Тени прошлого - Джорджетт Хейер

На следующий день герцог отвез свою воспитанницу в поместье Эвон-Корт вместе с мадам Фильд, довольно милой, но бесцветной женщиной, к которой Леони тут же прониклась пренебрежением. Джастин быстро оценил ее отношение к своей дуэнье и, когда они прибыли в поместье, отвел Леони в сторону.

– Какой чудесный дом! – восторженно воскликнула Леони. – Мне здесь нравится.

– Счастлив это слышать, – иронически ответствовал герцог.

Леони вертела головой, разглядывая холл – отделанные дубом стены, стулья с резными спинками, картины, гобелены, идущую поверху галерею.

– Пожалуй, немного мрачновато. А это что за джентльмен? – спросила она, остановившись перед фигурой рыцаря в доспехах и шлеме и внимательно ее разглядывая.

– Это вовсе не джентльмен, малыш. Это рыцарские доспехи одного из моих предков.

– В самом деле? – Она отошла к основанию лестницы и воззрилась на висящий там старинный портрет. – А эта глупая женщина тоже из ваших предков?

– Это – знаменитая женщина, дорогая.

– У нее дурацкая улыбка. А чем она знаменита?

– В основном своей ветреностью. Кстати, ты мне напомнила: я хотел с тобой поговорить.

– О чем, монсеньор? – Леони разглядывала щит, висевший над камином. – Это ведь по-французски?

– Ты удивительно догадлива. Я хочу поговорить с тобой о своей кузине мадам Фильд.

Леони с гримаской поглядела на него через плечо.

– Можно сказать, что я о ней думаю, монсеньор?

– Мне можно.

Он сел на большой резной стол, покачивая лорнетом.

– Она ужасная дура, монсеньор.

– Несомненно. И поэтому, малыш, ты не только должна мириться с ее глупостью, но и стараться ее не огорчать.

Леони посмотрела на него с сомнением.

– Это обязательно, монсеньор?

Джастин посмотрел на нее и заметил в глазах знакомого бесенка.

– Да, потому что я этого желаю, дитя мое.

Леони сморщила носик.

– Ну ладно, так и быть.

– Вот и хорошо. Значит, ты обещаешь?

– Нет, пообещать я не могу. Я постараюсь. – Она подошла к герцогу. – Монсеньор, вы очень добры. Спасибо вам за то, что вы привезли меня в это красивое место и обращаетесь со мной так, будто я вовсе не сестра какого-то трактирщика.

Джастин криво улыбнулся.

– Ты считаешь меня совершенством и не видишь во мне никаких недостатков, да, девочка?

– Ну, почему же? – откровенно возразила она. – Я считаю, что вы добры только ко мне. С другими женщинами вы можете быть жестоким. Обо всем этом я достаточно наслышана, монсеньор.

– И все-таки ты согласна оставаться со мной?

– Ну разумеется! – с удивлением воскликнула она.

– Ты очень доверчива, – заметил герцог.

– Разумеется, – повторила Леони.

– Со мной раньше такого не случалось, – признался Эвон, разглядывая перстни у себя на руках. – Интересно, что сказал бы Хью.

– Он бы скривился и покачал головой. Мне кажется, что иногда он бывает туповат.

Герцог засмеялся и положил руку ей на плечо.

– Мне и в голову не приходило, что я обзаведусь воспитанницей, с которой у меня будет такое родство душ. Но постарайся не шокировать мадам Фильд.

– А вам я могу говорить все, что приходит в голову?

– Ты так всегда и делаешь.

– Вы будете здесь с нами жить?

– Некоторое время поживу. Мне надо заняться твоим образованием. Есть такие вещи, которым лучше всего могу научить тебя я.

– Какие, например?

– Ездить верхом.

– На лошади? В самом деле?

– Тебе нравится эта мысль?

– Да! Конечно, нравится! А вы научите меня фехтовать?

– Это занятие – не для дам, дорогая.

– Но я не хочу все время быть дамой, монсеньор! Если вы научите меня обращаться со шпагой, я постараюсь научиться и прочим глупостям.

Он, улыбаясь, посмотрел на нее.

– По-моему, ты затеяла со мной торг. А если я не научу тебя фехтовать – что тогда?

На щеках Леони появились ямочки.

– Боюсь, что тогда я никогда не научусь делать реверансы. О, монсеньор, обещайте научить меня фехтовать. Ну обещайте же поскорей! Вон идет мадам Фильд.

– Я вижу, что ты не отстанешь. Хорошо, – с поклоном сказал герцог. – Я научу тебя фехтовать, бесенок.

Мадам Фильд, войдя в залу, увидела, как ее подопечная приплясывает на месте, и укоризненно покачала головой.

Глава 13

Леони получает образование

Герцог прожил в поместье месяц, и под его руководством Леони старательно усваивала манеры настоящей леди. К счастью, представление Эвона о том, что требуется от настоящей леди, радикально отличалось от представления мадам Фильд. Он вовсе не настаивал на том, чтобы его воспитанница занималась вышиванием. И это было очень удачно, поскольку Леони после первой же попытки взять в руку иголку заявила, что ни за что на свете не станет заниматься этой скукотищей. Мадам Фильд впала в некоторое расстройство по поводу этого пробела в воспитании Леони, которая явно предпочитала вышиванию уроки фехтования. Но у мадам Фильд был покладистый характер, и она лишь нервно выговаривала своей подопечной и не принимала никаких более действенных мер. К тому же она ужасно боялась своего кузена, и, хотя по рождению она принадлежала к именитой семье Элистеров, сама себя она воспринимала как существо, стоящее значительно ниже на общественной лестнице. Она была вполне счастлива со своим мужем, дворянином незнатным и любителем сельского хозяйства, но знала, что ее родные считали ее брак мезальянсом. Пока муж был жив, это ее мало волновало, но теперь, когда она вернулась в привычное ей с детства окружение, она остро ощутила, какой необратимый шаг совершила в своей глупой молодости. Она боялась Эвона, но ей нравилось жить у него в доме. Когда она глядела на выцветшие гобелены и гладкие зеленые газоны, на бесчисленные портреты предков и перекрещенные мечи над главным входом, она вспоминала славное прошлое Элистеров и в ее душе шевелилась забытая гордость.

Леони обожала Эвон-Корт и без конца расспрашивала герцога об его истории. Гуляя с Джастином по парку, она узнала, как Хуго Элистер, прибывший в Англию вместе с Вильгельмом Завоевателем, поселился на этом месте, построив прекрасный дом, который был разрушен в бурное время короля Стефана; как дом был заново отстроен сэром Родериком Элистером, который получил титул барона; как первый граф Элистер, которому этот титул пожаловала королева Мария, снес старое здание и построил тот дом, в котором теперь жила Леони. Она также узнала про пушечный обстрел, которому войска узурпатора Кромвеля подвергли дом при графе Генри, который сохранил верность королю, за что после Реставрации был пожалован титулом герцога. Эвон показал Леони меч последнего герцога, который тот во время трагического восстания в 1715 году поднял на защиту короля Якова III, и рассказал ей кое-что о своих собственных похождениях десятилетней давности, связанных с принцем Карлом Стюартом. Джастин