.

Простое признание сбило зал с ожидаемого шёпота. Люди привыкли, что обвиняемые оправдываются. Марина не собиралась.

— Да, — повторила она. — Я запретила вам смотреть на младенца как на вещь, которую можно оценить перед будущей свадьбой. Да, я потребовала, чтобы ребёнка не носили по холодным коридорам ради страха взрослых. Да, я открыла Дом первого огня для женщин и детей, которых ваши порядочные дома предпочли не видеть. Если это обвинение, я его принимаю.

У Мирены дрогнули ресницы.

Вартис вмешался жёстче:

— Вы признаёте, что поставили личную волю выше родового закона.

— Я поставила живого ребёнка выше вашего ночного приказа.

— Вы околдовали князя жалостью.

Кайран резко повернул голову к Вартису, но Марина подняла руку, останавливая его раньше, чем он заговорил.

Не потому, что хотела защищаться сама. А потому что теперь поняла: если каждый её ответ будет подтверждаться княжеской властью, Вартис только сильнее убедит зал, что она прячется за Кайраном. Ей нужно было говорить так, чтобы услышали не титулы, а люди у стен.

— Жалость не так плоха, как вы думаете, господин Вартис, — сказала она. — Иногда с неё начинается совесть.

По залу прошла волна тихих голосов.

Мирена сделала шаг вперёд.

— А если ваша жалость погубит крепость? Если чёрная метка всё же знак беды? Вы готовы ответить перед всеми за женщин, которых впустили? За детей, которых держите рядом с наследником? За то, что старые стены могут не выдержать силы, которую вы разбудили?

Марина посмотрела на неё внимательно.

В словах Мирены был страх. Но не за ребёнка. И не за женщин. Страх перед тем, что Дом первого огня стал местом, куда люди идут без разрешения знатных домов. Перед тем, что Кайран впервые не выбрал самый удобный путь. Перед тем, что ненужная жена оказалась видимой.

— Я готова отвечать за порядок в Доме первого огня, — сказала Марина. — За чистые комнаты, тёплые очаги, спокойствие детей и дверь, которая не захлопывается перед испуганной женщиной. За древнюю силу княжества пусть отвечают те, кто столько лет прятал записи о ней.

Кайран поднял папку.

Зал снова загудел.

Вартис побледнел едва заметно, но Марина увидела.

Кайран развернул один из листов.

— В старых записях Дома первого огня сказано: чёрная вязь появляется у наследников первого огня. Не у отвергнутых. Не у опасных. У тех, кто способен пробудить защиту северного рода.

Слова прозвучали, как удар в колокол.

— Записи повреждены, — быстро сказал Вартис.

— Вами? — спросила Марина.

В зале стало тихо.

Слишком тихо.

Вартис медленно повернулся к ней.

— Осторожнее, леди Элиара.

— Я очень осторожна. Поэтому спрашиваю при свидетелях: это ваш почерк на приписке к старой дощечке? Той самой, где велено скрыть запись, закрыть дом и не оставлять детей с этим знаком у первого огня?

Мирена резко посмотрела на Вартиса.

Вот это Марина заметила сразу.

Не испуг. Не возмущение. Удивление. Значит, Мирена знала не всё. Или не ожидала, что Вартис оставил след.

Старший хранитель улыбнулся.

— Вы не умеете читать старое письмо. На чём основаны ваши обвинения?

— На том, что князь умеет.

Кайран сделал шаг вперёд.

— Почерк ваш.

Вартис выпрямился.

— Даже если приписка моя, она сделана ради безопасности рода. Не все знания должны лежать перед теми, кто способен понять их неверно.

— Вы решили это за князя? — спросил Кайран.

— Я защищал род, пока вы были заняты неудачным браком и пограничными вопросами.

Слова ударили грубо. Публично. И по Кайрану, и по Марине.

Мирена снова вмешалась мягко, но теперь в её голосе слышалась сталь:

— Мой князь, возможно, сейчас не время искать виновных. Наследника нужно перевести из Дома первого огня в нейтральное место до полного круга. Леди Элиара слишком вовлечена. Её чувства понятны, но они мешают видеть угрозу.

— Нет, — сказал Кайран.

— Но…

— Я сказал нет.

Вартис прищурился.

— Тогда Совет вынужден будет признать, что вы действуете не свободно.

Кайран шагнул ближе к нему. Воздух вокруг словно стал плотнее.

— Попробуйте произнести это ещё раз.

Марина почувствовала, как зал