Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

– Агрессоры? – нервно хохотнула Лу. – Еще один термин?

– Он самый.

Они шли навстречу приближавшейся кавалькаде всадников и пытались непринуждённо болтать. Обе старались пригибать головы, будто прячась от солнца, чтобы их лица были меньше видны. Только по дрожащим голосам было понятно, что они волнуются.

Всадников оказалось трое. Неслись галопом, и для безопасности девушки отошли к обочине. Раз – и лошади проскакали мимо, а порывом поднятого ими ветра чуть не сорвало с голов двух спутниц шляпки.

– Эльфы! – Лу, забыв о конспирации и разинув рот, смотрела вслед удалявшимся фигурам. – Матушка моя, знала бы ты, куда попадет твоя непутевая дочь! Эльфы!

– Они самые. – Бёрк дернула ее за руку, заставив вернуться на дорогу. – Хорошо, что нас не заметили.

– Красота-то какая! – причитала Лу и шла, повернув голову назад – не могла глаз оторвать от скрывшихся в клубах пыли всадников.

– Ты не очень-то заглядывайся, – буркнула Бёрк. Она помнила, каковы эти эльфы на самом деле. – Сверху красота, а нутро гнилое.

– Нельзя судить обо всех по одному, – показала ей язык Лучана. – Ты ведь только с одним зналась?

– Может, я и с одним, только Гелиодор мне говорил…

– Ну началось…

Оставшийся путь то города Лу шла под воспоминания о прекрасном и безупречном Гелиодоре. Хотя уже наизусть знала все подробности этого бурного романа.

Навстречу теперь часто попадались телеги гномов, тяжело груженые разным товаром. Реже проезжали орочьи кибитки с выглядывавшими из них орчатами всех возрастов. Принимая девушек за своих родичей-сверстников, зеленая малышня корчили им рожи и показывала языки. К разочарованию Лу, эльфы им больше в тот день не встретились.

К городу подошли ближе к обеду и издали поняли, почему его так назвали.

– Вот уж и вправду Жар-город, – выпучив глаза, обе разглядывали громадину, возвышавшуюся перед ними. – И вправду будто в пламени весь. Что это, Бёрк? Краска?

– Краска… И черепица. И…

– Ржавчина, – подсказала Лучана.

Город, построенный на естественной возвышенности, пестрел всеми оттенками огня, словно огромный костер. У всех домов были красные крыши: черепичные, деревянные, из некрашеного поржавевшего железа, но все, словно под воздействием магии, отливали красным. Разными оттенками – от бледного, почти розового, до темно-пурпурного. На фоне бело-золотистого песчаника крепостных стен, возведенных вокруг города, эффект горения усиливался во сто крат.

– Огромный, – с уважением прокомментировала Бёрк.

На самом деле Жар-город был не особо большим, а по сравнению со столицей так совсем скромным. Просто Бёрк и Лучана никогда не бывали в других городах. Обе вышли из небольших деревенек, где и двухэтажная гостиница казалась махиной, подпирающей небеса.

– А зачем это все? – спросила Лучана и показала на высокие толстые стены.

Дорога вела в проход с огромными коваными воротами, усеянными шипами. Такого в Людожите не было.

– Не знаю. Ты у меня спрашиваешь, будто я тут жила.

– Ну ты ведь с этого берега.

Бёрк пожала плечами:

– Я могу только предположить, что это зашита от горных гоблинов. Все города, которые стоят близко к горам, окружены стенами.

– Так тут опасно? А мы ночевали на дороге… – Лу огляделась со страхом, пытаясь высмотреть в толчее у ворот ушастых бандитов.

– Это до войны еще было построено, – неуверенно пояснила Бёрк. – Помнишь, Варди нам об этом рассказывал? Сейчас стало спокойно.

Незаметные в толпе входивших и выходивших путников всех рас, они прошли через городские ворота. Одетые в кованые кирасы охранники не обратили на них внимания. Сразу за стеной на девушек обрушилась какофония звуков, словно до этого они шли с заткнутыми ушами. Разговоры на разный манер, стук лошадиных подков, скрип телег, звон металла в кузнях по обеим сторонам улицы, выкрики торговцев.

– О-чу-меть… – ошеломлённо прошептала Бёрк.

– Что? – Лучана тоже была оглушена и поняла, что Бёрк сказала, только увидела движение ее губ.

– Очуметь! – прокричала Бёрк.

– Согласна! – прокричала в ответ Лу. – Меня как будто под дых пнули.

Идти решили по самой широкой улице – наверняка она вела на главную площадь, ведь основная масса торговцев ехала по ней. Девушки шли медленно, крутя головами едва ли не на триста шестьдесят градусов. Все казалось диковинным: чудные четырех- и пятиэтажные домики под остроконечными крышами, больше походившими на шпили; жители всех рас, ярко и необычно одетые; даже собаки и кошки – за время жизни в обители девушки отвыкли от них.

Главная улица вдруг разошлась, превратившись в перекресток, и подруги растерянно остановились. Народный поток тоже разделился примерно на равные части и протекал мимо, поддавая застывших посреди дороги девиц локтями.

– Теперь куда? – спросила Лучана. – Что там в записке написано?

– Огненная площадь, – повторила Бёрк выученный наизусть текст.

– Пирожки! Горячие пирожки! – голосила в самом центре перекрестка очень толстая гномка. На ее необъятной груди примостился лоток с горкой выпечки.

– Давай у офени дорогу спросим, – предложила Лу.

– К какой еще Фени? – удивилась Бёрк. Откуда у Лу знакомые в этом городе?

– У о-фе-ни. Торговки, – пояснила Лучана, указав на тетку, зазывавшую покупателей. – Ты что, слово такое не ведаешь? – вот и представился момент тоже блеснуть знаниями.

– У нас их лоточницами называли. Придумали тоже – офени… – скривилась Бёрк. – Лоток на шее – значит, лоточница.

– Здравствуйте, – не дослушавшая ее Лучана пробежала позади телеги с мотками цветастой тканей и уже кланялась толстой гномке. – Не подскажете ли нам, уважаемая, дорогу к лавке дядюшки Варди? – с вежливой улыбкой спросила Лу. – Он тролль и должен торговать где-то на Огненной площади.

Толстушка удивленно замолчала, не понимая, кто с ней говорит – из-за лотка, заваленного сдобой, она не сразу разглядела хрупкую девушку.

– Что? – растерянно переспросила она и огляделась.

– Дядюшка Варди, – повторила Лу.

Рядом встала Бёрк и взяла подругу за руку. Они с мольбой поглядели на тетку из-под своих шляпок, напоминая осиротевших котят.

Наконец, глаза торговки нашли говорившую и сфокусировались на зеленом лице. Приглядевшись повнимательней, она весело рассмеялась.

– Вот уж не думала, что в племянниках у троллей могут быть орчатки! Потом еще раз посмотрела на Берк, оценила ее гладкую кожу. – Или вы не орчатки?

– Мы орчанки, – выделяя букву «н», заверила Лучана. – Взрослые уже. Большие.

– А маленькие, потому что болели, – завела старую песню Бёрк, привычно списывая всё на недуги.

– Что, прямо обе разом?

Гномка очень удивилась. Она впервые слышала, чтобы орки болели. И что от этого они могли не вырасти и остаться ростом ниже ее. Орки? Только одна хворь случалась на ее веку с зелеными великанами – война. От этого недуга зеленая кожа не защищала.

– Эпидемия… – горько вздохнула Лучана и закатила глаза, явно переигрывая.

– Всей деревней