Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3 - Валентина Зайцева

целились в этого принца, то и покарать их следовало мне, — произнёс Каллум. Его голос звучал пугающе ровно, без единого всплеска эмоций, словно он говорил о скучном дворцовом церемониале, а не о жестоком убийстве собственного слуги.

Он обвёл неторопливым, леденящим взглядом застывших мужчин и вкрадчиво, с едва уловимой издевкой добавил: — Господа проявили величайшее рвение, защищая мою жизнь. Желаете ли вы с почтением вернуться во дворец, дабы просить у Его Величества наград за верность... или же вы намерены допросить этого принца прямо сегодня ночью, здесь, в дорожной грязи?

Северус опустил взгляд на два безжизненных, истекающих кровью тела у своих ног. Его холёное лицо побледнело, став серым как пепел, а по спине, очевидно, пробежал смертный хлад. Спесь и высокомерие главного евнуха испарились без следа. Он явно осознал, что перед ним стоит вовсе не беззащитный, загнанный в угол принц в изгнании, а непредсказуемое чудовище, готовое без колебаний перерезать глотку любому, кто осмелится сделать шаг навстречу. Потребовалось немало усилий, чтобы евнух выдавил из себя жалкую, дрожащую улыбку: — Как... как мы смеем, Ваше Высочество. Упаси нас боги.

— Вот и славно. Уберите здесь всё. Это зрелище оскорбляет мой взор, — бросил Каллум.

Едва заметно шевельнув уголком губ в презрительной усмешке, он развернулся и пошёл прочь. Он без малейшего сожаления проигнорировал и Северуса, и застывшего каменным изваянием Маркуса Августа, на чьих лицах смешались ярость, бессилие и первобытный страх. Каллум удалялся вглубь галереи, оставляя за собой шлейф чужой смерти, окутанный аурой тотального, зловещего превосходства.

— Вторая младшая госпожа? — тихо, сдавленно выдохнул Клеон у самого моего уха. Его ладонь судорожно сжимала рукоять меча. Он явно всем телом ощущал исходящую от принца опасность и понимал: если мы не уйдём сейчас, эта пугающая тьма поглотит и нас.

— Клеон, возвращайся один, — услышала я собственный голос. Он прозвучал хрипло, надломленно от созерцания этой кровавой бани, но в нём звенела непоколебимая, фатальная решимость.

— Младшая госпожа! Но госпожа Валерия приказала...

— Не беспокойся, я знаю, что делаю, — я неотрывно смотрела на удаляющийся силуэт Каллума. Он шёл в полном одиночестве, а его бледные руки были по локоть покрыты свежей кровью преданного Брана.

Внутри меня бушевал пожар из ужаса и неодолимого, болезненного притяжения. Этот мужчина рушил всё на своём пути, но я не могла бросить его в этой бездне. Мой голос окреп, наполняясь железной волей: — Возвращайся в резиденцию. Уходи!

Гвардеец Клеон перевёл испуганный взгляд с приближающегося к жилым комнатам Каллума на меня. Борьба в его душе длилась всего мгновение — долг воина отступал перед безумием происходящего. Наконец он почтительно склонил голову и беззвучно растворился в густых ночных тенях, оставив меня наедине с моим прекрасным, жестоким и обречённым безумцем.

* * *

Евнух Северус

Когда изувеченные тела наконец оттащили в сторону, моя фальшивая, приторная улыбка окончательно сползла с лица. Пальцы внутри широких рукавов охристого халата мелко дрожали, и я ничего не мог с этим поделать. За долгие годы службы во дворце Империи Остерии я видел сотни предательств, жестоких казней и хладнокровных расправ. Но то, что произошло мгновением ранее, выходило за рамки человеческого понимания.

Каллум Рейн... Он не просто жестокий принц, борющийся за трон. В его жилах течёт не кровь, а жидкий лёд. Я никогда в жизни не встречал подобного существа. В его тёмных глазах не было ни ярости, ни сожаления, ни секундного колебания, когда он вонзил сталь в грудь собственного, преданного пса. Абсолютная, зловещая пустота. Точно так же древние демоны, о которых пишут в старинных свитках, ломают сухие ветви, не задумываясь об их ценности. Этот человек — истинное чудовище, полностью лишившееся человеческой природы, и от этой мысли меня до самых костей пробирал первобытный, удушающий ужас.

Я медленно перевёл дыхание и опустился перед трупами на колено, силясь сохранить остатки дворцового величия. Моё сердце исходило ядовитой злобой и досадой. Я потратил столько сил, задействовал лучших ищеек, чтобы выследить этих двоих заговорщиков — ключевых людей в окружении Седьмого принца! Я шёл сюда, уверенный, что держу в руках неопровержимые улики его измены, которые преподнесу Императору Октавиану. А теперь? Каллум просто уничтожил их на моих глазах. Вместо заслуженного триумфа и наград я остался ни с чем, наедине с кучкой бесполезного мяса. Без живых свидетелей я не могу доказать факт создания тайной фракции.

Я коснулся пальцами ещё тёплой шеи мертвеца. Пульса не было. Рана оказалась смертельной — Безумный Принц бил наверняка, безжалостно обрывая нити, ведущие к его тайнам.

— Главнокомандующий евнух Северус удостоверился? — раздался надо мной леденящий, высокомерный голос Юлиана Валериуса.

Молодой генерал стоял прямо, его ладонь демонстративно покоилась на эфесе фамильного меча, а в глазах сквозила неприкрытая насмешка. Молодёжь из рода Валериусов всегда отличалась излишней гордостью, и сейчас его спокойствие уязвляло меня не меньше, чем безумие принца.

Я медленно убрал руку от окровавленной плоти, достал шёлковый платок и принялся неторопливо, тщательно вытирать пальцы от багровых капель. Мне нужно было вернуть контроль над ситуацией, показать этим чистоплюям-военным, что Дворец по-прежнему видит их насквозь. Я растянул губы в хищной, зловещей усмешке: — Действительно, они мертвы. Что ж, обременю молодого генерала последней услугой: прикажите своим людям отвезти эту падаль к подножию горы Владыки Мёртвых, дабы предать их земле.

Я отчётливо заметил, как Юлиан на мгновение вскинул глаза, и в их глубине промелькнула тень замешательства.

Они думали, что их родовые секреты надёжно похоронены. Восемь или девять лет назад, когда армия Валериуса только формировалась, военная дисциплина в их рядах была чудовищной, а преступления совершались сплошь и рядом. Ущелье у подножия горы Владыки Мёртвых — стало тем самым местом, где тайно казнили дезертиров и карали государственных преступников. Только когда генерал Дамиан навёл в войсках железный порядок, эти бесчинства прекратились. Посторонние и знать не знали о существовании этого жуткого ущелья. Мои шпионы проделали великолепную работу, раскопав это грязное бельё, и сейчас напоминание о горе Владыки Мёртвых послужило отличной, скрытой угрозой для этого наглого мальчишки.

Юлиан ничего не ответил — у него попросту не было времени на размышления. Он резко развернулся, легко вскочил в седло своего боевого коня и сделал короткий знак подчинённым. Солдаты без лишних церемоний забросили тела двух «мятежников» на телегу, прикрыв их соломенной рогожей. Спустя минуту отряд Юлиана покинул постоялый двор, направляясь в сторону городских ворот.

* * *

Элара Валериус

Каллум медленно поднимался по багрово-лакированной деревянной лестнице. С каждым шагом его силуэт казался всё более зловещим. Он лениво приподнял