Даже зомби из трущоб поет блюз - Диана Роулэнд

исключено, — отрезала она. — Там почти все зоны под строжайшим контролем, я не могу просто так провести кого-то, даже ради экскурсии. И мне сейчас меньше всего нужно поднимать волну и привлекать к себе лишнее внимание. Директор лаборатории, доктор Кэриш, уже вовсю косится на меня и не понимает, какого хера я постоянно задерживаюсь допоздна. — Она шумно сглотнула. — Мне вообще-то по бумагам не положено синтезировать мозги для зомби, по причинам, которые, я думаю, ты сама прекрасно понимаешь. Если кто-то всерьёз проверит, чем я там занимаюсь, у меня будут огромные проблемы за нецелевое использование ресурсов, даже если они не до конца поймут истинную цель моих исследований.

Я нахмурилась, обдумывая её слова.

— А что, если Зик вообще не охотился за твоими проектами? Что, если кто-то другой в лабе занимается чем-то похожим? Не думаешь, что имело бы смысл осмотреться вокруг и проверить этот вариант?

— Даже не думай об этом, Энджел, — с угрозой в голосе выдал Маркус.

— Что?

— Ломиться туда без спроса, — пояснил он, одарив меня суровым взглядом. — Если тебя примут за незаконное проникновение, это будет чистым нарушением твоего УДО.

Пиздец. Он умел бить по больному месту. Возвращаться на нары было бы хреново и обычному человеку, но возвращаться туда в статусе зомби — это был бы двойной пиздец. Особенно для тех, кто окажется со мной в одной камере, когда я по-настоящему захочу жрать.

— Я не собираюсь туда ломиться, — пообещала я.

— К тому же, — добавила София, — охрану там сейчас знатно усилили. — Она нахмурилась и прикусила губу. — Но Энджел права. Вполне возможно, что вся эта заваруха вообще никак не связана с моими разработками. В обычных обстоятельствах я бы в жизни не подумала, что наша лаба может стать целью для промышленного шпионажа, но у нас сейчас ведётся куча других проектов, за формулы которых наши конкуренты готовы отвалить конские бабки. — Она устало потёрла глаза. — Я бы всей душой хотела верить, что этому мужику просто нужны были наши наработки по липидным добавкам или какому-то подобному дерьму.

— И ты уверена, что больше никто в этой лабе не занимается какими-либо исследованиями зомби? — спросила я её.

Она сухо усмехнулась.

— Ну, в теории возможно всё, — ответила она. — Но мне кажется крайне маловероятным, чтобы в одной лаборатории сразу два человека по отдельности копались в зомби-тематике. Особенно учитывая, что про существование зомби вообще почти никто в мире не знает.

— Логично, — согласилась я.

И всё же во всей этой истории оставалась куча моментов, которые ни хера не укладывались в голове. Какая-то херня дико не давала мне покоя, но ухватить мысль за хвост я пока не могла.

София вздохнула и поднялась с места.

— Мне пора ехать. Завтра дел выше крыши.

Маркус подошёл и обнял её.

— Набери меня, если что-то понадобится или заметишь что-нибудь подозрительное.

В ответ она лишь слабо улыбнулась и кивнула:

— Обязательно. — Затем София повернулась ко мне: — Было очень приятно снова повидаться, Энджел.

Приятно? Ну-ну, окей.

— Взаимно, — выдавила я.

Как только она свалила, я плашмя рухнула обратно на диван. Маркус пристроился рядом и тяжело выдохнул:

— Эта драма вообще когда-нибудь кончится?

— Там творится какая-то дичь, Маркус, — отрезала я. — Тому чуваку начисто отрубили башку. Зомби вообще способен такое пережить?

Он устало потёр лицо ладонью.

— Я бы в жизни не подумал, что это возможно, но… — Он скривился и покачал головой. — Хрен его знает. И я слишком вымотался, чтобы думать об этом прямо сейчас. — Он наклонился и ткнулся носом в мою шею. — Но для других вещей я ещё не так сильно устал.

Я ухмыльнулась, несмотря на весь стресс.

— Надо понимать, у тебя там заныкана свежая порция пудинга?

Он рассмеялся:

— Ты слишком хорошо меня знаешь.

Он поднялся и пошагал в сторону кухни. Я повернулась и проводила его взглядом. Для зомби он был пиздец каким привлекательным. Да ладно, и для обычного человека тоже. Джинсы отлично обтягивали его задницу, но без перебора, а рубашки всегда сидели так, чтобы подчеркивать этот идеальный V-образный…

Я замерла и захлопала глазами.

— На нём форма висела мешком, — промурлыкала я под нос.

Маркус обернулся и вопросительно уставился на меня:

— Ты что-то сказала?

Я резко подорвалась с дивана.

— Маркус, блядь! Если бы ты собирался пойти на риск и внедриться в исследовательскую лабораторию с довольно серьёзным уровнем охраны, неужели ты бы первым делом не убедился, что форма сидит на тебе как влитая?

Он вернулся в комнату и поставил миску с пудингом на журнальный столик.

— Ну, допустим, но…

— Да ты не догоняешь?! — воскликнула я, загораясь от внезапной догадки. — Он не пытался туда пробраться. Он пытался оттуда СБЕЖАТЬ! Они в этой лаборатории творят какую-то херню с зомби! Может, именно там он и вырастил себе новое тело!

Из всех возможных реакций, которых я могла ожидать — интерес, сомнение, восторг — меньше всего я, сука, рассчитывала увидеть раздражение.

— Энджел, это уже становится смешно, — нахмурился он. Я в изумлении уставилась на него, пока он продолжал: — Ты вбила себе в голову, что эта лаба — центр какого-то великого зомби-заговора, но это же бред сивой кобылы! Это что, из-за Софии? Ты что, ревнуешь меня к ней?

Какое-то время я просто тупо глотала воздух ртом.

— Чего, блядь?! Ты реально думаешь, что дело в этом? С какого, нахрен, перепугу я должна её ревновать? — Тут я прищурилась. — Нет, серьёзно, колись, почему мне стоит её ревновать? Между вами что-то есть?

— Да нет же, твою мать! Ничего между нами нет. Но ты с каким-то упорством пытаешься выставить её то ли злодейкой, то ли злым гением.

— Я вообще не это имела в виду! — я уставилась на него, чувствуя, как внутри всё сжимается от обиды. — Я сказала, что в лаборатории происходит какая-то дичь. Я ни разу не говорила, что это её рук дело. И какого хера ты мне никогда не веришь? Почему ты, блядь, вообще ни в чём мне не доверяешь и ни единому слову не веришь?!

На последней фразе я, кажется, уже конкретно сорвалась на крик.

— Я верю тебе в тех вещах, которые звучат хоть сколько-нибудь правдоподобно, Энджел! Хватит вести себя как ребёнок!

— Как… как ребёнок? — я вылупилась на него. — Ты не поверил мне, когда я сказала, что тот покойник — зомби. Ты не поверил мне, когда меня прижали со стволом в морге — и я, сука, думаю, что ты до сих пор мне не веришь.

Я развернулась и цапнула свою сумку.

— Да пошёл ты