Академия Боли. Я умру вместо принца - Кристина Юрьевна Юраш

знала, к кому именно обращаюсь. К себе? К ней, безымянной тени, оставившей эти строки? Или ко всем нам сразу, выстроенным в эту жуткую, бесконечную очередь на убой.

Глава 61

Глава 61

Любить Виериса Балларда было примерно так же разумно, как обнимать оголенный провод под напряжением. Результат всегда предсказуем: обугленная плоть, пепел и звенящая пустота на месте сердца.

Я снова приоткрыла последнюю страницу. Буквы плясали перед глазами, но смысл врезался в память намертво:

«Пусть хотя бы после моей смерти он узнает, что на свете был человек, который любил его больше собственной жизни».

Глупая.

Глупая, наивная, обреченная девчонка.

Я зажмурилась, чувствуя, как по щеке скатывается предательская горячая капля. И почему-то в этот момент мне вдруг стало по-настоящему страшно. Не за нее. За себя. Потому что между строк этого исповедального текста я разглядела не просто чужую трагедию. Я увидела предупреждение. И мне это совсем, до тошноты, не понравилось.

Я осторожно, почти благоговейно погладила обложку большим пальцем.

— Ладно, — тихо произнесла я.

Слова прозвучали не как обещание, а как нерушимая клятва, высеченная на камне.

Значит, нужно отдать тетрадь принцу.

Хорошо. А если он не захочет читать? Если с брезгливой гримасой швырнет в камин, сделав вид, что ему совершенно неинтересно, что там о нем писала бывший фамильяр?

Последняя просьба мертвых — это единственное, что у них остается. Единственный крик из-за черты, который еще можно услышать.

Я не имела морального права его нарушить.

Но не сейчас.

Мой взгляд снова скользнул по тетради, и внутри зашевелились черви сомнений. Слишком много вопросов оставалось висеть в воздухе.

Кем она была на самом деле? Как именно умерла? Почему спрятала дневник? Ведь то, что я нашла его, — чистая случайность. А если бы я просто не заглянула под стол? Если бы не заинтересовалась странным пространством? Если бы этот стол простоял бы здесь лет сто, а потом благополучно сгорел в каком-нибудь магическом пожаре?

Наивная.

Я снова посмотрела на обложку.

Почему мне все сильнее казалось, что она боялась не смерти? А чего-то другого. Чего-то, что пряталось в тени его безупречной, ледяной репутации.

Я медленно, с ватными ногами поднялась с кровати и подошла к массивному письменному столу. Пальцы нащупали знакомую, едва заметную щель. Тайник щелкнул, послушно открываясь.

Некоторое время я просто смотрела в эту темную, пыльную нишу, похожую на маленькую личную могилу. Потом аккуратно, двумя руками, положила тетрадь обратно. Словно возвращала на место чужое, вырванное сердце.

— Я отдам его, — повторила я уже увереннее, задвигая панель. — Обещаю. Но позже… Я пока морально не готова к разочарованиям.

И вдруг меня пронзила странная, холодная мысль, заставившая замереть.

Если бы эта девушка действительно хотела, чтобы дневник прочитал только принц… Она бы не прятала его. Она бы отдала его сама. Или оставила бы на его столе, чтобы он споткнулся об него взглядом.

Но она спрятала его. Так глубоко, под двойное дно, что его могли не найти никогда.

Я замерла, не дыша. По спине пробежал ледяной, липкий холодок.

Нет.

Она хотела, чтобы его нашли. Но не сразу.

Глава 62

Глава 62

Словно понимала, что время работает на нее. Что однажды здесь появится кто-то еще. Следующая фамильярка. Следующая дура, верящая в сказки про счастливое будущее после Академии.

Следующая девушка, которая слишком долго и слишком внимательно будет смотреть в эти бездонные фиалковые глаза наследного принца, пытаясь найти в них свое отражение или… хотя бы просто человека.

Я резко, почти грубо захлопнула тайник. Щелчок прозвучал как выстрел.

— Нет уж, — прошептала я в пустоту, чувствуя, как внутри закипает упрямая, отчаянная злость. — С меня хватит.

И именно в этот момент в коридоре, за толстыми каменными стенами, раздались шаги.

Тяжелые.

Размеренные.

Медленные и пугающе уверенные.

Они не спешили, но неумолимо приближались к моей комнате, отдаваясь глухим эхом в гулкой тишине башни.

По позвоночнику пробежал знакомый, парализующий холод, заставивший сжаться каждый мускул. В этой огромной Академии был только один человек, чью поступь я могла узнать с закрытыми глазами, даже сквозь шум дождя и бешеный стук собственного сердца.

Виерис.

Стук в дверь раздался негромко, не резко, но в звенящей, давящей тишине комнаты он прозвучал неожиданно неприятно.

Мое сердце бухнуло о ребра с такой силой, что я едва не подпрыгнула, судорожно втянув воздух.

Нет. Только не сейчас, когда я сижу и думаю, когда и как стоит выполнить последнюю просьбу мертвой предшественницы.

— Лиада Торос, — донесся из-за массивного дуба ленивый, холодный, до боли узнаваемый голос. — Ты жива?

Я застыла, впившись взглядом в поверхность стола, под которой пульсировал тайник. Виерис. Разумеется. Кто еще мог явиться в самый неподходящий момент в мире, нарушая хрупкое равновесие моего только что обретенного, но уже такого тяжелого секрета?

— Жива, — выдавила я. Голос предательски дрогнул, прозвучав хрипло и болезненно.

— Удивительно, — заметил он с той самой ледяной вежливостью, от которой мурашки бежали по коже.

Может, он уйдет? Просто поинтересовался мимоходом, чтобы направится в свою комнату.

Я судорожно оглядела комнату. Тайник захлопнут. Тетрадь спрятана. Но почему-то мне казалось, что дневник мертвой девушки лежит прямо посреди пола, раскрытый на последней странице, крича о своей последней просьбе: «Отдай этот дневник его высочеству».

Не сейчас. Только не сейчас. Я не была готова. Я не знала, как он отреагирует, и боялась этой реакции больше, чем собственной боли.

Дверь бесшумно отворилась.

Рука сама потянулась к первой попавшейся вещи на столе. Я схватила свой конспект по истории магических войн и сделала вид, что убираю его в сумку. Очень естественно. Очень спокойно. Почти убедительно. Если не считать того, что пальцы тряслись так, будто я пыталась спрятать не исписанную бумагу, а украденную корону.

Принц вошел в комнату, а я почувствовала странную неловкость от одного его присутствия.

Я дернулась. Конспект, предательски выскользнув из влажных ладоней, шлепнулся на паркет и раскрылся почти у самых его безупречно черных, начищенных до зеркального блеска сапог.

Глава 63

Глава 63

Разумеется. Потому что этот день был недостаточно унизительным. Конспект решил по-своему. Или все девушки в присутствии принца имеют привычку все ронять? Может, это какая-то особая магия?

Я бросилась вниз, чтобы поднять тетрадь, но Виерис оказался быстрее. Он наклонился, подцепил конспект двумя пальцами, словно это был зараженный предмет, и замер, глядя на раскрытую страницу.

Я почувствовала, как горячая волна приливает к лицу, обжигая щеки.

— Не смотрите, — поспешно сказала я,