Адептка вне закона, или Ректор, берегите нервы! - Анастасия Смирнова

протиснулась на скамью прямо за спиной Валериана Кросса. Тильда, тяжело вздохнув, плюхнулась рядом, ворча о том, что первые ряды — это верная смерть от случайных рикошетов на практических занятиях. ​Валериан даже не обернулся. Он продолжал увлеченно вещать своему соседу — грузному парню с факультета Артефакторики — о превосходстве столичных портных над местными. ​В этот момент двери распахнулись, и в аудиторию стремительно вошла профессор Блэр. Это была сухонькая, невероятно подвижная дама преклонных лет. На ее правом плече восседал крупный изумрудный хамелеон, который с интересом сканировал студентов вращающимися глазами. ​— Тишина в аудитории! — звонко скомандовала профессор, вспрыгнув на кафедру с ловкостью горной кошки. Хамелеон для убедительности поменял цвет на угрожающе-красный. — Тема сегодняшнего занятия: «Метаморфическое замещение неживых объектов». Идеальный навык для тех, кто хочет подсунуть вместо настоящего золотого слитка кусок окрашенного свинца. И абсолютное преступление, если вы попадётесь. ​Мое сердце учащенно забилось. Замещение объектов! Именно об этом говорил Блэквуд: вор забирал оригиналы и, скорее всего, оставлял на их месте идеальные иллюзорные или метаморфические копии, чтобы пропажу не обнаружили сразу. ​Я уставилась на кожаный форменный портфель Валериана, небрежно брошенный на край скамьи. План созрел мгновенно. ​Сосредоточившись, я аккуратно потянулась к своему магическому резерву. Совсем немного. Капля безобидного Морока, сплетенная с моей темной фантазией. ​Воздух над портфелем Кросса слегка дрогнул. Из полуоткрытого клапана сумки медленно, словно выталкиваемая невидимой силой, начала высовываться голограмма толстого фолианта. Корешок украшала зловещая бордовая надпись: «Высшая демонология. Том IV». Я постаралась сделать иллюзию максимально плотной, добавив к ней легкий запах старой кожи и... пыли. ​Я легонько пнула ножку скамьи Валериана. ​Аристократ раздраженно обернулся, чтобы высказать мне пару ласковых, но его взгляд рефлекторно скользнул вниз, к собственному портфелю. ​Краска мгновенно сошла с его лица. Он стал белее свежевыстиранной мантии. Сдавленно пискнув, Валериан судорожно схватился за «книгу», пытаясь запихнуть ее обратно в сумку. Его ухоженные пальцы с размаху прошли сквозь иллюзорный корешок и больно ударились о деревянную скамью. ​Иллюзия мягко рассеялась. ​Кросс замер, тяжело дыша. На его лбу выступила испарина. Я подалась вперед и прошептала так, чтобы слышал только он: — Осторожнее, Валериан. Запретная Секция очень не любит, когда ее собственность начинает гулять по чужим сумкам. Особенно демонология. ​Он резко развернулся ко мне. В его глазах больше не было спеси — только чистый, животный ужас. — Ты... — его губы дрожали. — Откуда ты... Вейн, ты не понимаешь, во что лезешь! Это не шутки! Если он узнает... ​— Адепт Кросс! — голос профессора Блэр хлестнул по аудитории, как удар бича. — Вы решили провести индивидуальный симпозиум с адепткой Вейн? Или у вас какие-то проблемы с концентрацией? ​— Н-нет, профессор, — Валериан сглотнул, отворачиваясь и вжимаясь в скамью. Он сцепил руки в замок, чтобы скрыть крупную дрожь. ​«Бинго, внучка», — раздался довольный шепот Барнаби. Призрак высунулся из-под парты, потирая прозрачные ручки. — «Мы поймали птичку. Но, Эли... присмотрись-ка к нему повнимательнее. К его тени». ​Я нахмурилась и, воспользовавшись тем, что профессор Блэр отвернулась к доске, чуть-чуть ослабила действие блокирующего амулета на шее, позволяя некромантскому зрению на секунду взять верх. Мир утратил краски, став серо-белым. ​То, что я увидела, заставило меня содрогнуться. Тень Валериана Кросса не повторяла очертаний его фигуры. Она жила своей жизнью. Края тени извивались, напоминая щупальца, а от ее центра к спине адепта тянулась густая, пульсирующая черная нить — паразит. Теневая пиявка высшего порядка. Эта дрянь питалась его жизненной силой и, судя по всему, подчиняла его волю. ​Кросс не был гениальным вором. Он был марионеткой. Кто-то заразил его пиявкой и заставлял красть книги по демонологии, шантажируя или контролируя его разум. ​Я резко моргнула, возвращая обычное зрение, и инстинктивно подняла голову вверх, к профессорской ложе на балконе. ​Кассиан Блэквуд всё еще был там. Он стоял у перил, опираясь на них обеими руками, и смотрел прямо на меня. В его темных глазах не было ни насмешки, ни высокомерия. Только холодное, пронзительное понимание. Он видел мою реакцию. Он понял, что я что-то нашла. ​Я едва заметно кивнула ему. Его пальцы на перилах дрогнули в ответном микроскопическом жесте: «Жду в кабинете после занятий». ​— Эли, у тебя лицо такое, будто ты призрака увидела, — шепнула Тильда, толкнув меня локтем. ​— Хуже, — выдохнула я, доставая чистый пергамент. — Я увидела того, кто скоро им станет, если мы ничего не предпримем. ​Игра перестала быть просто сделкой за мое выживание в Академии. В стенах школы орудовал кукловод, использующий темную магию древнего толка, и если пиявка Валериана доберется до его источника магии, парень погибнет в страшных муках. А я, как некромантка, ненавидела, когда кто-то нарушал грань между жизнью и смертью без моего на то разрешения. ​Что ж, магистр Блэквуд просил вора? Он получит его. Но вместе с ним он получит такую проблему, которую даже Темному Лорду не расхлебать в одиночку.

Глава 15. Печать Ледяного Короля

Обратный путь по темным, выстуженным сквозняками коридорам ректората пролетел как в тумане, но на этот раз это был не туман страха или отчаяния. Внутри меня царило абсолютно незнакомое, кристально чистое умиротворение.

​Моя магия, которая еще вчера бурлила в венах раскаленной, неконтролируемой лавой, теперь текла ровно и мощно, словно полноводная река, закованная в надежные гранитные берега. Серебряный кокон, сотканный из ментальных нитей Элиаса, бережно, но крепко пеленал моего внутреннего зверя, позволяя мне впервые за долгое время дышать полной грудью, не боясь, что из горла вырвется звериный рык.

​Я бесшумно проскользнула в свою комнату. Марго даже не пошевелилась во сне. Скинув пропахший дымом и озоном плащ, я юркнула под холодное одеяло и мгновенно, без сновидений, провалилась в глубокий, восстанавливающий сон.

​Утро обрушилось на академию звоном колоколов и суетой предстоящего третьего экзамена. Я открыла глаза задолго до того, как Марго начала недовольно ворочаться и причитать о невыученных билетах по Истории Магии.

​Я потянулась на узкой кровати, прислушиваясь к своим ощущениям. Никакой ломоты в костях. Никакого зуда под кожей.

​«Спишь, пушистая?»— мысленно, с легкой улыбкой позвала я.

Рысь лишь лениво, сыто мурлыкнула сквозь сон, даже не подумав царапаться. Элиас не соврал. Он не подавил мою суть, как это делала я сама, он филигранно встроил ее в человеческую матрицу, замаскировав под обычный академический резерв.

​Спустившись на завтрак в Большой зал, мы с Марго едва успели занять свободные места за длинным дубовым