Печать безумных. Пророчество - Екатерина Ивановна Гичко

Но я хотел бы попросить кое-кого остаться для обсуждения хода предсудебного расследования и соблюдения всех протокольных необходимостей. Консер, попрошу вас составить нам компанию.

Нарий, не сдерживаясь, широко улыбнулся и знаком поторопил родственников, чтобы не засиживались и не мешали предстоящей, наверняка увлекательной беседе.

Проходя мимо затюканного адвокатишки, Ёрих хлопнул того по плечу и добродушно ухмыльнулся.

— Поздравляю с выигранным делом!

Высыпавшись из здания суда на площадь, Шхаелые сбились в кучу, возбуждённо обсуждая сам процесс и дёргая Викана по поводу сбежавших Дориния и хоёторцев. Одна проблема решена, самое время позаботиться о другой. Лирка стояла немного в стороне, присматривая лишь за Ханёном, чтобы он был в окружении мужчин. Тревога пока не хотела затихать, и она видела опасность для сына повсюду.

Движение сбоку она заметила краем глаза. Разозлённая консери Ахиша, оставив компаньонку у экипажа, направлялась к ней. Лирка неспешно повернулась и пошла навстречу, не желая, чтобы их разговор слышали другие.

— Шлюха! — как пощёчину бросила Ахиша. — Прикрылась Весхалием, чтобы нагулянный плод в законном браке родить?

Лирка и бровью не повела на наглые обвинения. Собственно, их нельзя было назвать ложными. Но говорить об этом Ахише, тешить её, Лирка не собиралась. Между ней и Весхалием не было обмана, и она всегда будет благодарна ему за ту помощь, которую он ей дал. Не имея ничего, он всё же помог ей. Более великодушного оборотня Лирке встречать не доводилось, и она не собиралась позволять трепать его имя его никчёмной матери.

— А может, это потому, что консер не отец Весхалия? — спокойно спросила Лирка.

На мгновение Ахиша замерла, потом криво усмехнулась и рассмеялась.

— Не думай, что слова Весхалия дают тебе какую-то власть надо мной.

«Серьёзно? — изумился Иррес. — И Весхалий знал?»

Лирка продолжала спокойно смотреть на нервное и злое лицо консери, хотя её слова вызвали внутри бурю.

— Это был не мой выбор. И проверка по крови в любом случае должна была показать родство между моим мужем и твоим сыном, — Ахиша прищурилась, и Лирка смешалась, не понимая, что та могла иметь в виду.

Господин Наэш сообразил быстрее всех.

«Консер мог не быть отцом Весхалия, но они могли быть родственниками. В этом случае ритуал должен был выявить родство между консером и Ханёном. Ну… если бы оно было».

«А от кого? — недоумевал Иррес. — От того жирного? Да эта цаца его к себе и на пару шагов не подпустит».

— Тогда зачем он подменил свою кровь чужой? — ровно поинтересовалась Лирка.

Ей удалось вызвать испуг на лице консери.

— Конечно же, её заменили.

— Вы пошли на подлог⁈ — разъярилась Ахиша и сделала шаг к Лирке, но та шагнула навстречу и прошипела ей в лицо:

— Консер сделал подлог, и тому нашёлся высокопоставленный свидетель, с которым у него сейчас наверняка проходит очень неприятный разговор.

Ахиша сглотнула, побелела и отшатнулась.

«Зря ты так сказала, — не одобрил Иррес. — У неё теперь останется надежда, что Ханён сын Весхалия».

И пусть. Он и есть сын Весхалия, хоть и не по крови. Развернувшись, Лирка сделала шаг прочь, но остановилась, когда в спину долетел страстный, полный мольбы шёпот:

— Ты должна меня понять! В конце концов ты тоже женщина, ты должна понимать, как это мерзко — ради рождения наследника крови идти… идти к пьяной свинье, чтобы получить желаемое.

Лирка повернулась так резко, что Ахиша испуганно отшатнулась. Её откровение шокировало магичку.

— Не думай, что я делюсь сокровенным, — консери криво улыбнулась. — Весхалий же сказал тебе, кто его… — она не договорила, но с ненавистью посмотрела в сторону.

Проследив за её взглядом, Лирка увидела кузена консера, который кое-как заваливался в экипаж.

— Но Весхалий не знает, как это было, через что я прошла ради него. Мой муж не способен… — она опять не договорила. — И он всегда это знал. Он потребовал… ему нужен кровный наследник. А тот, — консери брезгливо сморщилась, — всегда пьян. Он и не понял, что произошло. Только мне пришлось терпеть.

Лирку будто в дерьмо окунули. Весхалий ей никогда не рассказывал об этом, и она не могла его судить.

— Если… если наследника не будет, мне опять придётся на это пойти, — женщина вцепилась тонкими пальчиками в дорогую ткань платья, глаза наполнились злыми и горькими слезами.

И, возможно, Лирке стало бы её жаль, если бы консери не поступила так жестоко со своим сыном, который оказался единственной настоящей жертвой в этой мерзкой трагедии.

— У тебя есть выбор, — сухо бросила она. — Ты можешь оставить мужа и вынырнуть из этого болота.

— Нет, ты всё-таки не совсем женщина и меня не понимаешь, — горько усмехнулась Ахиша.

— Как раз женщина во мне не может понять тебя. Ради чего ты это делаешь?

— О, как я могла забыть? — сквозь горечь прорезалась насмешка. — Ты же другого круга, ты не понимаешь, что такое ответственность перед величием семьи, перед преемственностью…

— А ради чего это величие и преемственность, если семьи как таковой нет? — перебила её Лирка. — У вас не семья, консери, — уважительное обращение прозвучало издевательски, — а только имя от семьи. Хотите стараться ради имени, набора букв? Старайтесь. Но моего сына не втравливайте.

И пошла прочь.

— Ты глупая девчонка! — закричала ей вслед Ахиша. — Ты даже не хочешь понять, чего лишаешь…

— Я тебя предупредила, — тяжело бросила Лирка. — Тронешь моего сына, и у тебя не останется даже имени от семьи.

— Эй, дана Лиркаа, чего вы там застряли? — весело позвал её Викан.

Какой-то смутно знакомый мужичок, с угрюмым видом проходящий мимо, вздрогнул и с изумлением уставился на Лирку. Та посмотрела в ответ, но так и не вспомнила, где видела его.

— В сторону!

К ней вдруг бросился совершенно незнакомый оборотень. Лирка отшатнулась от него, а затем рявкнул чуткий на слух Иррес:

«Левее!»

Лирка бросилась влево, оборотень в этот же момент скакнул к ней, выбрасывая вперёд руки, словно толкнуть её хотел, и его тело дёрнулось, словив блестящую вспышку арбалетного болта.

Жизнь тут же закрутилась и забурлила.

— Это охрана! — завопил Викан бросившимся к упавшему оборотню Исешке и Сендару. Те как раз вытаскивали ножи и явно хотели прикончить принятого за врага мужчину.

«Крыша!» — подсказал Иррес осматривающейся Лирке.

Та уловила блеск арбалетной дуги и скакнула в сторону сразу, как щелкнула спущенная тетива, но столкнулась с застывшей в оцепенении консери. Плечо пронзила острая боль, и Лирка вместе с женщиной рухнула на мостовую.

— Мама! — отчаянно завопил Ханён, которого прятали за своими спинами Вехна, Онт и Мхян.

Подскочившие Нарий и Ёрих подхватили застонавшую Лирку под локти