Иномирная колючка его высочества - Юлия Зимина

Паника захлестнула меня с головой, прокатившись по позвоночнику. По телу мгновенно ударила до боли знакомая, мощная волна преображения. Пространство вокруг исказилось. Кости издали глухой хруст, стремительно вытягиваясь, меняя плотность и форму. Шерсть испарилась, уступая место камзолу и брюкам.

И прямо на глазах у замершей дикарки, на ее шелковом покрывале, черный кот в доли секунды превратился в Ривиана эр Этерио — наследного принца Империи, во всей красе неуклюже распластавшегося на девичьей кровати.

Повисла оглушительная тишина...

Кирия стояла над кроватью, испуганно замерев, и смотрела на меня во все глаза. Ее рот был слегка приоткрыт. В первые секунды в девичьем взгляде читался лишь шок от невозможного зрелища.

— Это... — хрипло выдохнула она.

Но затем шок начал стремительно отступать. Я видел, как в глубине сапфировых глаз зарождается буря. Как сгущается черная, грозовая туча, в которой уже сверкают предвестники молний. До нее дошло. Дошло всё. И подслушанные разговоры, и то, кого именно она не раз прижимала к своей груди и даже затаскивала в кровать.

— Леди... — нервно кашлянул я. Сохранять невозмутимость было чертовски сложно. Я медленно, стараясь не делать резких движений, спустил ноги на пол и поднялся.

Дыхание Кирии участилось, грудь тяжело вздымалась, натягивая ткань платья. Она злобно прищурилась, ее руки сжались в кулаки.

— Ах ты… демонище! — прорычала колючка сквозь стиснутые зубы.

— Я несказанно рад, что мы перешли на «ты», и… — начал было я, включая свою привычную, наглую ухмылку, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

— Беги! — рыкнула Кирия, угрожающе наступая на меня. В ее глазах полыхнула ярость, и я рефлекторно сделал шаг назад. — Хотя… — вдруг протянула она. Злая, коварная улыбка исказила ее красивые губы, отчего мое сердце пропустило удар. — Тебе это уже не поможет!

Дикарка резко вскинула руки. Воздух в спальне мгновенно потяжелел. Из ее тонких пальцев с гудящим звуком вырывался мощный, плотный поток чистейшей, черной как смоль Тьмы. Он ударился об пол между нами и в ту же секунду преобразился в огромную фигуру призрачной пантеры.

Зверь глухо зарычал, обнажив клыки и припал к ковру, готовясь к прыжку.

— Умница моя, — угрожающим голосом произнесла Кирия, обращаясь к оскалившейся кошке. — Сожри его!..

 

 

31. Ультиматум

Кира

Шок — это слишком слабое слово. Мой мозг просто отказался обрабатывать картинку перед глазами. Система зависла. Выдала критическую ошибку.

На моей кровати вместо милого, пушистого антистресса, которому я изливала душу, лежал наследный принц Лумирии. Тот самый светлейший индюк, от которого я так отчаянно и виртуозно пыталась отделаться все эти дни.

 

Злость, раскаленная и едкая, ударила в голову, выжигая остатки самообладания.

Да он же знал всё! Знал о моем отношении к нему, знал, что я хочу покинуть этот проклятый отбор! Слушал, гад такой, как я жалуюсь на него же самого и, наверное, мысленно издевался надо мной!

Мне до дрожи в пальцах хотелось прихлопнуть его прямо здесь и сейчас. Стереть эту довольную, смазливую ухмылку.

— Сожри его!.. — мой голос прозвучал как удар хлыста.

«Только напугай до усрачки, девочка моя! — тут же предельно четко скомандовала я мысленно. — Убийство члена императорской семьи в мои планы не входит. Нас за это на костре инквизиции сожгут. Давай без крови, но сединой его укрась!»

Призрачный зверь сработал безупречно. Мощные лапы оттолкнулись от ковра, и пантера черной молнией метнулась к кровати. Ривиан, не ожидавший такой прыти или что я реально решусь на подобное, не успел даже вскинуть руки. Тьма врезалась ему прямо в грудь.

Раздался сдавленный мужской выдох.

Ривиан рухнул спиной на матрас, раскинув руки. Пантера нависла сверху. Она придавила его грудную клетку своими тяжелыми, искрящимися фиолетовым светом передними лапами, пригвоздив к кровати. Огромная, жуткая пасть с клыками раскрылась в сантиметрах от его лица. Зверь глухо, угрожающе зарычал.

Ривиан лежал с широко распахнутыми глазами, явно опешив от такого поворота событий.

Я стояла посреди комнаты, скрестив руки на груди, и испепеляла его взглядом.

— Значит, ты Васька, — процедила я, чеканя каждый слог.

— Вообще-то Ривиан...

— А будешь Васькой!

Принц медленно скосил глаза на кляцнувшую пасть у своего носа, затем перевел взгляд на меня. И, к моему величайшему возмущению, в его медовых глазах не было ни капли животного ужаса! Только легкий шок, который стремительно сменялся откровенно наглым, дразнящим блеском.

— Миледи, — прохрипел он из-под лап моей пантеры, изогнув губы в саркастической усмешке, — я, конечно, обещал вам незабываемую ночь… но, признаться честно, предпочитаю в постели женские руки, а не когти вашей очаровательной кошки.

Он издевается?! Лежит под монстром, готовым откусить ему голову, и несет всякий бред!

Я дернула рукой, и Тьма, уловив мой новый порыв гнева, решила проявить инициативу. Пантера клацнула зубами и, выпустив когти, с характерным звуком вспарывая ткань камзола наследника.

— Ну ты и… — чаще задышал поганец, — хулиганка. Нравится меня истязать, да? — усмехнулся Ривиан.

Мгновение, он резко выгнулся, мощным рывком при помощи светового луча сбрасывая с себя тяжелые лапы пантеры, и скатился с кровати на ковер, выпрямляясь во весь рост.

Тьма угрожающе зашипела, готовясь к новому прыжку, но принц выставил перед собой ладонь, вокруг которой уже начали закручиваться опасные золотистые искры Света.

— Успокой свою зверюгу, дикарка! — тяжело дыша, произнес Ривиан. Его глаза пылали. — Я не хочу причинять тебе вред!

— А я хочу! — зашипела я в ответ, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Таких самодовольных манипуляторов, как ты, нужно наказывать!

Принц важно стряхнул с камзола невидимую пыль, и его губы растянулись в широкой, поистине дьявольской, лукавой улыбке. Золотистые искры на его руке погасли.

— Не думаю... — бархатисто, с явной издевкой протянул он, — что у тебя это получится, колючка.

«Ах так?! Вызов принят!»

Я только набрала в грудь побольше воздуха, чтобы дать мысленную команду своей Тьме еще немного потрепать эту наследную задницу, как Ривиан сделал свой ход. Поднял левую руку, его пальцы скользнули по массивному перстню, нажимая на камень.

Вспышка!

Воздух в спальне дрогнул, скручиваясь тугой воронкой. Секунда — и на том месте, где только что стоял высокий, привлекательный и до одурения наглый мужчина, на пушистом ковре сидел иссиня-черный кот с рысистыми кисточками на ушах.

— Ты... — опешила я, заморгав. Воздух со свистом вырвался из легких. — Так нечестно!

Я от возмущения даже топнула ногой. Пантера рядом со мной недовольно дернула призрачным хвостом, по нашей связи понимая, что я не смогу тронуть котейку.

Василий, он же Ривиан, сидел на ковре в позе сфинкса.