Запретная месть - Аймэ Уильямс

Но я приняла решение. В какую бы игру ни играла эта девчонка, это лучше, чем оказаться под колпаком у Маттео.

— Я поеду с кузиной.

Дженна торжествующе просияла. Боль, мелькнувшая на лице Беллы, заставила меня возненавидеть себя, но отступать было поздно.

— Никто не выйдет отсюда, пока мы не подтвердим её личность. — Тон Маттео не терпел возражений.

— Мне подходит. — Дженна плюхнулась на стул, скрестив лодыжки с преувеличенным терпением. — Я никуда не тороплюсь.

Людям Маттео потребовалось меньше часа, чтобы подтвердить, что Дженна Сантьяго существует и, по-видимому, действительно приходится мне родней через сестру отца. Я сохраняла на лице маску безразличия при этой новости.

— Наконец-то, — вздохнула Дженна. — Мы можем идти?

Процесс выписки, казалось, тянулся вечность. Прежде чем я успела сбежать, Белла осторожно обняла меня.

— Позвони мне, хорошо? Обещаешь?

— Обещаю, — прошептала я; ложь отдавала пеплом на языке.

Маттео перехватил мою руку, когда я проходила мимо.

— В какую бы игру ты ни играла, — тихо сказал он; синие глаза были холодны, — помни, что моя жена считает тебя семьей. Если с ней что-то случится из-за твоего… выбора — я тебя из-под земли достану.

Я твердо встретила его взгляд.

— Я бы никогда не навредила Белле.

— Нет? — Его улыбка была жестокой. — Ты уже это делаешь.

Слова вонзились ножом в грудь, но я сохранила лицо бесстрастным, холодным. Профессиональным. Я вырвала руку из его хватки и ушла, отказываясь демонстрировать насколько глубоко он меня ранил.

Уличный воздух ударил в лицо, отчего глаза заслезились. По крайней мере, так я сказала себе, смаргивая слезы. Гладкий черный внедорожник урчал у бордюра; его темные тонированные окна отражали резкий флуоресцентный свет больницы. За рулем сидел широкоплечий мужчина в тактическом снаряжении; его глаза постоянно сканировали окрестности сквозь зеркальные очки.

Дженна — или кто бы она ни была — рухнула на кожаное сиденье рядом со мной с драматичным вздохом.

— Увози нас, Маноло, — сказала она, и машина слегка дернулась, отъезжая от больницы.

Роль невинной, жизнерадостной кузины испарилась, когда она достала телефон; пальцы запорхали по экрану с яростью.

Трансформация была пугающей.

— Кончай этот цирк. — Мое терпение лопнуло, как сухая ветка. — Кто ты такая и почему только что рисковала жизнью, соврав Маттео ДеЛука в лицо?

Она подмигнула; невинные глаза лани вдруг наполнились холодом.

— София Ренальди. Марио ДеЛука прислал меня доставить тебя на конспиративную квартиру в Трайбеке.

Сердце остановилось.

— Марио…

— Мой брат Марко — один из его ближайших друзей. — Она ухмыльнулась, выглядя довольной собой. — Неплохо сыграла, да? Хотя я думала, что мудак ДеЛука меня выпотрошит за то, что я закатила глаза.

ГЛАВА 14. МАРИО

Я мерил шагами паркет квартиры; звук шагов эхом отлетал от панорамных окон, за которыми расстилался сверкающий горизонт Манхэттена.

Марко Ренальди развалился на кожаном диване, до бешенства спокойный, пока листал ленту в телефоне. Его темные кудри — почти черные в этом свете — падали на лоб, а вечная щетина не скрывала угловатую челюсть.

Даже после двадцати пяти лет дружбы он всё еще выглядел таким же дерзким мальчишкой, который прикрывал мне спину в школьных драках.

Мы познакомились, когда нам было по восемь, — оба пытались угнать одну и ту же машину по приказу Джузеппе. Вместо того чтобы драться за неё, мы сработались.

Такие вещи создают связь, которую не разорвать даже изгнанием. Марко был рядом в ту ночь, когда я приставил пистолет к голове Бьянки. Он и Данте помогли мне устроиться в Бостоне после. Пусть его отец и управляет меньшей организацией, но Ренальди всегда смыслили в верности больше, чем ДеЛука.

— Расслабься, — протянул он, не поднимая глаз. — София справится.

— Если твою сестру поймают…

— Не поймают. — Он наконец встретил мой взгляд; в темных глазах горел тот же азарт, что вытаскивал нас обоих из бесчисленных передряг. — София в этом дерьме лучше нас двоих вместе взятых.

И он не ошибался. Его сестра начала проворачивать аферы в десять лет, доказав, что она ценнее для организации отца, чем половина его солдат. К пятнадцати она уже занималась самыми важными операциями по эвакуации.

А сейчас, в девятнадцать, она заработала репутацию человека, способного вытащить кого угодно из самых безнадёжных ситуаций — обычно выставляя врагов полными идиотами по ходу дела.

Я продолжил мерить комнату шагами. В тот момент, когда Шиван сказала мне о Елене, я понял, что не могу поехать в больницу сам. Маттео явно наводнит её своими людьми — наверняка уже наводнил. Появление там было бы самоубийством, а мертвым я Елене не помощник.

— Твоя сестра правда готова на это? — спросил я Марко три часа назад с борта джета, использовав услугу двадцатилетней выдержки.

— София? — Он рассмеялся. — Эта девчонка убедит Папу Римского, что он еврей. Кроме того… — Его лицо помрачнело. — После того как люди О'Коннора пытались отжать нашу территорию в Бруклине в прошлом месяце, она искала способы ужалить старую гвардию. А кинуть Маттео ДеЛука? Это просто приятный бонус.

Использовать сестру было идеей Марко.

— Подумай сам, — сказал он. — Маттео ожидает угрозы. Он будет ждать врагов семьи, Калабрезе, людей моего отца, тебя. Но девочка-подросток, утверждающая, что она давно потерянная кузина Елены? Это настолько из ряда вон, что может сработать.

И он оказался прав. Марко всегда был стратегом — вероятно, поэтому его отец считал, что именно я должен был возглавить семью ДеЛука вместо Маттео. Старик Ренальди видел во мне что-то, чего Джузеппе так и не разглядел. Он даже предлагал поддержать мои притязания после смерти Джузеппе, но к тому времени я уже по уши увяз в мести Маттео. Сам предрешил свою судьбу.

Марко поставил Софию на громкую связь, когда мы придумывали, как вытащить Елену.

— У неё есть семья? — спросила София. — Кто-то, за кого я могла бы себя выдать?

Я завис, осознав, что не знаю о прошлом Елены почти ничего. Её семья не имела значения в наших планах.

— Я… не знаю.

— Ты, блядь, шутишь? — отвращение в голосе Софии прорвалось сквозь помехи связи. — Ты спишь с ней и даже не знаешь её семью?

— Просто найди кого-нибудь, — прорычал я, раздраженный тем, как София повернула разговор.

— Дай мне пять минут. — Стук клавиш на фоне. — Есть. Её отец — Ричард Сантьяго, умер пять лет назад — имел сестру по имени Мария. У Марии есть девятнадцатилетняя дочь, Дженна Сантьяго,