Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

Риш дёрнулся и выплыл из сна.

Судя по помершему сиянию, над Лесом занималось раннее утро. У костра разминался Леший, вставший во второй половине ночи на дежурство. Бог лежал рядом с Исешкой спиной к Ришу. Лирка спала рядом, уткнувшись лицом в бок Иррес. Риш запретил её будить на дежурство, и она безмятежно продрыхла до самого утра. Потом будет укоряюще смотреть на него и недовольно поджимать свои выразительные губы.

Риш легонько постучал себя кулаком по груди, пытаясь избавиться от тянущего ощущения. Кошмары его обычно не пугали, но этот сон очень уж не был похож на кошмар. Скорее на воспоминание.

Дара прорицать Риш за собой никогда не замечал. Точнее, изредка во снах к нему приходили странно реалистичные видения, и порой он позже сталкивался с ними уже в реальности. Хотелось думать, что это всего лишь кошмар, навеянный рассказом разума бога.

Подтянув одеяло на Лирке повыше, Риш встал и подошёл к Лешиему. Тот радостно улыбнулся. Исешка порозовел и выглядел куда лучше, так что настроение у его брата была самое прекрасное.

— Что-то странное или слишком обычное было? — спросил Риш, присаживаясь у костра и печально взирая на котёл. Горячего им не видать, пока до дракона не доберутся.

— Не-а, — Леший мотнул головой. — Ребята только сказали, что бог ходил туда-сюда, но ничего особенного не делал. Исешке на лоб мокрый лист положил, говорил, что у него жар, но, когда я проснулся, всё хорошо уже было. А так больше ничего, — и шёпотом спросил, косясь на спину бога: — Мы с ним что делать будем?

Риш в свою очередь через плечо посмотрел на Ирреса.

— Сегодня решим.

Лирка проснулась через четверть часа, и Ришу весьма польстило, что женщина сперва сонно ощупала место рядом с собой, а затем, испуганно встрепенувшись, распахнула глаза и, сев, резко осмотрелась. И успокоилась, увидев его.

— Потеряла, милая? — не удержался он от поддразнивания.

Женщина смущённо прикусила и без того покусанную губу и отвела взгляд. Мужчины тут же с улыбками посмотрели на неё, а Леший ещё и пошутил:

— Холодно стало? Я тебе всегда говорил, что мужик хотя бы для тепла нужен.

— Я сама горячая, — неловко отшутилась Лирка и поднялась.

— Чего вы тут? — Иррес сонно посмотрел на зубоскалов. — Опять Лирку задираете? Ноги вам пооткусываю.

— Такое настроение мне больше нравится, — оценил его настрой Риш.

— Ты тоже ешь плоть⁈ — бог-мальчик, который оказывается и не спал, с ужасом уставился на Ирреса.

— А то ты вчера её не ел, — вяло фыркнул дух. — Видел, как ты мясо дожёвываешь.

— Что ты дал мне⁈ — бог с ужасом посмотрел уже на Лешиего.

— А что не так? — стушевался тот. — Каша тоже с мясом была, а против неё вы ничего не имели.

— Он ничего, кроме травы, не ест, — Иррес поднялся и с хрустом потянулся. — Лирк, ты мне все рёбра отлежала. Я из-за тебя перевернуться не мог. Ложись в следующий раз на хвыбу. Он точно рад будет.

— Только траву? — изумился Леший. — Как же вы живёте? То-то он такой мелкий. Жрать нужно нормальную еду, чтобы быть большим и сильным.

— Но-но! — вскинулся Иррес. — Ты бессмертных по смертным не равняй! Я тоже, пока с Лиркой не встретился, живых тварей не ел. Из-за неё пристрастился.

— Ты был травоядным? — развеселился Риш.

— Я тебя сейчас сожру! — пообещал Иррес.

— Не надо никого есть! — перепугался бог.

Всхлипывающему богу вручили два сухаря, и отряд сел трапезничать. Успевший поесть Леший на пару с Вирьяром решил пройтись по округе, разведать обстановку. Вернулись они, когда привал уже был свёрнут, а Исешка в компании одного Вирьяра сидел под деревом.

— Лирка, смотри! — радостный Леший показал сестре подол рубахи, в котором лежал пяток круглых плодов багрового цвета. — Шишки твои любимые.

— Шишипы, — невольно поправила Лирка и дёрнулась к брату, но замерла под недовольным взглядом хайнеса.

— Что это за дрянь? — Риш с подозрением осмотрел плоды.

— Лирка эту дрянь обожает, — Леший перекатил три ещё влажных после мытья плода на колени богу-мальчику, а оставшуюся пару отдал Лирке. — Только смотреть, как она их ест, не стоит.

Женщина уже запустила зубы в хрусткий шишип и едва сдержала блаженный стон. Не смогла устоять. Невероятно вкусные шишипы на юге Хоётора попадали не очень часто, так что ей никогда не удавалось наесться ими всласть.

— Ты уверен, что это можно есть? — засомневался Риш, увидев, что отвернулся даже Иррес.

— Эта дрянь точно съедобная, — уверенно сказал Леший. — Пусть лучше она шишки эти съест, чем с голоду что-то другое в рот потянет. У вилария каждый раз борода шевелится, когда он видит, что она опять что-то жрёт в Лесу.

Плод оказался неожиданно сочным, и по подбородку Лирки потёк очень похожий на кровь сок. Будто она сырое мясо ела, только что выдранное из туши убитого зверя.

— Вкусный? — напряжённо поинтересовался Риш.

— Шахарный, — невнятно отозвалась Лирка. — Немного переспел.

И повернула плод надкусанной стороной к Ришу.

У того от неожиданности скрутило желудок, а брови брезгливо изогнулись.

Внутренность шишипа очень напоминала внутренности.

Риш даже сам не сразу смог объяснить свою реакцию. Всё же ему доводилось разделывать убитых на охоте зверей, да и сов его не брезговал живой пищей. Но то, что у фрукта были внутренности… почему-то это казалось мерзким.

Когда Лирка с удовольствием втянула в рот повисшее содержимое плода, Риш ощутил слабость в животе и всё же отвернулся.

— Кажется, моя рана ещё не до конца зажила, — с досадой признался он, потирая рубец.

— У меня каждый раз новая рана открывается, когда она эту гадость есть, — с усмешкой поделился Леший.

Исешку оставили в компании брата, Вирьяра и ещё одного охранителя. Бога Лирка опять привязал к себе, чтобы самой присмотреть за ним, да и вдруг он храме что-то вспомнит и покажет.

Внизу ничего не изменилось. Только пискнула какая-то зверушка, но она затерялась среди корней быстрее, чем её успели рассмотреть.

— Он будет молчать? — мальчик-бог напряжённо осматривался и стискивал пальцами штаны одного из охранителей. Лирка хотела взять его за руку, но бог отшатнулся от неё и вцепился в растерянного мужчину.

— Оставь, — сказал ей Риш. — Мои оборотни привыкли к детям. Рядом со мной постоянно братья и сёстры. Справится. Так, ты остаёшься здесь. Ну и ты тоже, — это уже охранителю, за которого цеплялся мальчишка. — Кричите при любой опасности.

— Тут опасно? — встрепенулся бог.

— Будет страшно — ори, — Риш быстро смекнул, кому доверить это