Минус на минус дает плюс - Хлоя Лиезе

— Привет, БиБи! — моя сестра улыбается, скользя вокруг круглой передней витрины, которую Тони только что упорядочил.

— ДжуДжу, — я сосредотачиваюсь на скетчбуке, позволяя ручке делать то, что ей хочется. Но то, чего ей хочется, немного нервирует.

Джейми. Джейми. Джейми.

Уф! Это должно прекратиться.

— Что рисуешь? — сладеньким тоном спрашивает она, опираясь локтями на стеклянную витрину.

Я резко закрываю скетчбук, затем убираю его в свою сумку.

— Ничего.

Джулс наблюдает, как я собираю свои ручки и телефон, затем наношу оттеночный бальзам для губ.

— Время твоего свидания почти пришло? — она недвусмысленно играет бровями.

Я хмуро смотрю на неё, застряв в запутанном комке раздражения и неохотной любви. Мне хочется схватить её за плечи и трясти, пока она не образумится. Я знаю, она лишь хочет видеть меня на пути к счастью, но мне хотелось бы, чтобы она не совершала такого дерьмового поступка, чтобы подвести меня к этому.

Это странно — быть мстительно настроенной к человеку, которого (вопреки тому, как сильно она меня разозлила) я всё равно сильно люблю. Я хочу наказать Джулс за то, что она перегнула палку. Но я также хочу нашей былой близости, чтобы я могла рассказать ей всё. Но я не могу получить и то, и другое. Я выбрала преподать ей урок, и это требует эмоциональной дистанции.

— Би, — нетерпеливо зовёт Джулс, хмуро глядя на меня. — Ты куда ушла?

Я закидываю в рот ещё одну малиновую печеньку Тони.

— Я, ээ... грезила наяву.

— О Джейми?

О мести.

Её улыбка такая самодовольная. Я едва сдерживаюсь от того, чтобы запустить ей печеньку в голову. Выпечка Тони слишком драгоценна, чтобы тратить её впустую.

— Не лезь не в своё дело, Джульетта.

— С каких это пор? Ооо, выглядит вкусно, — она тянется к тарелке печенья, но я шлепком отпихиваю её руку.

— Никаких сладостей для сводников.

— Для старших сестёр, которые хотели как лучше, — поправляет она, уворачиваясь от моего второго шлепка и крадя печеньку. — Сестёр, которые видят твою химию с кем-либо, когда ты слишком упряма, чтобы это признать, и дают тебе необходимый тычок.

— Тычок? Вот как мы это назовём?

— Прошу прощения... — она закидывает печенье в рот и отряхивает крошки с рук. — Так ты идёшь или не идёшь на свидание с парнем, к которому я тебя подтолкнула?

Я хмурюсь ещё сильнее.

— Какие у вас планы? — спрашивает она. — Собрались в какое-то пафосное местечко? Ты приоделась.

— Нет, не приоделась.

Или приоделась?

Я смотрю на свою нефритово-зелёную юбку в складку, с широким эластичным поясом, и мой любимый кобальтово-синий свитер с вязаным бантом на плече. Может, собираясь на работу, я уделила чуть больше внимания своей внешности, потому что знала, что потом сразу пойду на ужин с Джейми. Но я как всегда оделась, выбирая ткани и швы, которые показались комфортными, когда я проснулась сегодня утром.

— Я ужинаю с Джейми. Ничего пафосного.

— И всё? — она прищуривается. — Мне не нравится эта твоя новая скрытная сторона.

— Ты сама породила монстра, Франкенштейн. Не вини меня.

Колокольчик над дверью вновь звенит, и в дверном проёме появляется высоченная фигура Джейми Вестенберга, который вопреки тому, что он всегда носит слаксы и рубашку, сегодня выглядит ещё более собранным. Его рубашка белоснежна как чистый холст, но расстёгнута на одну пуговку больше обычного, обнажая впадинку у основания его горла. Его брюки повседневные, насыщенного оливкового цвета, который напоминает мне о масляных красках и долгих мечтательных часах в моей студии. На сгибе руки он держит вересково-серый свитер, и стильные металлические часы поблескивают на его запястье, напоминая мне о том, какие возмутительно горячие у него предплечья.

Тишину разрушает непристойный свист.

Я награждаю свою сестру взглядом.

— Уймись.

Она пожимает плечами.

— Моё сердце принадлежит Жан-Клоду, но брось. Ты выглядишь отлично, Вест!

Не считая лёгкого румянца на щеках (я зациклена на том, как легко Джейми краснеет) и крепкого прочищения горла, можно и не заметить, как сильно Джейми выбивает из колеи чьё-то одобрение. Я лишь недавно поняла, что он смущается, когда я в тот день назвала его лицо великолепным, а он посмотрел на меня так, будто я сказала ему, что луна фиолетовая.

— А, — он снова откашливается. — Что ж, спасибо.

Закинув свою сумку на плечо, я ору в сторону служебного помещения:

— Я ухожу, Тон!

— Иди ты нахер! — орёт Тони. — Как я должен отгрузить доставку и обслуживать кассу?

— Похоже, это твоя личная проблема.

— И я даже не получил сочных деталей о Секси Весте!

Джейми становится розовым.

Джулс хрюкает.

— Я пойду помогу ему. Валите отсюда, вы двое. Нет, подожди, — она останавливает меня и принимается возиться с моей блузкой под свитером.

— Джулс, — я пытаюсь развернуться и избежать её прикосновений. — Прекрати.

— Бант, — говорит она, снова вмешиваясь. — Ты его неправильно завязала. И твои волосы, Би. Совсем немножко спрея для пляжных волн и...

— Я думаю, — перебивает Джейми, не сводя с меня взгляда, — что Би и так выглядит великолепно, — затем он подходит, берёт меня за руку и оттаскивает меня от сестры. — Пошли.

Джулс стоит с разинутым ртом, пока он выводит меня из магазина на вечерний воздух. Солнце садится на горизонте и заливает все поверхности дюжиной мечтательных акварельных оттенков кораллового, персикового и мандаринового.

— Вау, — я останавливаюсь полюбоваться закатом, потому что просто не могу пропустить такую славную работу природы. Джейми, похоже, тоже не прочь посмотреть на закат. Он тихо стоит рядом, прищуренный взгляд смотрит на резкий свет у горизонта, а когда поднимается ветер, он прикрывает глаза, будто упивается моментом. Вновь открыв их, он одаривает меня одним из своих джентльменских кивков, затем разворачивается и ведёт нас вперед.

Я замечаю, что он до сих пор держит меня за руку, что кончики его пальцев не потрескались, а костяшки не такие покрасневшие. Он пользовался мазью, которую я ему дала. Я стараюсь не думать о том, почему от этого крохотная аварийная лампочка во мне горит ещё ярче.

— Славная работа там, внутри, — говорю я ему. — Спасибо.

— Она сюсюкается с тобой, да?

Я оглядываюсь по сторонам, пока мы идём. Я понятия не имею, куда мы направляемся, но Джейми, похоже, знает дорогу, так что я иду за ним.

— Да. Она старшая.

Он окидывает меня повторным взглядом.

— Что? Вы же близнецы.

— Двенадцать минут. С её точки зрения это как будто двенадцать лет.

Он закатывает глаза.

— Типичные отношения между братьями или сёстрами.

Я не знаю, какое место Джейми занимает в своей