Школа. Никому не говори. Том 3 - Руфия Липа

Тихоня, подойдя поближе к окну, наблюдала, как брюнетка, выслушав что-то приветливое от Дениса, весело рассмеялась, запрокинув назад свою голову с пышной копной волос. Из BMW вышел молодой парнишка в стильной кожаной куртке, чтобы попрощаться. От Поспеловой даже на расстоянии не скрылось мелькавшее на лице ухажёра желание угодить, понравиться жгучей красавице.

Сэро с компотом пулей нырнул в коридор, а гостья вспомнила, что видела Руслану ранее, будучи в седьмом классе. Сложно было тогда не заметить тихой, пугливой, стеснительной Любе на просторах седьмой школы эту яркую, эффектную, жизнерадостную старшеклассницу, невольно привлекавшую внимание своим поведением и самоуверенностью. Сколько девочка могла вспомнить те времена, Ибрагимова всегда была в центре шумной модной компании.

«Точно! Возле неё вечно какой-нибудь заметный парень крутился!» – обомлела она и занервничала. Столкновение здесь, в доме близнецов, с популярной в местных молодёжных кругах девицей не сулили Любе ничего приятного. Тихоня давно выучила обидный урок от жизни: у заводных, стильных, компанейских смазливых тусовщиц типа Илютиной и Близнюк она вызывала приступы глубокого гадливого отвращения, сопровождавшиеся тягой оттолкнуть её подальше, словно зловонный шматок протухшего мяса, не забывая при этом грубо высказать или показать своё «фи!». Подросток почувствовала накативший приступ страха. Она стала одинокой в чужом доме, до этого казавшегося гостеприимным, понимая, что Руслана здесь своя, среди родных и друзей. А она, Поспелова Люба, чужая.

В веранду из коридора вслед за Сэро выскочили Имир да Илья. Люба молниеносно спряталась за их спинами и постаралась слиться с интерьером.

– О-о-о-о, ни фига себе, какая честь! Чуваки столпились, чтобы нас встретить? – расхохотался Коробкин, распахнув дверь и пропустив вперёд Руслану. – Не понял, а где фанфары и каравай с солью?!

– Губа пополам треснет! – съехидничал Сэро, целуя сестру и пожимая руку другу. – Вкусняшек привезли, гости дорогие? Нет?.. А подарочки хозяевам дома? Тоже нет?.. А ну катитесь нахрен отсюда и с пустыми руками больше не возвращайтесь!.. Где мои пирожные, сестрица? Где мои печеньки и тортики? Ты куда приехала, блин, я не понял?!.. Тебя, Ден, вообще-то сломанный пылесос ждёт не дождётся! Полюбовно договоритесь с железякой, думаю!

С улицы в тёплую веранду рванул поток свежего сырого воздуха. Люба сделала ещё шаг назад, укрывшись за распахнутой коридорной дверью.

– Братик, если много да вкусно жрать будешь, забудешь, когда тебя девки в последний раз любили! – кинула ответку Руслана, целуя второго близнеца. – А я о твоём потенциале забочусь!.. Имирчик, чего расслабился?! Стоишь, глазками моргаешь! Давай-ка, тащи цветочки ко мне в комнату! И в вазу воды налить не забудь! Сумку заодно туда отнеси!

– Прикатила командирша! – добродушно фыркнул отличник, когда сестра бесцеремонно впарила ему в руки пышную охапку красных роз. – Сэро, смотри: розы свежие, бутоны крупные! Сегодня ванну с лепестками принимаем.

– Да пошли к чёрту оба! – расхохоталась девушка, здороваясь в щёчку с Ильёй. – Я потом вашу боксёрскую грушу и штангу в розовый цвет разукрашу! Родители дома?

– Нет, – ответил Имир. – Руслана, знакомься, это Люба. Поспелова.

Толпа развернулась и расступилась. Школьница, почувствовав, как кровь отлила от щёк, а сердце бухнулось в пятки, вышла из-за двери и с мучительной тревогой подняла взгляд на старшую сестру.

– Да ну, серьёзно?! – удивилась цыганка, оглядывая с ног до головы скромную гостью. – Наконец-то я с тобой познакомилась, дорогуша! Теперь буду в лицо знать девчонку, что бездельнику Сэро ужастики читать впарила! Привет-привет!

Ибрагимова дружелюбно распахнула объятья и заключила в них Любу, обдав её вкусным шлейфом дорогих духов. Выглядывая из-за спины Русланы, Поспелова улыбнулась подмигнувшему Коробкину. Денис смутился и, вздрогнув, засунул руки в карманы джинс.

Руслана походила на близнецов и не походила одновременно. Лицо круглое, скулы и подбородок не такие острые и чётко очерченные, как у младших братьев. Смуглая кожа, чёрные густые волосы не вились крупными кудрями, но были уложены на концах плойкой в локоны. Круглые синие глаза, как у Лалы. В ушах – огромные золотые кольца-серьги: писк моды среди местных кокеток. Девушка сняла длинную чёрную блестящую кожаную куртку с пышными меховыми воротником и манжетами да без раздумий подала Илье, чтобы повесил на крючок (что парень быстро, услужливо выполнил), затем расстегнула молнии на ботфортах с тонкими металлическими каблуками-шпильками сантиметров в двенадцать.

– Кто тебя привёз, красивая? – несмело полюбопытствовал заинтересованный Илья.

– А-а-а-а, это Максим! Сынок хозяина того торгового трёхэтажного центра, что возле парка аттракционов! Я ему обещала вместе погулять, но потом передумала! Сказала, что домой хочу. Вот он меня из города и привёз, – ответила брюнетка таким тоном, что сразу стало понятно: обращаться так с поклонниками для неё было проще простого.

Разглядывая старшую Ибрагимову, Люба поняла, что завидует ровеснице до боли в мышцах. Ей бы никогда мама не разрешила так наряжаться и тем более себя вести похожим образом. Да и, приученная с рождения к скромности и покорности, Поспелова уже бы не разрешила ничего себе сама. Руслана же себя любила больше всего и всех на свете: трикотажное эластичное мини-платье обтягивало стройное девичье тело, демонстрируя все его изгибы, вырез щеголял грудью, шею украшал блестящий кулон-камушек на короткой золотой цепочке, яркая фиолетовая помада-блеск, полноценный макияж. Ничего из своих внешних достоинств студентка не скрывала от посторонних глаз. Наоборот, выставляла напоказ, гордясь красотой и молодостью.

А ещё Люба с облегчением и радостью поняла, что своенравная брюнетка не походит своим отношением к ней ни на одну другую знакомую пижонку: Руслана с первого взгляда дала понять Поспеловой, что рада знакомству и относится к ней по-хорошему.

Сначала все попёрлись чесать языками на кухню, но Имир шустро всех выгнал, чтобы накрыть стол в одиночестве и тишине. Тогда компания пошла в пристройку, и, пока Коробкин, сидя на табуретке, ковырялся в разобранном на части пылесосе, Сэро, Оглы и Руслана топтались вокруг, болтали, шутили да сплетничали. Люба, ещё не расслабившись в новой обстановке, молча слушала и улыбалась, боясь вставить лишнее слово. Она насмешливо поглядывала на Илью, с удовольствием подмечая, как закадычный приятель повесы, обычно презрительно-глумливый да снисходительно-надменный, теряясь и робея, пытается вести себя естественно да одновременно старается привлечь внимание.

– Чулки у тебя прикольные! – ввернул аккуратный комплимент цыган.

– Это не чулки, дурачок! Ты что, Илья?! Это колготки! Зачётные, да? Их только с мини и носить, иначе кто такую роскошь увидит! Вот, смотри – капрон выше фальшивого узора кромки чулок поднимается! – студентка, повернувшись, потянула вверх короткий обтягивающий подол трикотажного платья, явив компашке немного своих ягодиц да кружевные края чёрных трусиков.

Оглы покраснел, стал усиленно разглядывать стену. Руслана оглушительно расхохоталась, и вместе с ней от души посмеялся