Лишняя дочь или шухер в монастыре. - Людмила Вовченко

Косы больше не мешали. Монастырская одежда перестала раздражать.Но характер… характер никуда не делся.Он только стал точнее.Иногда Беатриче ловила себя на том, что наблюдает за ней как за редким инструментом: опасным, шумным, но удивительно полезным.— Вы понимаете, — сказала она однажды вечером, когда они проверяли записи кладовой, — что половина сестёр теперь боится вас больше, чем меня?— Это невозможно, — ответила Ливия.— Почему?— Потому что вы — власть.— А вы — стихия.Ливия усмехнулась.— Звучит красиво.— Звучит правдиво.К середине лета начали приходить письма.Первое принёс курьер из Равенны.Ливия узнала почерк на конверте ещё до того, как его открыли.Адриано.Она не показала этого никому. Только спокойно забрала письмо из рук Беатриче и вскрыла печать.Но пальцы всё равно чуть дрогнули.— Хорошие новости? — спросила аббатиса.Ливия прочитала письмо до конца.Потом медленно подняла глаза.— Очень интересные.— Например?— Дом в Равенне действительно мой.— Это мы уже знали.— Но теперь есть ещё кое-что.Она развернула второй лист.— Моя тётка сдавала его в аренду купцу.— И?— И деньги уходили… не в монастырь.Беатриче чуть прищурилась.— Конечно.— Но теперь купец получил официальное письмо от канцелярии.— И?— И теперь он должен платить мне.Беатриче позволила себе едва заметную улыбку.— Это должно расстроить вашу тётку.— Я на это надеюсь.Но главное было в другом письме.О кораблях.Адриано писал коротко, без лишних украшений:«Оба судна находятся в рабочем состоянии. Доход за прошлый год значительно выше того, что указано в опекунских записях. Я подозреваю, что часть средств оседала в руках посредников. Когда вы получите полное право распоряжаться имуществом, советую лично посетить порт и проверить контракты».Ливия читала эти строки несколько раз.Порт.Корабли.Контракты.В её голове сразу начали выстраиваться планы.Через неделю пришло второе письмо.И вот тут Беатриче уже смотрела на неё внимательно.— Вы улыбаетесь.— Правда?— Да.— Это редкость.— Именно.Ливия опустила глаза к письму.— Он пишет, что один из кораблей скоро вернётся в порт Римини.— И?— И что если я хочу проверить счета…— Вам придётся туда ехать.— Да.Беатриче некоторое время молчала.Потом сказала:— Когда вам исполнится восемнадцать.— Именно.Лето шло быстро.Работы становилось больше.Сад требовал ухода, травы — сушки, кухня — запасов на осень. Но Ливия уже научилась не делать всё сама.Она распределяла.Командовала.Иногда даже молчала.Иногда.И именно это больше всего удивляло сестёр.— Ты стала спокойнее, — сказала однажды Джулия.— Неправда.— Правда.— Я просто думаю быстрее.— Это ещё хуже.— Согласна.Осенью Адриано снова приехал.Он появился так же неожиданно, как всегда.Высокий силуэт у ворот.Тёмный плащ.Серые глаза, которые мгновенно нашли её среди двора.Ливия стояла у колодца, проверяя бочки.И когда увидела его, не удержалась:— Вы опять вернулись.— Как видите.— Значит, дела снова плохо идут?Он чуть усмехнулся.— Или слишком хорошо.Она скрестила руки.— Что на этот раз?— Документы.— По кораблям?— И по дому.— И?Он подошёл ближе.Слишком близко.— Ваша тётка очень недовольна.— Это прекрасная новость.— Она пыталась оспорить ваше право.— Конечно пыталась.— Но не смогла.Ливия тихо рассмеялась.— Я начинаю любить этот год.Позже они снова сидели в саду.Тот же каменный бортик.Те же травы.Но между ними теперь было больше понимания.И больше напряжения.— Вы изменились, — сказал Адриано.— Я всегда была такой.— Нет.— В каком смысле?— Вы стали… спокойнее.— Это возраст.— Вам восемнадцать.— Вот именно.Он усмехнулся.— Иногда мне кажется, что вам тридцать.Она прищурилась.— Осторожнее.— Почему?— Вы почти угадали.Он посмотрел на неё долго.Слишком долго.— Иногда я думаю, — сказал он тихо, — что вы живёте вторую жизнь.Ливия на секунду замерла.Но потом только улыбнулась.— Если бы это было правдой, я бы прожила её гораздо веселее.Он не ответил.Но взгляд его стал ещё внимательнее.— Когда? — спросила она.— Что?— Когда мы поедем в порт.Он поднял бровь.— Мы?— Конечно.— Вы уверены?— Абсолютно.— Это может быть опасно.— Всё интересное опасно.— Вы неисправимы.— Спасибо.Он покачал головой.— Вы не понимаете, во что ввязываетесь.— Прекрасно понимаю.— Это мир торговли.— Я люблю торговлю.— Это мир мужчин.Она усмехнулась.— Значит, им придётся привыкнуть.Он некоторое время смотрел на неё.Потом тихо сказал:— Я начинаю им сочувствовать.— Поздно.— Почему?— Потому что я уже иду.Над монастырём медленно опускался вечер.Сад пах травами.Камень отдавал тепло.Где-то вдалеке звонил колокол.И Ливия вдруг ясно почувствовала:её жизнь действительно начинается.Не в монастыре.Не в прошлом.А там, за воротами.Где её ждут корабли.Город.Дорога.И мужчина, который всё ещё пытается понять, кто она на самом деле.И, возможно, именно поэтому продолжает возвращаться.

Вечер в монастыре опускался медленно, словно не желая уступать день окончательно.Сад уже не сиял солнцем, но ещё не стал тёмным. Каменные дорожки отдавали тёплым светом заката. Травы тихо шелестели от слабого ветра, и запах мяты становился сильнее, когда кто-то проходил мимо грядок.Ливия сидела на низкой каменной ограде у старой яблони.Перед ней лежали бумаги.Те самые бумаги, которые Адриано привёз сегодня.Она уже читала их дважды.И всё равно возвращалась к строчкам.Дом в Равенне.Два торговых судна.Доход за прошлые годы.Долги посредников.Подписи.Контракты.Она провела пальцем по одной из строк и тихо сказала:— Значит, вот так.— Что именно? — спросил Адриано.Он стоял рядом, опираясь плечом о ствол яблони. Свет заката падал на его лицо, делая глаза темнее, чем обычно.— Значит, у меня была жизнь, о которой я даже не знала.— Теперь знаете.— Да.Она подняла голову.— И знаете, что самое смешное?— Что?— Я почти благодарна тётке.Он удивлённо поднял бровь.— За что?— Если бы она не заперла меня в монастыре, я бы никогда не научилась управлять хозяйством.Он тихо усмехнулся.— Это оригинальный взгляд на предательство.— Я практичный человек.— Я заметил.Она снова опустила глаза к бумагам.— Когда мы поедем?— Мы?— Да.— Вы очень уверены, что я буду участвовать.— А вы очень уверены, что не будете.Он посмотрел на неё внимательно.Слишком внимательно.— Вы понимаете, что после вашего совершеннолетия всё станет сложнее?— Почему?— Потому что тогда вы станете не послушницей, а молодой женщиной с деньгами.— И?— И у вас появятся враги.Она пожала плечами.— Они у меня уже есть.— Я серьёзно.— Я тоже.Он некоторое время молчал.Потом сказал:— В Римини вам придётся разговаривать с капитанами.— Хорошо.— С торговцами.— Отлично.— С людьми, которые не привыкли слушать женщин.Ливия улыбнулась.— Тем интереснее.— Вы неисправимы.— Я просто не люблю скучную жизнь.Он покачал головой.— Иногда мне кажется, что вы специально ищете неприятности.— Нет.— Тогда почему они всегда находят вас?— Потому что я не прячусь.Он снова замолчал.И Ливия вдруг заметила, что он смотрит на неё иначе.Не как чиновник.Не как человек, который проверяет документы.А как мужчина.Она почувствовала это почти физически.И это было… странно.Не неприятно.Но странно.— Вы опять так смотрите, — сказала она.— Как?— Как будто пытаетесь решить задачу.— Вы и есть задача.— Какая честь.— Очень сложная.— Это комплимент?— Не