Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

В пятом я всерьез подумываю столкнуть их в ледяное озеро и позволить им утонуть.

В шестом, пока мы с Альбертом все в краске пытаемся отдышаться, к нам подходит Коннор, свежий как огурчик, и говорит:

– Может, нам стоит поменять составы команд?

– Что скажешь, Мэйв? Присоединишься к команде победителей? – хвастается Лука.

– Мэйв идет со мной, – заявляет Коннор.

– Хорошо. Альберт, ты со мной. Папа и мама?

– Они сели к Сиенне и Нико. Говорят, что наигрались.

– Значит, только мы.

– Только мы, – подтверждаю я.

– Постараюсь быть с тобой не слишком жестоким. – Лука толкает локтем Альберта, который беззвучно извиняется передо мной, и они вместе направляются на свою половину поля.

Тяжело кашляю. Ледяной воздух обжигает легкие. Забавно, что при этом я умираю от жары. Мы столько бегали, что теперь я вся вспотела. Хочется только одного – снять несколько слоев одежды. И этот чертов костюм. Когда их раздавали, мне предложили два размера: один слишком тесный в бедрах, другой – свободный в талии. Я выбрала первый, думая, что в нем будет удобнее. Большая ошибка.

– Устала? – спрашивает Коннор.

– Не особо.

– Хорошо. – Он приседает, укрываясь за камнем, и показывает мне сделать то же самое. – Секрет пейнтбола в том, чтобы постоянно двигаться. Будем перемещаться туда-сюда. Тихо. Раунд будет легким. Лука уверен, что выиграет.

– И это хорошо?

– Да, он расслабится и перестанет таиться. Это даст нам преимущество. – По полю разносится свисток, означающий начало игры. – Пошли, сюда.

Мы бесшумно бежим между деревьями. Через несколько минут я снова чувствую прилив адреналина. Впервые за всю игру у меня появляется ощущение, что я могу выиграть. Мы обходим пятна краски на земле – достаточно и тех следов, что мы оставляем, – и добираемся до бетонной стены, где меня подстрелили в первом раунде.

Коннор прижимается к стене и останавливает меня, кладя руку на талию, когда видит, что я собираюсь пройти мимо.

Мое сердце подскакивает.

– Альберт, – шепчет он, указывая в сторону.

Когда он наконец убирает руку, я выглядываю. Альберт стоит на страже посреди поля. Единственная причина, по которой он не заметил меня, – он развернут к нам спиной.

Черт, я чуть было серьезно не напортачила.

– Что будем делать? – спрашиваю я Коннора.

Он прикладывает палец к губам, прося меня помолчать, затем поднимает с земли камешек и с силой бросает его. Тот ударяется о дерево в нескольких метрах от нас. Альберт мгновенно оглядывается.

– Кто здесь?

– Ты придурок, – шепчу я. Мне не видно лица Коннора за маской, но готова поспорить на что угодно – он улыбается.

– Коннор? Мэйв? – кричит Альберт. – Выходите немедленно!

– Атакуем с тыла?

Коннор качает головой:

– Подождем, пока он позовет Луку.

– Он не станет…

– Лука! – орет Альберт. – Они здесь!

Ох, Альберт.

Уверена, именно он привел мою команду к поражению.

Как и предсказывал Коннор, Лука даже не пытается скрываться. Мы отчетливо слышим, как он бежит к полю. Его брат жестом показывает мне подождать и, как только я начинаю верить, что мы работаем в команде и атакуем вместе, встает и выходит на поле без меня.

Вот черт…

Он что, решил оставить меня не у дел?

Собираюсь подняться, но тут раздаются выстрелы, и я, испугавшись, снова прячусь. Черт, Мэйв. Нельзя быть такой трусихой. Да, эти дурацкие шары с краской больно бьют, но я не собираюсь сдаваться без боя.

Выйдя из укрытия, я сразу вижу, что Альберт уже выбыл из игры.

Коннор стоит посреди поля. Его оружие на земле. У меня замирает сердце, когда я вижу пятно краски на его руке. Черт, его подстрелили.

– Ты думал, что умнее меня? – хвастается Лука, пока я, не издавая ни звука, подкрадываюсь за стеной, чтобы зайти с фланга.

Как только я занимаю позицию и прицеливаюсь, Коннор, заметив меня, улыбается:

– Кто сказал, что тебе стоит бояться меня?

Я стреляю в Луку со спины.

И попадаю точно в цель.

Тут же опускаю оружие и снимаю маску, все еще не осознавая произошедшего.

– Мы выиграли?

– Я уже выбыл, – отвечает Коннор, поднимая руки в воздух. – Согласно правилам, победила ты.

От переполняющих чувств мне нечем дышать.

– Я… выиграла?

– Мэйв победила! – кричит Альберт остальным.

Я вижу, как Нико несется ко мне на всех парах.

– Лучший… друг… спешит… на помощь!! – кричит он во весь голос, прежде чем кинуться на Коннора, сбивая его с ног, словно заправский регбист. Тот, видимо, не ожидая этого, теряет равновесие, и – слава небесам, уже без маски – оба брата падают на землю. Коннор начинает кашлять, пока Нико усаживается ему на колени, не давая подняться.

– Я же был в ее команде, – жалуется Коннор.

Но Нико беспощаден.

– Смерть предателю! – восклицает он и заливается смехом, когда Коннор щекочет ему живот.

Пока Ханна, Сиенна и Джон подходят к нам, я поворачиваюсь к Луке. Он снимает маску и, бросив ее на землю, говорит:

– Когда-нибудь я тебе отомщу.

– Не знаю, Лука, – отвечаю я с издевкой. – Может, в следующий раз тебе просто стоит присоединиться к команде победителей.

У нас остается еще около пятидесяти шаров, которые можно использовать для продолжения игры, но мы измотаны, поэтому покидаем поле и направляемся в раздевалки. Пока переодеваемся, Ханна со смехом рассказывает мне, как выглядел наш мастерский ход с ее позиции. Я вся в краске, завтра будут синяки, но, несмотря на усталость, ощущения приятные. Волна согревающего тепла разливается в груди, когда мы с Ханной выходим из раздевалки и видим, как вся семья смеется вместе.

На время игры я оставляла камеру в раздевалке. Сцена кажется мне такой милой, что я не могу нарадоваться тому, что фотоаппарат сейчас у меня в руках.

– Семейное фото? – предлагаю я, включая его.

Всем нравится эта идея. Они выстраиваются прямо перед огромной вывеской с названием заведения.

– Ты встанешь сзади, – заявляет Нико Луке. – Потому что проиграл.

– Я выиграл пять раундов из шести.

– А кто выиграл последний?

Лука фыркает:

– Мэйв.

– Вот-вот. Проигравшие идут назад.

Я смеюсь.

Настраиваю кадр, немного уменьшаю зум, поправляю настройки, и, как раз в тот момент, когда собираюсь сделать снимок, кто-то дотрагивается до моего плеча. Это один из сотрудников, он указывает на камеру и что-то говорит по-фински.

– Он предлагает нас сфотографировать, – переводит мне Сиенна.

– Да, конечно, Мэйв. Давай, беги сюда. Вставай с нами, – говорит мне Ханна.

Все меня ждут, поэтому, справившись с нахлынувшими эмоциями, быстро даю парню пару инструкций, которые, надеюсь, он понял, и спешу встать рядом с Джоном и Сиенной.

Мужчина