Мадам Даника - М Кей Нуар

что заядлые богатые люди или те журналисты, которые пишут 15-страничные статьи о домах, могли бы описать это гораздо лучше, но для меня это просторно и открыто и так классно — это все, что мне нужно знать.

Комнаты огромны, потолки высокие, а мебель из коричневой кожи, которая чувствуется (и пахнет) настоящей. Сзади вся стена открывается, как гармошка, скользя на массивную террасу, которая ведет в сад размером с небольшой общественный парк.

Восемь комнат и 12 ванных комнат — эта недвижимость принадлежит одному из друзей Алессио, риэлтору по особнякам с доступом к таким невероятным местам. Это было гораздо более интимно, чем тусоваться в отеле или в любом из казино или клубе; это было именно то, что я хотела для своей первой ночи в качестве замужней женщины.

Вокруг нас официанты вальсируют, разнося подносы с напитками и канапе, но я не голодна ни до чего, что доступно на подносе.

Я хватаю два бокала шампанского с проходящего подноса, пузырьки устремляются к поверхности, как мой пульс, когда Данте смотрит на меня так. Золотистая жидкость ловит свет, когда я поднимаю бокал к его.

— За миссис Данику Фера, — говорит он, его голос низкий и интимный, несмотря на грандиозное пространство вокруг нас. Титул заставляет все мое тело покалывать — не из-за власти, которую он несет в нашем мире, а из-за того, как он его произносит.

— Для тебя Мадам. — Я ухмыляюсь, чокаясь с ним.

Данте делает глоток. — Мадам Даника Фера, хм, звучит хорошо.

— Правда? — Это звучит правильно. — Кстати, я не думаю, что тебе нужны все эти пуговицы. — Я дергаю рубашку Данте, чтобы расстегнуть верхние три пуговицы, открывая его красивый ошейник.

Медленно я провожу пальцем по краю кожаной полосы, прежде чем просунуть указательный палец в металлическое кольцо и потянуть, притягивая его лицо к своему уровню.

— Ты собираешься быть хорошим мальчиком сегодня? — шепчу я соблазнительно, и Данте стонет в ответ, все его тело смягчается, будто тает.

Он быстро оглядывается. — Пожалуйста, не надо... Ты заставишь меня твердеть за секунду.

— Что ж, дорогой, в этом и суть, не так ли? — Я указываю на комнату, где наши гости наслаждаются напитками, слегка покачиваясь в такт музыке.

— Мы еще и с половиной этих людей не познакомились, — говорит Данте с ноткой нервозности, глядя на два с лишним десятка тел вокруг нас.

— Пока нет. Но все они знают, что это за вечеринка. — Я подмигиваю ему, мой желудок сжимается от маленьких бабочек при одной мысли о предстоящем веселье.

Когда Алессио спросил о моих предпочтениях для банкета, я сказала ему, что все, чего я хочу, — это плевок в лицо общественным нормам, что-то более правдивое для нас.

Он предложил пойти в один из секс-клубов, но я хотела чего-то более эксклюзивного.

Через несколько дней Алессио прислал мне голосовое сообщение с альтернативным предложением, которое звучало идеально.

Описывая это в деталях, он рассказал мне об этом огромном доме на окраине города, о своих различных друзьях и партнерах, которых он хотел бы пригласить, о типе вечеринок, которые они устраивают в таких домах, о полностью оборудованной игровой комнате, которая прилагается...

Я была заинтригована. Немедленно. — Да! — взвизгнула я в ненужном голосовом сообщении, которое определенно могло бы быть текстом.

Данте нервно волновался перед нашей банкетной вечеринкой — он говорил мне об этом, — но я была очень взволнована.

Формы согласия были подробными. Мы все знали, что было на столе, правила участия. Игра была установлена; все, что оставалось, — играть в нее.

— Мы вообще знаем, во что ввязываемся? — спрашивает Данте, подозрительно оглядываясь. — Кажется, мне нужно снова в туалет.

— Иди. Я буду у Алессио. — Я быстро целую его, шлепая по заду, когда он уходит.

Я нахожу Алессио у бара, и он ведет меня к диванам снаружи на террасе, чтобы насладиться невероятным вегасским закатом, окрашивающим небо в розовые и оранжевые тона — на этот раз не с балкона пентхауса.

— Твой бокал пуст, cara, давай это исправим. — Он делает глоток из моего бокала, допивая его сам, прежде чем взять новый с плавающего подноса, который появляется по одному щелчку его пальцев.

— Ты пытаешься напоить меня, чтобы воспользоваться мной? — Я провожу пальцами по его паху, прослеживая контур его члена.

Алессио смеется, наклоняясь для поцелуя. — Мы оба знаем, что мне не нужно поить тебя для этого.

— Это правда. Хотя ты должен быть осторожен, я теперь миссис Данте Фера... Мой муж может приревновать. — Мой муж. У меня никогда раньше не было мужа. Мысль забавна. Все это все еще кажется таким новым.

Шут усмехается. — Я до сих пор не могу поверить, что ты взяла его фамилию. Вот вам и феминизм.

— Зачем быть очередной Мэттьюз, когда можно быть Королевой империи Фера? — Я подмигиваю ему, моя рука все еще на его паху. — Это моя судьба.

— Справедливо, дорогая Даника, справедливо. Хороший улов, да?

— Лучший, — сияю я, глядя на новое кольцо на моем пальце. — Ты ревнуешь?

— О нет, я не о ревности. У меня лучшая сделка; я все еще получаю вас обоих.

— И ты не хочешь кого-то только своего? — Как ни странно, у нас никогда не было этого разговора раньше. Наше время вместе всегда так ограничено, так торопливо, так лихорадочно от нужды и похоти.

— Ты знаешь, я анархист в отношениях; такие вещи меня не привлекают. Мне нужна моя свобода. Одна мысль о созависимости достаточна, чтобы у меня появились седые волосы. — Алессио смеется.

— Так ты просто трахаешь всех подряд?

— Иногда. Но это не умаляет других моих интимных отношений. Многие из них здесь сегодня. Красивые изгои. Можно многое сказать о платонической любви, знаешь. Я никогда не понимал, что плохого в том, чтобы трахать своих друзей.

— Мне сначала понадобятся друзья, чтобы трахать их. — Я смеюсь, несмотря на остроту правды. Иногда я действительно скучала по другим людям. Но не по тем друзьям, которые у меня были; все они были двуличными тщеславными суками, которые встали на сторону моего бывшего.

— Что ж, cara, — глаза Алессио сверкают едва сдерживаемым волнением, — нет времени, как настоящее. Моя компания умирает от желания познакомиться с тобой как следует. — Его пальцы касаются моей руки, нежные и ободряющие. — Мы не выбираем кровь, но это не значит, что у нас не может быть семьи.

— Мне это нравится. — Я делаю глоток шампанского, позволяя пузырькам танцевать на языке. — Люди всегда неправильно понимают поговорку «кровь гуще воды».

— Ну, они просто опускают вторую часть, полностью меняя ее смысл. — Его улыбка знающая, интимная.

— Найденная