Бракованный принц и замок в кредит - Кристина Ло

лёгкого цветочного аромата и тяжёлую, оглушительную тишину.

Более неловкого и унизительного знакомства с матерью мужчины было трудно себе представить. Щёки мои пылали, и я чувствовала себя абсолютно растоптанной этой безупречной, ничего не значащей вежливостью.

Собрав остатки достоинства, я повернулась к Риодору.

— Иссар Злотоносный, — сказала, стараясь не смотреть ему в глаза, — я... бесконечно вам благодарна за ваше... вмешательство. Но, возможно, вы вернёте мне мою одежду и как-нибудь... совершенно незаметно поможете выбраться из вашего гостеприимного дома? Думаю, совместное чаепитие с вашей очаровательной матерью в моём нынешнем... положении будет более чем неуместно. — О, поверьте мне, дарна Вуастель, — его голос был ровным, — вашего присутствия за нашим семейным чаепитием я желаю ещё меньше. Ваше платье почищено и отглажено. Оно находится в уборной, дверь справа. Я спущусь вниз и постараюсь отвлечь матушку. Вас к служебному выходу проводит мой дворецкий. Он постучит в эту дверь. Будьте добры, не задерживайтесь.

— Благодарю, — сказала я, и на этот раз в моих словах прозвучала почти искренняя, хоть и вымученная, признательность. Всё, чего я хотела сейчас, — это исчезнуть, раствориться в воздухе, как дурной сон, и никогда больше не вспоминать ни об этой ночи, ни об этом доме, ни о насмешливых глазах его хозяина.

Как только дверь за ним закрылась, я замерла на секунду, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Затем, словно ошпаренная, сорвалась с кровати и бросилась в указанную им уборную. Комната оказалась просторной, с большой медной раковиной и холодной водой, которая помогла мне немного прийти в себя. Я умылась, смочила виски, пытаясь сбить остатки тяжести в голове, и с облегчением обнаружила своё платье.

Оно висело на вешалке — чистое, отглаженное, пахнущее свежестью, а не вчерашним безумием. Прикосновение знакомой ткани вернуло крупицу уверенности. Одевшись, я почувствовала себя намного лучше.

Где-то через несколько минут, ровно как и было обещано, раздался сдержанный, но чёткий стук. Открыв дверь, я встретилась с бесстрастным взглядом пожилого мужчины в безупречно сидящем форменном сюртуке. Его лицо не выражало ровным счётом ничего — ни любопытства, ни осуждения. Он был воплощением профессионального равнодушия.

— Прошу следовать за мной, дарна, — без интонации произнёс он и, не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал влево по коридору.

Мне пришлось почти бежать за ним, стараясь, чтобы подошвы моих туфель не стучали по паркету. Я постоянно оглядывалась, сердце замирало при каждом шорохе или отдалённом голосе. Чего мне сейчас хотелось меньше всего на свете — так это нового знакомства с кем-либо из этого семейства.

Мы шли по лабиринту служебных коридоров, где пахло воском для полов и свежей выпечкой. Наконец, он остановился у неприметной двери. Дворецкий отворил её и жестом указал мне выйти. Я оказалась на узкой, мощённой булыжником улочке.

Ну что ж, вывели. Спасибо и на этом. Я обернулась, чтобы поблагодарить, но тяжёлая дверь с глухим стуком захлопнулась прямо перед моим носом, окончательно отрезав меня от этого мира шёлка и холодной учтивости.

— Почему? — раздался сзади знакомый, полный укоризны голос.

Я обернулась. На низком каменном парапете ограды сидел Шушик. Его фиолетовая шёрстка была взъерошена, а большие глаза смотрели на меня с выражением крайнего недовольства.

— Что почему? — спросила я, подхватывая его на руки.

— Ну почему, стоит мне только отлучиться или на секунду моргнуть, ты сразу же ввязываешься в такие неприятности? — продолжил он, не меняя тона. — Вчера вечером я чуть с ума не сошёл, чувствуя твои эмоции — этот вихрь страха, паники, а потом и вовсе ничего! А войти не мог! Сплошные защитные заклятья!

— Давай об этом в другом месте поговорим? — сказала, чувствуя слабость и дикий голод.

— Пошли, — вздохнул он с видом многострадального воспитателя.

— Знать бы ещё, куда идти? — растерянно спросила я, озираясь по сторонам.

— Прямо иди, — скомандовал Шушик, указывая носом в конец переулка. — Как раз на центральную площадь выйдем. А там... Там уж видно будет.

Глава 23

Риодор Злотоносный.

Я сидел в кресле напротив кровати, наблюдая. Утренний свет, пробивавшийся сквозь жалюзи, выхватывал из полумрака очертания фигуры на моей постели. Графиня Вуастель. Беспомощная, уязвимая и невероятно дорого обошедшаяся мне этой ночью, и, как ни странно, речь не о деньгах. Каких трудов мне стоило уложить её спать и сделать так, чтобы об этом инциденте никто не узнал, ещё дороже. Мозг, отточенный годами работы с финансами, уже вовсю работал, перебирая варианты, взвешивая риски и потенциальные дивиденды.

Как обратить этот абсурдный инцидент в твёрдую валюту? Как выжать максимум выгоды, не превратившись при этом в заклятого врага для обладательницы Дыхания Остальвии? План с прямым шантажом провалился, как выяснилось, если графиня не отдаст его добровольно, оно теряет свою силу, быть может, это всего лишь сказки, но проверять их правдивость ценой здоровья матери я не стану. Но вот компромат... Компромат — валюта универсальная. Осталось лишь выяснить, что это был за компромат — глупость, подстроенная ловушка или нечто большее. И кто стоял за этим.

Мои мысли прервал лёгкий стон. На кровати зашевелились. Дарна Вуастель медленно, с явным усилием приоткрыла глаза. Взгляд был мутным, неосознающим. Я дал ей несколько секунд прийти в себя, позволил осознать чужую обстановку, прежде чем нарушить тишину.

— Доброе утро, дарна.

— Что? — её голос был сиплым, продирающимся сквозь сухость и похмелье. Она остановила на мне взгляд, и в нём вспыхнула паника. — Что вы здесь делаете?

Вопрос, достойный наивной простушки, а не главы древнего рода. Я почувствовал, как нарастает раздражение. Хотелось огрызнуться, язвительно заметить, что в своём же доме имею полное право находиться, в отличие от некоторых. Но я сдержался. Сейчас важнее было выудить информацию.

— Живу, — ответил с подчёркнутой лёгкостью. — И знаете, довольно давно. Осмелюсь поинтересоваться, дарна, что последнее вы помните?

— Воды, — просипела она, игнорируя мой вопрос.

Я молча поднялся, налил из графина в стакан воды и протянул ей. Она выпила залпом, с жадностью.

— Помню встречу с Властителем, — начала она, возвращая стакан. — Потом вернулась в свои покои... Решила отдохнуть... И всё. Вот как я оказалась у вас, мне бы тоже было интересно узнать. — В её голосе зазвучали стальные нотки. — Неужели вы меня похитили?

Несмотря на всю серьёзность ситуации, я не сдержал короткого, хриплого смешка. Абсурдность обвинения была за гранью.

— Я