Кайкейи - Вайшнави Патель

– Я согласна. – Мне пришлось сдерживаться, чтобы голос звучал ровно. Едва ли муж одобрил бы мой ликующий крик. – Да. Я с радостью буду рядом с тобой.

Как только я произнесла эти слова, нить между нами превратилась в металлическую цепь, и улыбка, появившаяся на моем лице, была совершенно искренней.

В следующие вечера Ашвасен заставлял меня проходить испытания, привлекая к этому других воинов на лошадях, чтобы я могла освоить боевой строй. Все воины настолько уважали Дашаратха, что если и были удивлены решением своего раджи, то не показывали вида и не задавали вопросов. Они выполняли свои задачи дисциплинированно и неукоснительно. Несмотря на изнурительные тренировки, в назначенный день битвы я проснулась раньше Дашаратха – даже Аша не успела еще поднять заслонку своего шатра. Ей удалось раздобыть где-то мужские брюки и доспехи, и в последние два дня мы в лихорадочной спешке подгоняли их по моей фигуре.

Я надела их и просияла. Наконец-то можно двигаться без помех!

Когда обратилась к Аше с этой просьбой, я опасалась, как бы наша связь не оборвалась из-за моего неподобающего поведения. Но она, напротив, стала еще крепче.

– Ты превосходно выглядишь, госпожа, – сказала она. – Тебе к лицу.

– К лицу? – переспросила я. Всего неделю назад нечто подобное говорила Сумитра. Неужели и Аша тоже насмехается надо мной? Не переоценила ли я ее?

Но, взглянув на Плоскость Связи, не обнаружила никаких признаков обманчивой размытости, которую уже успела разглядеть в некоторых нитях.

– Я только хотела сказать, что ты умеешь такое носить. А не то, что тебе подходит мужская одежда. Прошу прощения. Ты в любой одежде выглядишь прекрасно.

И голос, и лицо Аши казались совершенно искренними.

– Ты проделала великолепную работу за такое короткое время, – сказала я в качестве извинения. – Может быть, когда мы вернемся в Айодхью, ты сошьешь мне такой же костюм из какой-нибудь более женственной ткани? Это будет моя одежда для верховой езды.

– Ты хочешь носить брюки в городе? – Аша оглядела меня с ног до головы, и я постаралась не выдать никаких признаков смущения.

– Я хочу такие брюки, которые для других выглядели бы как обычная женская одежда. Если ты справишься с такой задачей.

У Аши не хватало переднего зуба, и она не боялась показывать это в улыбке.

– Хорошо, госпожа. Возвращайся из этой битвы живой, и я сошью тебе брюки.

– Самбарасура – просто мелкий вождь, – усмехнулась я. – Я его не боюсь.

На самом деле Самбарасура был не таким уж ничтожным. Все же он создал свое маленькое царство, а это требовало как минимум силы воли и беспощадности. Но я не могла позволить себе бояться.

Аша покачала головой.

– Не стоит недооценивать его, госпожа. Я слышала, что он грозный воин. – Она склонила голову. – Великий Вишну, пожалуйста, защити рани Кайкейи, раджу Дашаратха и армию Косалы. Пусть праведные и достойные победят.

Я смотрела на ее склоненную голову. Может быть, молитвы, произнесенные за меня, канут в пустоту так же, как и те, что повторяла я сама? Откуда мне знать, если до сих пор меня упоминала в своих молитвах одна Мантхара? И все же я была благодарна Аше за эти слова.

Я слышала, что боги войны издавна благоволили Косале, посылая им победу за победой, что и обеспечило этому царству статус крупнейшего в наших землях. Не может же мое присутствие это изменить. Я на это надеялась.

Солнце еще не взошло, но в лагере уже вовсю кипела жизнь. Я направилась туда, где ждал меня конюх. Поговорила с каждой лошадью по очереди, поглаживая их гривы. То, что я находилась рядом с ними, и руки у меня были заняты чем-то полезным, успокаивало расшатанные нервы.

Я сама запрягла упряжку Дашаратха, проверила каждую деталь колесницы.

А потом стала смотреть на кровавый восход в ожидании начала битвы.

Глава 10

Вид боя ошеломил меня.

Лошади были подготовлены к военному ремеслу, а вот я, как оказалось, нет. Как только лучники начали стрелять, всякое подобие самообладания меня покинуло. Стройные ряды людей смешались в полном беспорядке, и это ударило по нервам. Крики умирающих, запах крови – от всего этого сводило живот, и руки опасно слабели. Сразу забылись и уроки с Юдхаджитом, и тренировки с Ашвасеном. Я дышала через рот, пытаясь набрать в легкие воздуха для успокоения, но моим телом уже овладела паника. Лошади замедлили ход, превратив нас в мишень. Я видела, как несколько человек повернулись к нам с копьями наготове. И тут страх наконец пробился сквозь пелену тумана, и в голове у меня немного прояснилось.

Я погнала колесницу вперед, дрожащими руками направляя лошадей по дуге. Дашаратх перегнулся через край колесницы, и мощные удары его кханды рассекли троих людей Самбарасуры.

– Отлично, Кайкейи! – крикнул он мне. Я хотела было ответить, но поле боя вокруг стремительно закручивалось в клубок, который мне никак не удавалось распутать. Длинная желтая трава превращалась в матово-красное месиво под падающими телами, а пыль, поднимаясь вверх, окутывала пеших воинов серой пеленой. Становилось невозможно различить наш строй, не говоря уже о том, чтобы разобраться, кто берет верх.

Сверкнуло летящее в мою сторону копье. Я в панике дернула поводья, и Дашарат вскрикнул от неожиданности у меня за спиной. Ледяной страх разлился по моим жилам, руки затряслись, шум битвы и звуки смерти сделались совершенно невыносимыми. Я виляла из стороны в сторону, отчаянно пытаясь отвести от себя гибель, и едва не наехала колесницей на группу наших же солдат. Стрела пролетела мимо лошадей, и, хотя те были хорошо обучены, передняя взвилась на дыбы. Я натянула поводья так, что колесница почти остановилась, и тут в воздухе свистнула еще одна стрела, пронзившая мой рукав. Я едва почувствовала укол, потому что уже снова гнала вперед, стараясь не терять головы.

Дашаратх, в свою очередь, не выкрикивал гневных указаний, но я чувствовала спиной, как от него веет разочарованием. Он метнул еще одно копье, но я в последний момент вильнула, и мы оба увидели, как оно полетело мимо.

– Прости! – крикнула я, понимая, что это совсем не то, что нужно. Слова сейчас были бессмысленны, ему требовались действия. Я обшаривала глазами поле боя, пытаясь разглядеть, где сражаются наши люди, или обнаружить колесницу Самбарасуры, но была настолько растеряна, что в глазах все расплывалось. Навернулись слезы, и