Синь-камень: лекарство от одиночества - Татьяна Снежко

– Ба, не пугай меня. Я уже на чемоданах сижу. И если сегодня не будет автобуса, то я пешком до города дойду. Если сил не хватит, доберусь ползком. Но любой ценой из этого жуткого места убегу. Не нужна мне такая любовь. И да, меня поцеловал тринадцатый.

– Ну и что? Что ты почувствовала? – заметно оживилась баба Нюра.

– Влажные настойчивые мужские губы. И больше ничего и… – я резко замолчала. Ну уж нет. Бабушке не стоит знать, что я испытала на Синь-камне во время волшебного поцелуя с призраком несостоявшегося деда.

– Значит, он вовсе не тринадцатый. Ты ошиблась, – разочарованно сказала бабуля. – Не повторяй мою судьбу, не беги от любви. Без нее жизнь теряет всякий смысл. Останься там и впусти ее в свою жизнь. Хочу, чтобы тебя захлестнула страсть, чтобы ты летала, как на крыльях, пела и танцевала от восторга. Лиссонька, девочка моя, я так хочу, чтобы ты жила в забытьи от счастья…

– Бабуль, ты завязывай с сантиментами. Передай родителям привет, а я побежала, пока белый волк за мной не пришел и не заставил выйти за него замуж.

Прервав поток вопросов, я поспешно бросила трубку. Только сейчас заметила, что держу в руке пустой белый термос. Вот чудо я гороховое! Выпила все, пока слушала бабушкины байки. Теперь жить мне, может быть, осталось ровно расстояние до города.

Будь что будет. Слегка озадаченная я взяла дорожную сумку и спустилась по лестнице. Тишину разорвал громкий женский смех. Я прибавила шагу и увидела входящего в рестобар Ярика в окружении симпатичных туристок. Он бросил на меня взгляд, едва кивнул, здороваясь, и, демонстративно приобняв одну из девушек, пригласил гостей пройти к бару. В стильном костюме он, как всегда, был великолепен. Девушки это тоже оценили – смотрели на красавчика такими плотоядными взглядами, будто готовы были его съесть, и мне стало не по себе. К черту хорошие манеры. Мне нужно узнать, как отсюда уехать. Я окликнула Ярика, но он не услышал или сделал вид, что не услышал. Ну что ж, подожду, пока его величество всем кофе наварит.

Одна из девушек, блондинка с «покусанными пчелами» губами, зависла в телефоне, а потом, соскочив с барного стула, быстро прошлась по помещению, как будто искала что-то.

– Эх, печалька, – расстроилась она. – Нет здесь этого невидимого, что витает в воздухе.

– Ты о любви? – Кудрявая девушка с ободком уселась на стул и потянулась за меню.

– Нет, о бесплатном вайфае, – ответила блондинка и растянула свои пухлые «вареники» в улыбке.

– А как же любовь? – продолжала кудряшка. Ярик протянул ей кофе с сердечком и с ехидной улыбкой многозначительно посмотрел на меня.

– Любовь? Да что это ваша любовь? Ее слишком переоценивают. – Я смотрела в глаза красавчика и ничего не чувствовала. – По ощущениям, это примерно как съесть много шоколада. А я обожаю шоколад.

Ярослав с каменным выражением лица резко отвернулся. Его спина выражала крайнее возмущение. Уж не знаю, что себе там надумал этот несостоявшийся Бог Солнца, но что за детский сад? В молчанку играем?

– Между мужчиной и женщиной всегда так, – вдруг нарушил молчание он.

– Как? – живо поинтересовалась кудряшка, наклоняясь через барную стойку, словно в надежде узнать главный секрет отношений.

– Ничто не вечно, – сказал бариста и протянул блондинке голубой коктейль.

Сквозь звуки тихой музыки послышался механический гул, и стенка под лестницей медленно отодвинулась в сторону. Легкая дымка вспыхнула в открытом проеме, наполняя воздух лавандовым ароматом. А затем словно из другого измерения появился Алиссандр. На его лице промелькнула тень улыбки. На пару секунд он задумался, настороженно оглядел присутствующих. Взгляд его был пронзительным, словно он сканировал каждого до мельчайших деталей.

Затем с неподдельной спешкой Алиссандр закрыл дверь, будто пытаясь удержать внутри что-то темное и мрачное. Его рука скользнула в воздухе, и дымка исчезла, точно опаленная. Мне показалось, что вместе с дымкой исчезло нечто большее, нечто, чего не должно было быть в этом месте. Но было ли это на самом деле? Или это плод моего воображения, вызванный моим собственным любопытством? И вроде я не Варвара, которой нос оторвали, а Василиса Прекрасная. Да и вообще, какая разница? На душе и так кошки скребут. А этот Синь-камень так искусно воссоздал ту иллюзию с поцелуем, запутав мое сердце, что теперь я чувствую себя обманутой и расстроенной.

Закрывающаяся дверь издала легкий стон. Или этот звук послышался из-за стены? Бр-р. Жуть какая, аж мурашки по коже! Лесник в белоснежной одежде выглядел словно доктор психиатрической лечебницы. С быстротой и точностью хирурга он снял перчатки, откинул их в сторону и направился прямиком ко мне.

О боже! Он же не собирается затащить меня в то страшное место прямо у всех на глазах? В кафе уже собралось много туристов, но никто, кроме меня, не обращал внимания на Алиссандра, словно его здесь и вовсе нет. Пугающий своим холодным обаянием маньяк-психиатр подошел ко мне и взял сумку.

– Ну пошли, раз уже собралась, – кивнул он в сторону двери. Я выдохнула, пытаясь успокоить встревожившееся сердце. Ну почему этот загадочный мужчина все время бродит в моих мыслях, как жуткий кошмар? Это надо же так себя накрутить, напридумывать, во все это поверить и испугаться до чертиков! Ох уж это мое воображение! Говорила мне бабушка: читай научные книги, а не детективы и фэнтези всякое.

А он ничего так и в белом тоже. Оценила я его вид сзади. И спереди вовсе не такой уж страшный, если не заглядывать в холодные глаза. Кивнула на прощание Ярику и молча поплелась за Алиссандром к выходу. Уж он-то точно знает, как выбраться из этого места, раз сам меня сюда привез.

Я быстро догнала своего проводника. Он искоса посмотрел на меня и с усмешкой спросил:

– И ты на кофевара запала? Я открою тебе страшную тайну, – нарочито заговорщицким голосом продолжил он: – Демон он, настоящий Люцифер, пожиратель женских сердец. Особенно разведенных и «синих чулков».

– Так я тебе и поверила, – фыркнула я. Это я-то «синий чулок»? Да ну вас в болото, недокавалеры. – Я вообще чулок не ношу. И цвет синий не вижу, – огрызнулась я, упершись взглядом в лысый затылок. Ровный, гладкий. Слишком гладкий. Интересно, он брюнет или блондин? Какая мне разница? Вечно дурацкие мысли в голову лезут.

Алиссандр открыл дверь, галантно пропустил меня, провожая оценивающим взглядом.

– Ты так прекрасна, – как-то между прочим бросил он и поставил сумку за дверь. Все выглядело так, словно меня не проводили, а просто выпроводили.