Школа. Никому не говори. Том 3 - Руфия Липа

– Лепёшки хочу приготовить. На Кавказе пекут. Чуду называются. Слышала? – брюнет положил в чашку кофе и сахар, налил из чайника кипяток, после добавив молока.

– Нет. – Гостья приняла из рук парня напиток. – Впервые вижу пацана, который сам готовит!

– Почему?.. Сэро готовит тоже, и Денис, например. Что в этом для тебя такого удивительного?

– Не знаю. В моей семье так не принято. С детства воспитывали, что готовка – женское дело. Якобы закон жизни!

– Ну, как видишь, со мной этот «закон жизни» не работает. Я люблю хозяйничать на кухне, и никто у меня этого права не отбирает. – Ибрагимов обаятельно улыбнулся, опять вогнав её в краску.

Тихоня сообразила, почему, находясь с Имиром один на один, донельзя смущается, хотя раньше подобным не страдала. Дело в том, что она впервые увидела, как отличник, всегда державшийся на людях свысока, холодно и серьёзно, открыто улыбается. Улыбается игриво, соблазнительно, с наглым задором и озорным блеском в глазах, а лицо его при этом принимает лукавое выражение, отдающее чем-то дьявольским. Люба не догадывалась, что внутри юноши примерного поведения таится настолько невероятная начинка. «Если бы Имир показывал эту сторону другим, например, в школе, то на одного коварного ловеласа в коридорах стало бы больше», – подвела итог десятиклассница, отпив из кружки напиток.

– Бутер бери, не стесняйся! – напомнил ей брюнет.

Гостья подошла к широкому обеденному столу, покрытому чуть затёршейся клеёнкой в цветочек, и увидела в окне под навесом пацанов. Илья о чём-то втирал приятелю, пока тот с увлечением бил по самодельной боксёрской груше, подвешенной на цепь к одной из балок. Сэро, заметив Любу, таращившуюся на него из окошка, дурачась показал ей язык и разнузданно засмеялся. Тихоня, запихивая в рот хлеб с колбасой да сыром, шустро отвернулась от окна.

Имир залез на табурет, чтобы достать с верхних полок широкое расписное блюдо. Футболка приподнялась, оголив его смуглый живот. Отличник, спустившись, заметил смешавшуюся Любу.

– Что случилось?

– Ничего страшного! – поспешно ответила девочка, а затем не удержалась: – Откуда у тебя рана на теле? Извини, что спрашиваю, просто заметила!

– А, это! – Имир приподнял футболку, оголив левый бок. – В шестом классе обжёгся случайно.

– Можно я посмотрю?

– Смотри.

Шрам был шириной сантиметров в десять. Розовая кожа вперемешку с белыми пятнами была словно натянута на поверхности зажившей раны тонкой плёнкой. Она то бугрилась шишками и мелкими стежками, то образовывала впадины разного диаметра, похожие на лунные кратеры. Контраст уродливого рубца со здоровой бархатной смуглой кожей завораживал и пугал одновременно.

– Он, наверно, большой?

– Да, большой, – спокойно согласился Имир, словно не переживал, что любопытная ровесница разглядывает его недостаток как заморскую диковинку. – Он тянется от середины голени до ключицы.

– Как тебя так угораздило? – посочувствовала школьница.

– С горючим не подружился. Пришлось кожу пересаживать. Вот, видишь? – парень протянул свою левую руку. – Сюда тоже попали брызги. Зарубцевались ямками.

Небольшая россыпь круглых впалых шрамов разного диаметра расплескалась на коже руки.

– Мне жаль, Имир!

– Чего жаль?

– Тебя жаль. И что я раньше не замечала!

– Не замечала, потому что я редко в одежде с короткими рукавами хожу. Только летом. И жалеть меня не надо, Люба! Я в этом не нуждаюсь. Меня это бесит. Давным-давно привык и не парюсь…

– Чего делаете?! – вломился на кухню Сэро, не дав брату завершить речь. – Конфетка, нечего тут торчать! Пошли телек посмотрим! Ты дом ей показал? Нет? Супер! Пошли, сестрица, по моей хате погуляем! Коробкина, блин, не хватает!

– Я ему уже позвонил! – откликнулся Имир, опуская к запястью рукав. – Он как раз дома сидел. Приедет второй пылесос починить, заодно к столу поспеет! Ден знает, что Люба у нас.

«Даже не сомневался, что ты ради эксперимента его оповестишь!» – хмыкнув, подумал Сэро, схватил Любу за руку и вытащил в коридор.

На первом этаже располагались комнаты Русланки, близнецов и Соны с Розой, зал, кухня. На втором – покои родителей и комната Ярошика с общей дверью в перегородке, детская. Родительские покои Сэро показал мельком, сохранив приватность жизни старших. В детской, комнатах Яроша и младших сестёр царил хаос из игрушек, работал задним фоном телек, показывая «Ну, погоди!». Младшие лишь слегка отвлеклись, чтобы сказать «Здрасьте» и принялись дальше воспитывать кукол.

«Руслана, в отличие от братьев, не парится насчёт порядка», – заметила Люба, глядя на шмотки, небрежно разбросанные по комнате старшей сестры. Косметика на трельяже валялась как вздумается. На приоткрытой дверце шкафа неопрятно повисли несколько платьев и бюстгальтер.

– Сеструха здесь тусуется редкими налётами. Бывает, приезжает на выходные, а бывает, нет. Иногда остаётся в городе, чтобы повыпендриваться на тамошних дискачах. Не угадаешь, когда в родные хоромы заявится! Она никогда не отчитывается, а родители не лезут. В пещеру её, тоже, как видишь, никто со своим уставом не ломится. Захочет, сама приберёт. Хотя навряд ли!

– Захочет или приберёт?

– И то и другое! – рассмеялся повеса.

К дому дополнительно была добавлена пристройка, дверь в неё вела прямо из общего коридора. В пристройке организовали кладовую, котельную, ванную комнату, туалет и прачечную с тремя стиральными машинками.

– Зачем вам столько стиралок?

– В смысле, зачем? – не вкурил Сэро. – Нас в доме восемь рож вместе с предками! С Ароном бы девять было. Одной стиралки мало!

– Тяжело вашей маме столько стирать!

– Она следит за своими вещами и малых. Русланка да мы с Имиром свои манатки обслуживаем давно уже сами. Папа тоже сам себя обстирывает.

– И гладите тоже сами?! И убираетесь?! – шокировалась Люба.

– А что тут такого?! Руки не из жопы выросли, слава партии! Имир так с детства бесится, если его шмотьё потрогать! Чистоплюй редкостный! Я иногда в шутку у мамы спрашивал раньше, не подкинули ли нам его. Глупый вопрос, конечно! Уж больно наши ряхи совпадают! Хорошо, что предупредил тебя насчёт его кровати, а то братец бы всю плешь тебе проел своим брюзжанием!

Люба решила это не комментировать.

– Всегда в детстве мечтала побывать в доме бабы Ганны! – сменила она тему. – Теперь знаю, как он выглядит изнутри.

– Нам, когда заехали, пришлось многое отремонтировать. Хата здорово сыпаться начала! Особо не вкладывались, как видишь, но некоторый уют имеется, – делился ровесник, пройдя в веранду за трёхлитровой банкой смородинового компота.

– Нет, что ты! У вас здорово! – восхитилась Люба.

Сэро не ответил, уставившись в окно. К забору подъехали одновременно мотоцикл и дорогая иномарка. Денис открыл калитку, закатил своего железного коня во двор, а потом помог выйти из машины девушке с пышным букетом роз, взяв у неё дорожную сумку.

– Оу! – выпалил повеса. – Руслана прикатила! Не передумала