Беглая жена генерала драконов - Майарана Мистеру

Кассиана вырвал его из воспоминаний. Инквизитор наконец оторвал взгляд от пациентки и посмотрел на генерала. В его серых глазах не было осуждения. Только холодный, аналитический интерес.

— Её поведение изменилось?

Валиан криво усмехнулся.

— Она не одержима, если ты об этом, Касс. Никакой скверны, никакой тьмы.

Он помолчал, подбирая слова.

— Но да. Изменилось — это мягко сказано.

Он кивнул в сторону кровати, где под тяжёлым одеялом виднелся силуэт спящей женщины.

— Та, кого я помню, была истеричкой и трусихой.

Он оттолкнулся от стола и прошёлся по комнате, разминая затёкшие плечи.

— Эта женщина полгода жила в Грейхолде у травницы. Работала целительницей. Лечила людей, принимала роды, зашивала раны. Я посылал весточку ректору Горхану из имперской академии, где училась Элара. Запрашивал характеристику.

Он остановился у окна, глядя на розовеющее небо.

— Элара Вальмонт до обморока боялась вида крови. Отказывалась посещать занятия по целительству. Однажды упала в обморок, когда однокурсник порезал палец бумагой. Бумагой, Касс.

Он повернулся к инквизитору.

— А эта женщина оказала помощь моему солдату, когда тот попал в передрягу. Прямо во время боя, под носом у вампиров, под магическим огнём. Она бросилась, чтобы перетянуть жгутом артерию на ноге лейтенанта. Она зажала рану руками и кричала, чтобы его унесли в укрытие.

Кассиан молчал.

Он снова перевёл взгляд на спящую женщину. В его серых глазах, обычно холодных и непроницаемых, сейчас светился странный интерес. Он сидел расслабленно, закинув ногу на ногу, но Валиан видел, что пальцы друга лежат на артефакте Истинного зрения, висящем на поясе. Он всё ещё сканировал её, даже сейчас.

Дракон внутри Валиана заворчал, требуя убрать чужака от своего.

Зверь сходил с ума с того момента, как они вернулись из крипты. Он хотел свернуться кольцом вокруг кровати и никого не подпускать. Рычал на каждого, кто приближался. Требовал защитить, укрыть, спрятать. Валиан с трудом удерживал его, напоминая себе, что Кассиан друг, не враг.

— Ну что? — не выдержал он, когда молчание затянулось. — Ты сидишь здесь уже час. Ты просветил её всем, чем только можно. Использовал каждый артефакт на своём поясе. Говори.

Кассиан медленно поднялся. Поправил мантию, одёрнул рукава. Его движения были неторопливыми, размеренными. Он всегда так делал, когда собирался сказать что-то важное.

— Что ж, мой друг…

Он прошёлся по комнате, остановившись напротив Валиана. Их глаза встретились. Серые и золотые.

— Могу сказать только одно. Эта женщина вовсе не Элара Вальмонт. Ту ты абсолютно точно убил полгода назад.

— В смысле?

Валиан нахмурился. Земля словно качнулась под ногами.

— Она не одержима, как ты и сказал, — продолжил инквизитор будничным тоном, словно обсуждал погоду или цены на зерно. — И в неё не вселялся демон, дух или другая низшая сущность из Бездны. Я не чувствую гнили. Никакого следа тьмы. Её аура чиста, как родниковая вода.

— Тогда кто она?

— Произошло то, что в старых трактатах называют «Замещением». Или «Звёздным Даром», если использовать более поэтическое название.

Кассиан скрестил руки на груди, глядя на спящую женщину.

— В тело Элары Вальмонт вселилась другая душа. Человеческая, не демоническая. Но не из нашего мира. Из какого-то другого плана бытия, другой реальности. Когда ты убил Элару, её душа ушла за грань. А её место заняла другая. Та, что лежит сейчас перед нами.

Валиан застыл.

Мгновенно в памяти всплыла картина из руин театра.

Она стоит на коленях над телом вампирши. Глаза стеклянные, пустые, смотрят куда-то сквозь реальность. Руки двигаются уверенно, профессионально, давят на грудную клетку в чётком ритме. Она кричит на кого-то невидимого. Зовёт какую-то Лену. Требует лекарства, которых не существует в этом мире.

«Адреналин». «Дефибриллятор». Слова, которых он никогда не слышал.

Она действовала чётко, уверенно, как человек, который делал это тысячу раз. Но её разум был не здесь. Он был где-то далеко, в другом месте, в другом времени.

Валиан видел такое раньше. У солдат после тяжёлых боевых действий. Это называли «Серый туман» или «Эхо войны». Состояние, когда тело здесь, а разум там, в пекле прошлого. Когда человек проживает заново самые страшные моменты своей жизни.

Это была память. Память её прошлой жизни. Жизни, где она была лекарем.

— Другая душа… — повторил он, чувствуя, как внутри разливается странное, невероятное облегчение. — Значит, она не отравительница?

— Юридически и магически нет, — подтвердил Кассиан. — Эта женщина чиста перед законом империи. Она не совершала преступлений Элары Вальмонт. Она вообще здесь ни при чём. Невинная душа, которая оказалась в чужом теле в чужом мире.

Он помолчал.

— Тело — улика прежних преступлений. Но личность новая. С точки зрения закона, Элара Вальмонт мертва. А эта женщина… кто бы она ни была… невиновна.

Инквизитор направился к выходу, но у двери остановился. Положил руку на ручку, но не повернул.

— Я должен бы доложить об этом императору.

Его голос стал холоднее, официальнее.

— Иномирная душа в теле казнённой преступницы. Это феномен государственной важности. Такое случается раз в тысячу лет, если верить хроникам. Академия захочет её изучить. Император захочет её допросить. Возможно, использовать. Да и народ не поймет, если узнает, что…

— Не надо.

Валиан сказал это тихо, но твёрдо. В его голосе звякнула сталь.

Кассиан обернулся и посмотрел на него с лёгкой усмешкой. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. Или на веселье.

— Ты готов драться со мной? Из-за неё?

— Я прошу тебя оставить мою жену в покое.

Валиан сделал шаг вперёд. Дракон внутри него поднял голову, готовый к бою.

— Она спасла мне жизнь. Она спасла империю. Она отдала свою кровь добровольно. Она сделала то, чего не смог сделать я.

Он остановился в шаге от инквизитора, глядя ему в глаза.

— Она заслужила право жить спокойно.

Кассиан усмехнулся шире.

— Не волнуйся, генерал.

Он поднял руки в примирительном жесте.

— Я напишу в отчёте, что произошла спонтанная инициация хранителя, которая стёрла личность преступницы. Побочный эффект ритуала. Редкий, но задокументированный. Никто не станет проверять.

Он опустил руки.

— Твою истинную никто не посмеет тронуть. Даже император не пойдёт против закона пар.

— Истинную?

Валиан замер. Сердце пропустило удар, потом забилось быстрее.

— На ней нет метки.

— Ты плохо смотрел, — хмыкнул Кассиан. — Или смотрел не туда.

Он вернулся к кровати, откинул край одеяла. Осторожно, двумя пальцами, приподнял запястье здоровой руки спящей женщины и повернул его внутренней стороной к свету, падающему из окна.

— Иди сюда.

Валиан подошёл. Встал рядом с инквизитором, глядя на тонкое женское запястье в его пальцах.

На бледной коже, там, где просвечивали голубые венки, проступал тончайший, едва заметный рисунок. Вязь рун, сплетающаяся в