Дом холодных сердец - Тея Авари

– Хочешь позвать моих братьев? – предвосхитил ее намерения вампир. – Чтобы они присоединились?

Его слова повергли Еву в ужас. Неужели они способны на такое? Неужели все, что они говорили, – ложь и безопасность в этом доме ей не гарантирована?

Нужно было что-то делать, но слова вампира, его движения гипнотизировали, как песня сирены.

– Давай продолжим с того места, на котором нас в прошлый раз так грубо прервали, – прошептал вампир и, рывком развернув девушку к себе лицом, одарил ее обжигающе ледяным поцелуем.

Казалось, все происходящее нереально.

– Альб… – пыталась кричать девушка, но тщетно.

Ладони ее уперлись в нагую бледную грудь мужчины, холодную, как лед. Попытки оттолкнуть ни к чему не привели – сильные руки вампира держали крепко девичий стан, а его язык терзал ее рот, заставляя запрокинуть голову назад.

Шаль соскользнула с плеч Евы и упала в темные воды озера, будто приглашая вампира продолжать.

Длинные пальцы, ловко справившись с пуговками на корсаже, распахнули его, а когти совсем бесчинно распороли ткань сорочки и шнуровку корсета.

Ева почувствовала кожей холодный ночной воздух и… прикосновения вампира.

А что еще хуже, она почувствовала, как ее собственное тело начинает отзываться на его непристойное поведение.

По щекам девушки покатились слезы, но все горькие всхлипы проглатывал Милтос, не перестающий ее целовать.

Он так сильно прижимал ее живот к своим бедрам, что Ева невольно почувствовала его налитое мужское достоинство, однозначно дающее понять, что Милтос серьезно настроен довести дело до конца.

В какой-то момент он оторвался от ее губ, чтобы завладеть всем, что ниже. Девичья грудь, молодая, упругая, привлекла его взгляд. Он ухмыльнулся, любуясь видом.

– Милтос, не надо… – взмолилась девушка, закрываясь руками.

– В самом деле, – согласился он. – Так – не надо. С тобой нужно обращаться как с последней шлюхой.

С этими словами он развернул ее, чтобы бросить на колени. Но девушка совершила новую отчаянную попытку вырваться из его хватки. И это движение стало фатальным: туфли заскользили по размокшей после дождей земле, и Ева помчалась вниз, навстречу глади озера.

Ледяная вода оглушила ее, выбила из легких последний воздух, придавила грузом черной воды. Платье на девушке мигом потяжелело и потянуло вниз.

Темные воды озера хранили много секретов и людских жизней, и они были очень-очень глубоки…

* * *

Когда двери гостиной распахнулись, братья сразу бросили свои дела, поняв: что-то не то.

– Вот дьявол! – выругался Кассий, увидев на руках Милтоса бледную Еву, лишившуюся чувств. С ее волос и одежды ручьями стекала вода, как и с рыжего вампира. Хотя с последнего лилось не так сильно – он был совершенно бесстыдно полностью обнажен.

Торн и Кассий кинулись ему навстречу, спеша перехватить из его рук девушку.

– Скорее, к камину, – скомандовал Торн.

И три пары рук перенесли Еву на софу.

Девушка дышала, но дыхание было слабым, прерывистым.

– Ее нужно срочно переодеть… Альба! – крикнул старший.

– Что произошло? – спросил Кассий, и его взгляд упал на расстегнутый корсаж девушки и обнажившуюся грудь.

– Ах ты сукин сын! – взревел он и стрелой бросился на Милтоса. – Тебе было велено ее не трогать!

Он влепил младшему сочную оплеуху, от которой у того дернулась в сторону голова. Но Милтос и не думал оправдываться, только глумливо осклабился, приглашая брата к бою.

Они сцепились, кружа по залу подобно смерчу, наполовину трансформировавшись в злобных хищников, готовых перегрызть друг другу глотки.

В комнате запахло порченой кровью.

Торн, не обращая на них внимания, накрыл Еву одеялом, провел ладонью по бледному лбу, тревожно отметив слегка посиневшие губы, и гневно крикнул еще раз:

– Альба! Дьявол тебя раздери!

Из кухни наконец послышались шаги.

– Ах вы мелкие паршивые бесы! – кипятилась ведьма, уже сообразив, что ничего хорошего в гостиной не происходит. – Чего на сей раз?

– Сними с нее одежду и согрей, – велел Торн, кивнув на Еву.

Альба, увидев девушку в столь плачевном состоянии, всплеснула руками. Но распекать виноватых не было времени. Она живо оттолкнула Торна от софы, на которой покоилась Ева.

– Подите прочь, изверги! – сердито крикнула она и стянула с Евы одеяло.

От картины, которую она увидела, ее губы сжались в тонкую полоску, выражающую гнев.

Торн, потоптавшись за ее спиной, сообразил, что компания братьев будет только мешать помощи. Он обернулся к братьям, сошедшимся в нешуточной схватке, уже порядочно израненным, прикидывая, как их остановить с наименьшими хлопотами.

В вихре драки в стороны летели капли крови и куски оторванной от камзола Кассия ткани.

– Кассий, Милтос!.. – прикрикнул на них Торн.

В тот же миг его лицо расчертила алая полоска крови, брызнувшей из чьей-то раны. Ее капли, попав на губы вампира, заставили того поморщиться. Он сплюнул, но вкус и сила, которые несла эта кровь, тут же молнией пронзили его сознание. Торн узнал их. И это узнавание ему не понравилось.

Старший резко протянул руку в клубок дерущихся и быстрым движением вытащил из него Милтоса, схватив за волосы.

Рыжий испустил сатанинский рык, злобно маша руками с удлинившимися, как у росомахи, когтями и не желая подчиняться.

Торн кинул оскалившегося младшего на пол и, нажав коленом на грудную клетку, так что хрустнули кости, придавил к полу. Пальцами вцепился в подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза.

– Ты испил ее крови, мерзавец! Думал, я не почувствую? – процедил Торн.

– Я не пил девчонку, – прохрипел Милтос. – Я… просто хотел пошутить… Позлить тебя. Она такая пугливая… А ты… ты зарвался, Торн…

Когти старшего глубже впились в лицо брата, глаза сощурились, пылая гневом:

– Я говорю не про Еву, паршивое ты отродье! Я говорю о Веспер.

Глава тринадцатая

Ночь набирала силу, пробуждая в груди Веспер нечто сродни любовному экстазу. Кровь ее бурлила – а значит, все шло по плану и маленькое колдовство сработало.

Склонив хорошенькую головку набок и лениво улыбаясь, она слушала, как брат с надменным выражением лица зачитывает очередное прошение об обращении.

Их разделял длинный стол, сплошь уставленный оплывшими восковыми свечами и пузатыми графинами, до краев наполненными рубиновыми винами. Все это создавало иллюзию маленького пира, почти как у смертных.

Сам Атрей сидел в массивном, с резной спинкой, кресле, больше смахивающем на королевский трон. И хотя королем страны Атрей не являлся, это никак не умаляло его власти над ней. Ведь он был верховным лордом вампиров, а это гораздо, гораздо лучше.

Большой капризный рот его брезгливо скривился, словно его оскорблял сам факт того, что приходится читать