Фальшивая жена - Алекс Вон

— Дэниел! — я бью кулачком ему в грудь, в надежде, что он замолчит и не будет смеяться так, что разбудит весь Нью-Йорк.

В конце концов он замолкает, но всё равно обхватывает свой живот.

— Ты бы видела своё лицо, — он улыбается мне искренней и беззаботной улыбкой. В его глазах до сих пор остаётся озорное веселье. — Ты же сама сказала, что нам должно быть комфортно друг с другом и мы должны привыкнуть. Снюхаться. Вот я и подумал, так же делают некоторые парочки.

Я изогнула бровь.

— Как так? Ложат свои вонючие ноги на человека?

Телевизор мерцал экраном с какой-то лёгкой комедией — герои носились по экрану, переругиваясь из-за мелочей, но мы едва следили за сюжетом. Дэниел сидел, откинувшись назад, а я уютно устроилась у него на груди, подложив подушку под голову. Его рука лениво гладила мои волосы, пальцы иногда касались шеи, вызывая мурашки.

— Знаешь, — пробормотал он тихо, не отрываясь от экрана, — я думал, что неделя без твоих тостов с авокадо сведёт меня с ума.

Я хихикнула, повернувшись так, чтобы видеть его лицо. В полумраке комнаты его глаза блестели — смесь усталости после долгого дня и той самой нежности, которую он прятал от всех, кроме меня.

— А я думала, ты просто фанат моих кулинарных экспериментов, — поддразнила я, проводя пальцем по его груди. — Или это повод меня не отпускать?

Он усмехнулся, притягивая меня ближе. Его губы коснулись моего виска — лёгкий, почти невесомый поцелуй.

— И то, и другое. Но если честно... эти свидания? Они как глоток воздуха. Давно не чувствовал себя таким... живым.

Я замерла, впитывая его слова. На экране героиня как раз спорила с парнем о чём-то глупом, и это заставило нас рассмеяться одновременно. Дождь усилился, а комедия сменилась рекламой, но мы не шелохнулись. Его тепло обволакивало, как одеяло, и в этот момент я поняла: наш быт — это не рутина, а начало чего-то большего.

Вдруг Дэниел потянулся к пульту и выключил телевизор. Комната погрузилась в мягкий сумрак, освещённый только настольной лампой.

— Хватит на сегодня кино. Давай лучше... проведём его более интересно, — сказал он хрипловато, и его рука скользнула по моей спине.

Сердце заколотилось быстрее. Неделя свиданий научила нас читать друг друга без слов.

И кажется, я догадывалась, на что он намекает. Мы ещё ни разу по-настоящему даже не переспали, а просто баловались. И я с нетерпением ждала следующего шага от него.

Он встаёт и протягивает мне руку. Я с подозрением смотрю на неё, но всё же принимаю приглашение. А затем он берёт и закидывает меня себе на плечо. Затем с тихим смешком, со всего размаху бьёт по попе.

— Ай, какого чёрта? — я рукой тру место, где он меня шлёпнул. К моей голове резко прильнула кровь.

Он остановился у нашей кровати, затем откинул меня на неё. Я подскочила на матрасе и уставилась на его широкую спину.

— Ты присоединишься ко мне? Или так и будешь просто хлопать своими очаровательными глазками?

С этими словами он прошёл в ванную, где вскоре послышался звук душа.

Я прикусила губу и, встав с кровати, скинула всю одежду. Затем на цыпочках прошла внутрь. Там меня встретило подтянутое мускулистое тело. Он намыливал гелем для душа свою грудь и повернулся ко мне лицом. Я не могла не посмотреть вниз. Я резко тяжело задышала, и когда мы встретились глазами, он протянул руку.

— Смелее, я кусаюсь, но тебе понравится.

И я взяла его руку.

Когда его жилистые руки легли мне на талию, и от его горячего прикосновения я быстро закрыла глаза. Они путешествовали и изучали все изгибы моего тела. Он так пристально смотрел мне прямо в глаза, что я невольно смутилась под его тяжёлым взглядом и смотрела куда угодно, только не на него.

— Открой глаза, Лил, — прошептал Дэниел и прикусил мочку уха.

Я тяжело вздохнула и задержала дыхание, но так и не осмелилась их открыть.

Он сжал мою грудь пальцами и из меня непроизвольно вырвался громкий протяжный стон.

— Ооххх, Дэниел!

Он начал посасывать губами мою шею, наверняка оставляя на коже засосы. Вторая его рука спустилась вниз и легла на живот, нежно поглаживая его.

— Пожалуйста! — я закусила уголок губы, когда он приблизился костяшками пальцев к моему лобку и ниже, едва касаясь и как бы дразня.

— О чём ты меня просишь? — его голос, шепчущий мне на ухо, заставил волоски на теле встать дыбом.

— Я хочу стать полностью твоей, без остатка! — я обвила руками его шею и прижалась своими губами к нему.

Это нежный и тёплый поцелуй. Очень медленный и чувственный.

Я чувствую себя на седьмом небе от счастья. Всё в нём меня завораживает. Начиная от голоса, смеха, юмора и заканчивая темпераментом, характером и тем, как и что он заставляет меня чувствовать.

Это всё, что ему нужно было услышать для того, чтобы он поднял меня в воздух и прижал к стеклянной стене.

Он сжал руками мою задницу и прикусил мою губу, зажав её своими зубами. Из неё вырвалась первая струйка крови и потекла вниз прямо на подбородок, но мне это нравилось.

Я обняла его шею руками и в ответ просунула свой язык в его приоткрытый рот.

Наши зубы клацали друг о друга, и это был не обычный и страстный поцелуй, а противостояние наших языков, слюней и зубов.

Низ моего живота начал гореть, и я ощущала, что вот-вот сгорю заживо.

Мне нужно было хоть какое-то трение или проникновение.

Я ещё сильнее обвила его ногами и взяла его крепкой хваткой за горло, чтобы потянуть вниз к моим ноющим соскам. Моя грудь уже набухла и сильно налилась, требуя его незамедлительного внимания. Также как и с моей губой, он не стал нежничать и просто прикусил горошину соска.

И я знаю, что он испытывает тот же пожар внутри, как и я сама. Он мне нужен как кислород. Жизненно необходим. Я будто тону в глубине моря, и единственный способ выплыть на поверхность — это обхватить его протянутую руку и крепко сжать.

Я настолько в страстной и жаркой дымке от переполняющих меня ощущений и эмоций, что не замечаю, как он прекратил мять и кусать мои груди и уже прижался ко мне.

Я визжу, когда он одним толчком насаживает меня на себя и при этом приподнимает меня своими крепкими и жилистыми руками