Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей - Ли Литвиненко

– Температура, понос… – шмыгала носом Лу.

– Кашель… – нагнетал Бёрк. – Половина так совсем передохла…

– Ой бедняжки! – всплеснула руками гномка и покачала головой. – Ой беда…

– Да-а-а… – горько согласилась Лу.

– Тролль Варди, – напомнила торговке Бёрк.

Нужно было побыстрее уносить отсюда ноги, пока история не затрещала по швам и их не вывели на чистую воду.

– Прямо по этой дороге, – гномка показала направо. Вид у не был растерянный, словно в лотке с пирожками только что расцвели цветы. В ее голове проходил глубокий мыслительный процесс. – Идите и идите… идите…

– И там дядюшка? – не унималась Бёрк.

– …Никуда не сворачивайте… – очнувшись, добавила лоточница. – Попадете на Огненную площадь. Там опять направо. У Варди третий дом. Двухэтажный, некрашеный такой, темный. Как чумной. – По мимике гномки было видно, что ни самого хозяина, ни его жилье она не одобряла. – Там в подвале он и торгует. Как будто кто-то станет что-то покупать в такой вонючей дыре… В остальном доме он просто живет. Один, в пыли и мусоре. Как так можно?

– Идем, – прошептала Бёрк и дернула Лу за руку. – Нужно бежать отсюда.

– Согласна, – почти беззвучно ответила Лу. – Большое вам спасибо, уважаемая, – низко поклонившись, поблагодарила она тетку. – Без вас век бы не нашли, – поклонилась еще раз, и с ней Бёрк.

Вместе в светлых шляпках они походили на качавшиеся на ветру ромашки.

Гномка, причитая о горькой судьбине бедных орчат, выручила им по пирожку с капустой и пожелала удачи. Не удерживала их больше и вопросов не задавала.

А к вечеру полгорода знало, что к никчемному троллю, державшему захудалую лавку на центральной площади, из вымершей деревни приехали в гости карликовые орчанки. Они явно приходились гулящему троллю близкой родней. Ох уж эти любвеобильные путешественники, ох уж эти межвидовые связи… Но гномы никого не осуждают!

12. Вардина лавка

– Мы точно туда повернули? – Лучана оглядела нарядные домики.

Они дважды обошли площадь по кругу, но жилище Варди не обнаружили. Девушки в растерянности стояли посреди оживленной толпы, не зная, что делать дальше.

Вот лавка готового платья, самая большая на площади, с огромными стеклянными окнами – витринами. Вот посудная лавка, низенькая и широкая, очень похожая на кастрюльку – на вывеске нарисована сковорода и, как дополнение, на цепочке болтается большая ложка. Дальше яркими вывесками зазывали пекарня, мясная лавка и оружейная мастерская.

– Направо, третий дом. – Бёрк развернулась и пошла обратно к краю площади. – Давай считать вместе. Вот первый дом, – они подошли и внимательно присмотрелись, будто боясь, что здания здесь живые и могли меняться местами.

Первым с правой стороны на Огненной площади стоял очень высокомерный дом. Все линии в нем были строго геометричны, ровны и вытянуты, будто стремились возвыситься над непочтенной публикой. Над входом торчал острый козырек, напоминавший задранный нос зазнайки.

– «Писчая лавка», – прочитала Бёрк красивую витиеватую надпись. В узких невероятно высоких окнах красовались перья, свитки и чернильницы всевозможных видов. – Понятно. Здесь Варди точно нет.

Под номером два был большой дом, словно собранный из различных деталей. «Питейное заведение матушки Лорин» – гласила огромная красная вывеска. В разные годы к нему пристраивали все новые и новые комнаты, совсем не заботясь об общем виде постройки, потому не сразу становилось понятно, где дом начинается, а где заканчивается. Левый флигель плавно перетекал в длинный сарай, а правый – в ярко разрисованную конюшню с высокой мансардной крышей. Вот она-то и сбивала девушек с толку.

– Вот он, дом номер три, – показала пальцем Берк. Они остановились возле темного пятна. – Теперь понятно, почему мы его не заметили. Ни одной вывески. Ни одной яркой кляксы.

Лавка Варди, как и предупреждала торговка пирожками, оказалась темной и неухоженной. Она гармонично сочетала в себе все, что могло отпугнуть потенциального покупателя: облупившиеся стены, почти непрозрачные от грязи окна, отсутствие хоть какой-нибудь пояснительной надписи.

– Он долго путешествовал, и дом был в залоге, помнишь? Так что можно простить ему эту… срамоту. Идем, Лу. – Бёрк решительно ступила на порог.

Пять ступеней, кованые перила в виде украшенных розами витых прутьев. Массивная арочная дверь. Лучана первая дернула ручку, но створка не поддалась. Девушка приложила усилия. Но дверь не открылась.

– Заперто, – удивленно сказала проклятая. – Странно, день рыночный, а дверь заперта.

– Отойди, – решительно настроенная Бёрк схватилась за дверную ручку обеими руками. – Должно быть, просто петли проржавели. – И дернула изо всех сил. Нужного результата не добилась. Тогда она уперлась в стену ногой и, тужась, потянула на себя. На ее носу выступили капельки пота. – Заперто, – тяжело дыша, согласилась она с Лучаной и в сердцах хорошенько пнула дверь.

Удар гулким эхом отозвался в спящем доме.

– Эй! Что это вы там делаете? – окрикнул их какой-то гном. Он только что вышел из соседнего заведения и был сильно навеселе. – Хотите выломать двери у бедняги Варди?

– Нет, что вы, уважаемый, мы просто хотим зайти в лавку дядюшки Варди.

– Вход там, – гном указал вниз и, закуривая трубку, пошатнулся.

– В подвале? – удивилась Бёрк.

– Точно, гномка же говорила, – хлопнула себя по лбу Лучана. – Он торгует в подвале.

– Спасибо, – крикнула Бёрк фигуре, окутанной дымом.

Гном отмахнулся от них, как от назойливых мух, и пошел в сторону булочной, насвистывая веселую мелодию.

– Это странно – торговать в подвале, когда весь дом принадлежит тебе одному, – недоумевала Бёрк

Она заглянула под лестницу.

Витиеватые перила крыльца не обрывались у земли, а плавно заворачивали и продолжались вдоль лесенки, ведущей в полуподвал. Витражные окна цокольного этажа почти касались земли, сквозь разноцветные стёкла сочился свет – в помещении горела свеча.

– Там кто-то есть, – сказала Бёрк и, держась за перила, аккуратно ступила на выщербленную лестницу – ее сильно попортила непогода и ноги посетителей, некоторые ступени были истерты чуть ли не наполовину.

– Теперь понятно, как сюда попадают покупатели, – недовольно бурчала Лу, шедшая позади.

– Как?

– Ты разве не поняла? Видно, Варди понял, что никто в трезвом уме не станет заходить в его темное царство, и придумал эту ловушку. Подвыпивший народ выходит из кабака и просто скатывается сюда. А тролль уговаривает их что-нибудь купить в обмен на свободу.

Эта догадка была далека от истины. В лавчонку пряностей действительно частенько захаживали выпившие гномы, но делали это осознано и покидали её по желанию.

Бёрк представила картину пленения и расхохоталась. Под ее веселый смех и звон дверного колокольчика девушки вошли в темное помещение.

Атмосфера там была своеобразной – уютной и немного пугающей. Это не была продуктовая лавка в привычном понимании, не то,